Сидни Шелдон - Звезды сияют с небес

– Отлично. У меня сейчас в работе три проекта, Поя.

– А ты не слишком много на себя взвалила? Он говорил прямо как Говард Келлер.

– Нет, – ответила Лара. – Каждый объект строится строго в соответствии с графиком и сметой расходов.

– Это хорошо, малышка. Я бы не хотел, чтобы у тебя были какие-нибудь неприятности.

– Их и не будет. – Она взяла его за руку. – Ты ведь моя страховочная сетка.

– И буду ею всегда. – Он сжал ее ладонь.

Прошло две недели. Никаких известий от Филипа Адлера Лара так и не получила. Она вызвала Келлера.

– Вы перечислили десять тысяч долларов в Фонд Адлера?

– Да, в тот же день.

– Странно. Я думала, он хотя бы позвонит мне.

– Возможно, он сейчас находится в гастрольной поездке, – заметил Говард.

– Возможно, – проговорила Лара, стараясь скрыть свое разочарование. – Давайте-ка обсудим положение дел с нашим зданием в Куинсе.

– Похоже, мы потеряем весьма приличную сумму, – сказал Келлер.

– Я знаю, как нам себя защитить. Надо отдать все здание одному съемщику.

– Есть кто-нибудь на примете?

– Да. Одна страховая компания. Ее президент некто Гораций Гуттман. Я слышала, что они ищут новое здание для своего офиса. Хорошо бы сосватать им наше.

– Я наведу о них справки, – коротко сказал Келлер. Лара заметила, что он не делает никаких записей.

– Вы постоянно изумляете меня, Говард. Неужели вы всегда все помните?

– У меня прекрасная память, – улыбнулся Келлер. – Когда-то я мог держать в уме всю информацию о бейсболе.

«Кажется, это было так давно, – подумал он. – Парень с фантастическим броском, звезда юношеской команды „Чикаго кабз“. Будто это вовсе не обо мне».

– Порой я и сам не рад этому. В моей жизни есть вещи, которые я предпочел бы забыть.

– Говард, скажите архитектору, чтобы продолжал работать над проектом в Куинсе, и выясните, сколько этажей потребуется страховой компании и какую они хотят иметь полезную площадь.

Через два дня Келлер вошел в кабинет Лары и сказал:

– Боюсь, моя информация не из приятных.

– В чем дело?

– Я тут кое-что разнюхал. Вы были правы: эта страховая компания действительно ищет помещение для своего офиса, однако Гуттман положил глаз на здание, что находится на Юнион-сквер. Оно принадлежит вашему старому приятелю Стиву Мерчисону.

«Снова Мерчисон!» Лара была уверена, что посылку с землей прислал именно он. «Ну ничего, он еще сломает об меня зубы».

– А Гуттман уже заключил с ним договор? – задала вопрос Лара.

– Нет еще.

– Хорошо. Я сама займусь этим делом. В тот же день она принялась обзванивать своих знакомых. Удача улыбнулась ей, когда она дозвонилась Барбаре Роузелл.

– Гораций Гуттман? – переспросила та. – Конечно, я его знаю. А что?

– Я бы хотела с ним встретиться. Я питаю к нему некоторый интерес. Не могли бы вы сделать мне одолжение и пригласить его в следующую субботу к себе на ужин?

– Заметано, – с готовностью согласилась Барбара.

Ужин был простым, но весьма изысканным. В доме Барбары Роузелл собралось человек пятнадцать приглашенных. Алиса Гуттман в тот вечер чувствовала себя не слишком хорошо, так что Гораций приехал один. За столом Лара сидела рядом с ним. Ему было лет шестьдесят, однако выглядел он намного старше. У него было суровое усталое лицо с волевым подбородком. Лара же выглядела очаровательной и даже соблазнительной. На ней было черное вечернее платье с большим декольте, на шее нехитрое, но безумно дорогое ожерелье.

– Мне очень хотелось с вами познакомиться, – призналась Лара. – Я столько о вас слышала!

– О вас, юная леди, я тоже много слышал, – в свою очередь, сказал Гуттман. – Вы прямо-таки всколыхнули Нью-Йорк.

– Надеюсь, я приношу хоть какую-то пользу, – скромно промолвила Лара. – Ведь это такой чудесный город.

– А откуда вы приехали?

– Из Гэри, штат Индиана.

– Что вы говорите? – Он посмотрел на нее с нескрываемым удивлением. – Я же там родился. Значит, можно сказать, что вы хужер?

Лара улыбнулась:

– Ага. О Гэри у меня сохранились самые нежные воспоминания. Мой отец работал в «Пост трибюн», а я училась в колледже имени Рузвельта. Выходные дни мы обычно проводили в Глисон-парке, где устраивали пикники и слушали выступления музыкантов или играли в кегли в боулинге «12 – 20». Мне так не хотелось оттуда уезжать.

