Сломанная стрела - Кэмерон Кертис

снизу японские иероглифы, стрелки, указывающие влево для мужчин и вправо для женщин. Я проталкиваюсь через дверь и оказываюсь в коридоре. Стены из простого бетона, выкрашенные в серый цвет.

Это классический дизайн туалета. Две двери, чтобы запахи не проникали в вестибюль. Я открываю наружную дверь, затем внутреннюю. Мой взгляд скользит по туалету. Там никого нет. Я занимаю позицию сбоку от двери, в левом проходе. Прижимаюсь к стене.

Якудза не обучены ближнему бою.

Коричневый плащ проходит прямо через дверь. Дверь открывается внутрь, он толкает её правой рукой. В левой руке у него вакидзаси, длиной в два фута, блестящий на свету.

Я хватаю его за запястье руки с мечом. Тяну его вниз и вперёд, стоя слева от него. Правой рукой рублю ему горло. Удар проходит по руке с мечом. Я отвожу большой палец под углом в девяносто градусов. От этого жёсткий край моей ладони напрягается. Удар разбивает ему гортань. Глаза выпячиваются, колени подкашиваются. Меч с грохотом падает на кафельный пол.

Синий плащ прорывается вперед, тянется за оружием.

Там я вижу вентилируемый кожух ствола «Стерлинга». Он перекинул его через плечо и грудь, под плащом. Ему следовало убрать оружие до того, как они вошли в комнату.

Такие ошибки совершаются только один раз.

Парень в коричневом пальто падает. Я хватаю его за голову обеими руками и поддерживаю. Смотрю, как его глаза выпучиваются, и…

Язык становится фиолетовым, когда он задыхается. Разбейте его затылком о лицо в синем плаще. Раз, другой. Это как ударить парня десятифунтовым шаром для боулинга. От второго удара у него лопается нос, и кровь хлещет изо рта. Ещё один удар для пущего эффекта, и его лицевые кости разрушаются, а затылок его приятеля разлетается вдребезги. Лицо в синем плаще похоже на раздавленную скорлупу сваренного вкрутую яйца. Вогнутая масса трещин, раздавленная в кашу.

Бросаю парня в коричневом пальто. Хватаю его за отвороты синего плаща, тащу его навстречу его другу. Я бросаю его лицом вниз на кафельный пол и опускаю колено ему на поясницу. Массирую правым кулаком вторые суставы каждого пальца. Бью его кулаком в шею сзади, туда, где его ежик переходит в голую кожу. Чувствую, как разъезжаются его шейные позвонки.

Я встаю, ногой захлопываю дверь туалета.

Прошедшее время: десять секунд.

Я снимаю с мертвеца его синий плащ, забираю у него «Стерлинг». Обыскиваю карманы. Нахожу то, что ищу, в левом нагрудном кармане. Запасной магазин для «Стерлинга». На поясе у него висит танто в ножнах. Теперь он мой.

Ремень «Стерлинга» перекинут через левое плечо. В отличие от «Якудзы», я ношу оружие дулом назад, чтобы правой рукой дотянуться до рукояти пистолета. Затем я натягиваю синий плащ. Спереди есть несколько пятен крови, но на тёмном фоне они не так заметны.

Выпрямляю спину, выхожу из туалета. Нажимаю на кнопку замка на двери и закрываю её за собой. Проверяю, надёжно ли она. Иду по коридору, вхожу через дверь обратно в торговый центр. Мимо меня проходят мужчина и женщина, входя внутрь. Не повезло. Я лавирую в толпе, которая хлынула туда-сюда через универмаг. Направляюсь к воротам Тикуши.

Позади меня раздаётся крик. Это не сигнал тревоги. Скорее, как будто кто-то пытается привлечь чьё-то внимание. Рискни оглянуться.

Мужчина, которому нужен туалет, машет мужчине, похожему на сторожа. У него-то и будут ключи.

Я пробираюсь сквозь толпу. Там, за шоколадной лавкой. Ещё один якудза. Должно быть, он видел, как его друзья идут за мной, как я ухожу. Он чувствует, что что-то не так, и направляется ко мне. Я не знаю, как он вооружён и рискнёт ли он напасть на меня в толпе.

Есть знаки на японском и английском языках с надписью AMU.

Слева от меня – ПЛАЗА. Я сворачиваю в вестибюль. Мысли лихорадочно соображают, как нейтрализовать якудзу. Он следует за мной, вероятно, думая о том же.

Сзади раздаются ещё крики. Это крики паники.

Два трупа якудзы в туалете – это немного драматично. В центре вестибюля справа стоит киоск. Большая вывеска на японском и английском сообщает, что это информационный центр станции Хаката. За ним находятся ворота Тикуши. Я пришёл рано, но кого это волнует? Железнодорожная охрана и полиция бегут к туалетам.

Якудза, который сидит у меня на хвосте, тоже в стрессе. Он хочет меня расстрелять, но не знает, как это сделать в толпе. Вдобавок ко всему, есть сцена в туалете, которая означает, что его друзья, вероятно, мертвы.

Я прохожу мимо информационного киоска. Смотрю на часы. Пять минут до того, как Рин и Нико появятся у ворот.

Через ворота я смотрю в обе стороны. Парковка именно там, где ей и положено быть. Похоже, так и было на фотографиях с «Магеллана».

Даже лучше. Парковка, ворота Тикуши и отель выглядят точь-в-точь как на 3D-изображении, которое я изучал в Magellan Navigator. Мой разум ориентируется сам. Он соотносит реальность, которую я вижу перед собой, с изображениями, которые я видел и запомнил. У меня такое чувство, будто я уже был здесь раньше.

Я уже на открытом пространстве. Там есть пешеходы, но толпа не такая плотная, как на станции. Если у якудзы есть пистолет, он может рискнуть и выстрелить.

Я прохожу вдоль ряда машин, проверяя марку и модель каждой. Мне всё равно, заперта она или нет. Вот «Хонда» начала 90-х. Старая, но в хорошем состоянии. Заперта. Я достаю SIG, переворачиваю его и использую рукоятку как молоток. Разбиваю водительское стекло.

Залезаю в машину, вытаскиваю танто из-за пояса. Вытаскиваю его из ножен, осматриваю толстый гребень вдоль обуха клинка. Он крепкий, добрых шесть дюймов длиной. Я вставляю остриё в зажигание. Рукояткой SIG ударяю по рукоятке.

Вбиваю лезвие в замок, пока пластиковый кожух рулевой колонки не треснет. Якудза бежит ко мне. Я хватаю танто за рукоять и поворачиваю. Если не получится, придётся его застрелить.

Стартер скулит. Я плавно нажимаю на педаль газа, затем отпускаю её. Стараюсь не залить карбюратор. Снова поворачиваю ручку танто. На этот раз двигатель заводится, и я включаю передачу заднего хода.

Якудза лезет в карман и достает револьвер.

Похоже на «Смит-энд-Вессон» 38-го калибра. Я уже много лет не видел, чтобы кто-то пользовался таким. В Японии очень трудно достать оружие, поэтому якудза используют всё, что могут достать.

Этот 38-й калибр, может, и вышел из моды, но он может убить так же насмерть, как современная автоматическая коробка передач. Я даю «Хонде» газу, и машина отскакивает назад. Заднее крыло врезается