Некровный брат моего отца (СИ) - Вашингтон Виктория Washincton

Кайл открыл шкафчик и взял из него аптечку, не отрывая глаз от меня. Его голос звучал уверенно и без эмоций, но в нём было что-то такое, что заставляло меня дрожать.

— Выбор за тобой. Но если ты не будешь следовать правилам, которые я установил, то последствия могут быть непредсказуемыми. Ты должна понимать, что я не стану терпеть неподчинение в собственном доме.

Я чувствовала, как моё сердце стучало в груди, как будто хотело вырваться наружу. Мои руки дрожали, и я чувствовала, как моя воля слабеет. Я знала, что должна была что-то сделать, но не могла ничего придумать.Чертова метка выбивала почву из под моих ног. И я понимала, что, как минимум, об этом мы должны поговорить незамедлительно.

— Хорошо, я согласна, — пробормотала я, чувствуя, как моё горло сужается.

Кайл кивнул и взяв аптечку в руки.

— Пойдем, — сказал он, не подавая вида, что заметил моё колебание.

Мы вышли из ванной-комнаты и направились в гостиную, решив не пачкать кровью мою спальню. Я чувствовала, как моё сердце продолжает биться быстрее и сильнее, и каждый шаг казался мне тяжелее предыдущего. Когда мы спустились, я ощущала себя максимально дискомфортно в присутствии Кайла.

Его жуткая энергетика ужасно влияла на меня, будто бы сводила с ума.

— Садись на диван, — сказал Кайл, указывая на мягкий кожаный диван в центре комнаты.

Я едва не впервые последовала его указанию и села, стараясь не показывать своё беспокойство. Кайл сел рядом со мной и открыл аптечку. Он начал осторожно очищать мою рану, не говоря ни слова. Я чувствовала, как моё тело отзывается и предательски дергается, когда он касается моей кожи.

— Это будет немного болезненно, — предупредил он, смотря на меня своими мрачными, бездонно жестокими глазами.

Я тяжело вздохнула и попыталась не дрожать, когда он начал обрабатывать рану. Я чувствовала, как моё тело начинает трястись от того, насколько сильно пекла и горела кожа, но я старалась не кричать.

— Все, — сказал Кайл, завершив работу над моей раной. — Теперь мы обсудим истинность и я расскажу тебе условия твоего пребывания в этом доме.

Я подняла голову и посмотрела на него. Его лицо было серьёзным, и поняла, что он не шутит. Нет смысла избегать этого разговора.

Я никогда ничего не боялась, и лишь идя наперекор Кайлу ощущала дикий страх. Я знала, какой он и то, что он может приземлить меня с небес об асфальт одним махом.

Вот только до вчерашнего дня я упорно верила, что лишь потому что у нас есть прошлое, многое сойдет мне с рук.

Но только там, находясь на улице, я поняла, что моя игра зашла дальше, чем предполагала и это действительно может разрушить мою жизнь.

— Как можно разорвать истинность? — я решилась на то, чтобы первой это спросить.

— Из той информации, которая есть у меня сейчас — никак, — поджав губы, проговорил Кайл. Впервые за сегодня я видела в на его лице эмоции. Казалось, это было отвращение и непринятие. — Но я буду копать, пока не найду способ. Как только я это сделаю, то мы воспользуемся им, каким бы жестким он ни был.

— Так сильно хочешь избавиться от меня? — хотела дополнить, что я горю этим желанием еще сильнее, но слова застряли в горле.

— Как минимум, от истинности. Это очевидно, Нора, — его голос звучал так, будто он отчитывает непонятливого маленького ребенка.

Кайл смотрел на меня так, будто я была неизлечимой болезнью, которую нужно вылечить любой ценой. Я понимала, что он говорит правду, и это пугало меня.

— Я не хочу быть частью этой истинности, Нора. Ты представляешь угрозу для меня и моего мира. И я готов на всё, чтобы защитить себя и тех, кто мне дорог.

Я понизила глаза и увидела, как мои руки дрожат. Я чувствовала, как страх пробирался сквозь моё тело, парализуя каждый мускул. Я знала, что Кайл не шутит, и это делало ситуацию ещё более тревожной.