– Но здесь вы весьма преуспели, мисс Камерон.

– Лара.

– Лара. А чем вы заняты в настоящее время?

– Сейчас все мои мысли заняты строительством нового здания, которое я возвожу в Куинсе. Оно будет тридцатиэтажным, общей площадью двести тысяч квадратных футов.

– Интересно, – задумчиво произнес Гуттман.

– Да? – невинным голосом спросила Лара. – А почему?

– Дело в том, что мы как раз подыскиваем такое здание для нашего офиса.

– Правда? Нашли что-нибудь подходящее?

– Не совсем, но…

– Если хотите, я могу показать вам чертежи этого здания.

Он с минуту молча смотрел на нее, затем сказал:

– Да, я бы хотел взглянуть на них.

– Могу привезти их в ваш офис в понедельник утром.

– Буду с нетерпением ждать. Вечер прошел очень мило. Когда Гораций Гуттман добрался до дома, он заглянул в спальню жены.

– Ну, как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он.

– Уже лучше, дорогой. А как ужин? Гораций присел на краешек кровати.

– Всем тебя очень не хватало, но у меня состоялась одна весьма любопытная беседа. Ты когда-нибудь слышала о Ларе Камерон?

– Конечно. Кто же о ней не слышал?

– Женщина замечательная. Немного, правда, странная. Говорит, что, как и я, родилась в Гэри, штат Индиана, и знает об этом городе буквально все – Глисон-парк и даже боулинг «12 – 20».

– Что же в этом странного?

Гуттман взглянул на жену и, улыбнувшись, проговорил:

– Эта маленькая леди родилась в Новой Шотландии.

Рано утром в понедельник Лара появилась в офисе Горация Гуттмана. В руках она держала синьки чертежей здания в Куинсе. Ее немедленно проводили в кабинет президента компании.

– Рад видеть вас, Лара, – приветствовал ее Гуттман. – Садитесь, пожалуйста.

Она положила синьки на рабочий стол и села.

– Прежде чем вы посмотрите чертежи, – сказала Лара, – я хочу кое в чем вам признаться, Гораций.

– Слушаю, – проговорил Гуттман, откидываясь на спинку кресла.

– Та история о Гэри…, которую я рассказала вам в субботу…

– И что же?

– Я никогда не была в этом городе. Просто мне надо было вас чем-то заинтересовать. Он рассмеялся:

– Ей-богу, я даже не знаю, что и сказать. Боюсь, мне просто не угнаться за вашей мыслью, юная леди. Давайте-ка лучше посмотрим чертежи.

Через полчаса Гуттман закончил изучение чертежей и задумчиво произнес:

– Честно говоря, я уже почти принял решение насчет другого здания.

– Да?

– Почему я теперь должен отказаться от него и принять ваше предложение?

– Потому что у нас вам больше понравится. Я сама прослежу, чтобы все было именно так, как вы хотите. Лара улыбнулась. – А кроме того, это обойдется вашей компании на десять процентов дешевле.

– Вот как? Но вы даже не знаете, какую сумму я собирался заплатить за то здание.

– Это не важно. Я поверю вам на слово.

– А вы и правда могли родиться в Гэри, штат Индиана, – снова рассмеялся Гуттман. – Считайте, что мы договорились.

Когда Лара вернулась в свой офис, ей сообщили, что звонил Филип Адлер.

Глава 19

Зал приемов в отеле «Уилдорф-Астория» был переполнен богатыми меценатами. Лара пробиралась сквозь толпу, ища глазами Филипа. Ей на память пришел телефонный разговор, состоявшийся между ними несколько дней назад.

– Мисс Камерон, это Филип Адлер.

Она почувствовала, как пересохло у нее в горле.

– Извините, – продолжал Адлер, – но я не мог раньше поблагодарить вас за тот дар, который вы преподнесли моему фонду. Я только что вернулся из Европы…

– Я сделала это от всего сердца, – сказала Лара, лихорадочно стараясь найти повод, чтобы продолжить разговор. – Да, между прочим, мне было бы очень интересно поподробнее узнать о вашем фонде. Может быть, как-нибудь встретимся, и вы мне о нем расскажете?

После минутной паузы Филип предложил:

– В субботу вечером состоится благотворительный ужин в «Уилдорфе». Мы могли бы там увидеться. Вы будете свободны?

Лара быстро взглянула на календарь. На этот день у нее был назначен ужин с одним техасским банкиром. Она не задумываясь решила:

– Да. Я с удовольствием приду.

– Чудесно. Пригласительный билет для вас я оставлю у портье.

Когда Лара положила трубку, она от радости прямо-таки светилась.

Филипа Адлера нигде не было видно. Лара протискивалась через огромный зал, слушая на ходу обрывки разговоров.

– …И тогда ведущий тенор сказал: «Доктор Клемперер, мне осталось взять только два верхних „до“. Вы послушаете их сейчас или на концерте?»