Крис Картер - Взгляд из темноты

— Ему нужны не они, — кивнул Хантер. — Ему нужна та, на кого они похожи. — Он проводил красный БМВ взглядом. — На телах жертв нет никаких повреждений кроме швов, и меня это сразу насторожило. Я все думал: раз он похищает девушек не ради выкупа, должна быть какая-то причина, по которой он держит их у себя, а не убивает сразу, а главное, он до последнего момента не трогает их. Мне это казалось странным. Какую бы версию я ни рассматривал, на телах должны быть следы повреждений. Если он похищал девушек для секса, то должны быть следы изнасилования. Если он похищал их для мести — следы побоев. Если дело в ненависти ко всему женскому роду, или, скажем, темноволосым художницам, ненависти, вызванной каким-то травматическим переживанием в прошлом, должны быть следы повреждений. Если он одержимый фанат — будут повреждения. Паранойя садиста — будут повреждения. Навязчивая идея убийства — будут повреждения. Ни одна версия не подходила.

Карлос удивленно приподнял брови.

— Эта мысль пришла ко мне пару дней назад, когда мы говорили с Патриком Барлеттом, но она была настолько мимолетна, что лишь ее след остался в моем бессознательном.

— С Патриком Барлеттом? — Гарсиа нахмурился. — Бывшим женихом Лоры Митчелл?

Хантер кивнул, глядя на дорогу. Негритянка в белом «пежо» качала головой и размахивала рукой, явно подпевая радио. Заметив, что Роберт смотрит на нее, женщина смущенно улыбнулась. Детектив улыбнулся в ответ.

— Патрик сказал, что ни за что не причинил бы Лоре боль, потому что он слишком любил ее.

— Да, я помню.

— К сожалению, в тот день меня больше интересовали эмоции Патрика. Эта мысль просто ускользнула от меня. Но знаешь, такое бывает довольно часто. Речь идет о комбинации двух явлений, которые в психологии называются «перенос» и «проекция».

Гарсиа удивленно приподнял брови.

— Некоторые мужчины ходят к проституткам, которые похожи на их жен, — объяснил Хантер. — Люди выбирают себе парней или девушек, которые похожи на их первую любовь, школьную учительницу или даже родителей.

Карлосу вспомнился один его приятель, который в четвертом классе влюбился в учительницу истории. Когда этот парень вырос, он встречался только с теми девушками, которые были похожи на ту учительницу. В конце концов он женился именно на такой девушке.

— Как бы то ни было, — продолжил Роберт, — только сейчас в связи со сходством жертв мне в голову пришла мысль о переносе и проекции.

— Черт! — Карлос вздохнул, сжав зубы. Постепенно в голове у него начало проясняться. — Он похищает девушку, смотрит на нее и видит на ее месте кого-то другого, потому что он хочет, чтобы на ее месте был кто-то другой. Кто-то, кого он действительно любил. Кто-то, кому он не сможет навредить, что бы ни случилось. Вот почему нет следов повреждений.

— Это проекция, — кивнул Хантер.

— Но погоди-ка… — Гарсиа покачал головой. — Он все равно их убивает. Убивает с особой жестокостью. Разве это не опровергает твою теорию?

— Нет, напротив, это лишь доказательство в ее пользу. Чем сильнее перенос и проекция, тем быстрее наступает разочарование. Похищенные девушки очень похожи на того, кто нужен убийце, но, скорее всего, они ведут себя, разговаривают, что-либо делают иначе. Как бы ему этого ни хотелось, они никогда не станут той, кто ему нужна.

— А как только он это понимает, они становятся ему не нужны, верно? — подумав, протянул Карлос.

— Верно. Но он все равно не может убить их собственноручно. Вот почему они были еще живы, когда он оставил их. Его не было рядом в момент смерти. Он не может заставить себя смотреть, как они умирают. Вот почему он мастерит пусковой механизм для своих устройств.

— Так ему не нужно быть рядом, когда они умирают.

— Именно, — согласился Роберт.

— А та женщина, которую он любил… Она, выходит, мертва? — уточнил Гарсиа.

— Скорее всего. И, вероятно, именно поэтому он и сошел с ума. Он не может избавиться от мыслей о ней.

Карлос задумчиво надул щеки.

— Ты полагаешь, что она погибла так же, как и наши жертвы? С зашитым ртом и влагалищем? Думаешь, этот тип убил ее?

Роберт залюбовался чистым голубым небом. Вот бы его мысли были столь же безоблачны…

— Есть только один способ выяснить это. — Он потянулся за мобильным телефоном.