— Так что ты хочешь от меня? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

Кайл вздохнул и едва ощутимо коснулся моей метки через ткань футболки. Меня от подобного касания обжало одновременно огнём и самым ледяным холодом, будто бы все процессы внутри меня в это момент остановились.

— Я хочу, чтобы ты оставалась здесь, в моём доме, пока я не найду способ разорвать её, если вдруг это продлится больше года. Но, я уверен, что сделаю это гораздо раньше.

Я кивнула, не зная, что ответить. Я понимала, что Кайл делает это ради общей безопасности, но это не уменьшало моего страха. Я чувствовала, как моё сердце бьётся быстрее, и я боялась, что в любой момент моё тело откажется слушаться меня.

— Я…— хотела начать спорить и брыкаться, отстранившись от него. — Хорошо, — внезапно дала свое согласие лишь по той причине, что посмотрела в его глаза. В них явно отражалось то, что он приложит все усилия, чтобы в ближайшее время разорвать истинность.

Смела предположить, что даже в том случае, если это будет казаться жизни и смерти.

Внутри меня росло ощущение, что моя жизнь уже никогда не будет такой, какой она была раньше. Я знала, что Кайл прав, и что эта истинность представляет угрозу для нас обоих . Но я также знала, что я не могу позволить ему уничтожить её, потому что это означало бы уничтожение части самой себя.

В нашем мире существовали лишь альфы, истинными которых становились обычные люди, вопреки законам природы и один раз в десятки, а то и сотни лет. Так и случилось в нашем случае.

И если я знала, что сильному, одному из самых мощных альф разрыв истинности, если он вообще возможен, мог обойтись без особых последствий, то моя жизнь и здоровье стояло под прямой угрозой.

Я решила, что нужно найти другой способ разрешить эту ситуацию, отдельно от Кайла, иначе моя жизнь может быть разрушена навсегда.

— Я не позволю тебе покидать этот дом без моего разрешения. Если ты попытаешься сбежать, я найду тебя и безнаказанным это не останется. Ты должна быть очень осторожна и не давать мне поводов для разочарования. Если ты будешь следовать этим правилам, то проблем не возникнет. Но если нет, то последствия могут быть непредсказуемыми. Даже для меня.

Я поняла, что моя жизнь в этом доме будет полна ограничений и страха. Но я также поняла, что у меня нет другого выбора, кроме как подчиниться Кайлу. Я знала, что он может быть опасным, и я не хотела рисковать. Особенно сейчас, когда благодаря истинности в его руках была моя жизнь.

— Хорошо, я согласна, — пробормотала я, чувствуя, как моё сердце тонет в море страха.

Я попыталась улыбнуться, но у меня не получилось. Я знала, что все навсегда изменилось, и не могла понять, что делать дальше.

— С понедельника ты возвращаешься на учебу в университет, — внезапно заявил он, уже встав с дивана и собираясь покинуть комнату.

Сердце сильно застучало в груди.

Пару лет назад мой отец обанкротился и мне пришлось перейти с частного элитного лицея в обычную государственную школу. Когда я заканчивала выпускной класс, у него начались проблемы со здоровьем. На нервах я не смогла набрать достаточно баллов, чтобы пройти на бюджет хотя бы в самый обычный вуз. Места были максимально ограничены.

В этом году я сдавала экзамены повторно, и, благодаря блестящим результатам, мною заинтересовалась несколько университетов. Один из них был достаточно престижный. Туда я и отправила все документы, с нетерпением ожидая начала учебного года. Даже поверить не могла, что достигла этого собственными силами.

К сожалению, счастье было недолгим.

Неделю назад, за десять дней до начала учебы, мне пришел отказ.

До приемной комиссии дошла новость о том, что моего отца взяли под стражу. И, так как о своем громком имени они очень пекутся, то решили не рисковать, принимая на учебу такую, как я.

— Что ты сейчас сказал? — я буквально подорвалась с кровати, не доверяя собственным ушам.

— Я знаю, что это твоя мечта, Нора, — сказал он напоследок. — Только не забывай, что при любой твоей очередной выходке я разобью её так же легко, как подарил.