Глава 64

Лос-анджелесский офис телекомпании «А&Е» находился в Сенчури-Сити. Компания занимала пятнадцать кабинетов на девятом этаже одной из знаменитых башен-близнецов Плаза. Эти башни спроектировал тот же архитектор, который создал башни-близнецы Всемирного торгового центра, уничтоженные в 2001 году во время атаки террористов в Манхэттене.

В приемной телекомпании сидела рыженькая девушка, скорее, яркая и стильная, чем по-настоящему красивая. Она вежливо улыбнулась напарникам, подошедшим к стойке, и очаровательным жестом подняла пальчик, показывая, что освободится через минутку.

Спустя пару мгновений она коснулась наушника, и синяя лампочка на телефоне погасла.

— Чем могу вам помочь, господа? — Переведя взгляд с Гарсиа на Хантера, она улыбнулась еще шире.

Роберт объяснил, что им нужно поговорить с кем-то о старом документальном фильме, снятом на этой студии. Увидев их удостоверения, девушка изменилась в лице. Она сделала пару звонков, и через две минуты детективов провели в кабинет в конце длинного коридора. На двери висела табличка: «Брайан Коулман. Начальник производственного отдела».

Сидевший за столом человек улыбнулся детективам. На нем тоже была гарнитура телефона, синий огонек мигал. Жестом пригласив напарников войти, он встал и пошел им навстречу. Коулман был на полголовы выше Хантера, с короткими темными волосами и пронзительными карими глазами, скрытыми стеклами очков в роговой оправе.

Роберт закрыл дверь и повернулся. Оба стула перед столом Брайана были заставлены какими-то коробками. Детективам пришлось стоять и ждать.

— Нам необходимо получить все сегодня… — сказал в наушник Коулман, не слушая протесты собеседника, доносившиеся из гарнитуры. — Видите ли, если мы не получим наши вещи сегодня, мы заключим контракт с другой компанией, понятно? — он помолчал. — Да, сегодня меня устроит. Да, до трех. Так даже лучше. Буду ждать. — Сняв наушник, Брайан бросил его на стол. — Простите за беспорядок. — Пожав напарникам руки, он убрал коробки со стульев. — Мы расширяем наше представительство. Думали переезжать в другое здание, но пару месяцев назад компания на соседнем этаже обанкротилась. — Он равнодушно пожал плечами. — Экономический кризис, знаете. Мы решили занять их офис. Так проще, но стресса от переезда не меньше. — Он указал на телефон на столе. — Эти службы перевозки так и норовят сесть мне на шею и ножки свесить.

Детективы вежливо кивнули.

— Итак, — Коулман сцепил пальцы, — чем я могу вам помочь?

— Мы ищем документальный фильм о художницах Западного побережья, выпущенный вашей компанией, — сказал Хантер, усаживаясь за стол.

— Вы знаете название фильма?

— Да. — Роберт сверился с записной книжкой. — «Красота холста. Таланты Западного побережья».

— «Красота холста»? — Коулман удивленно улыбнулся. — Надо же. Этот фильм вышел года три-четыре назад.

— Три, — кивнул Хантер.

— Я участвовал в его создании. Малобюджетная картина. — Сняв очки, Брайан протер их носовым платком. — Этот фильм был пустышкой. Реклама, не более того. Вы уверены, что вам нужен именно он?

— Что значит «пустышкой»? — Роберт опустил руку на подлокотник и подпер подбородок костяшками пальцев.

— Мы сняли его только потому, что этого хотел наш тогдашний директор, — пояснил Брайан. — Его дочь была художницей и уже давно пыталась добиться успеха, но тщетно. А потом появляется проект этого фильма. Его включают в программу производства. Знаете, как это делается. Собрать молодых талантливых художников, снять свою дочку среди них и надеяться на лучшее…

— Сработало?

— Думаю, какой-то результат это дало. — Коулман задумчиво кивнул. — Девушку заметили, и, по-моему, сейчас она вполне успешна. Тот директор уволился пару лет назад, так что я особо не в курсе.

— Как ее зовут? — уточнил Гарсиа. — Ну, дочь директора?

— Хм… — Коулман потеребил шариковую ручку. — Мартина. Да, точно, Мартина Грин. Извините, но почему вас интересует именно тот документальный фильм?

— Нам нужно посмотреть его, чтобы выяснить, каких еще художников пригласили для съемок, — объяснил Роберт. — Кстати, вы не помните, их снимали отдельно? Я имею в виду, в разных местах, может быть, в разное время?

— Нет. — Коулман рассмеялся. — Я же вам говорю, у фильма был действительно мизерный бюджет. Даже наш директор не смог бы объяснить, зачем он потратил на него деньги, поэтому съемки длились всего день. Мы собрали художниц в… — он задумался, словно припоминая, — в музее МОКА на Саус-Гранд.