Утилизация (СИ) - Тараканова Тася

— Где Лиза? — спросила Софа.

— Она не пойдёт. Плохо себя чувствует. Ей надо отдохнуть.

— Пусть закроется, — сказала Жанна.

— Уже.

В быстром темпе мы дошли до котельной и толпой ввалились в открытую дверь. В небольшой комнате, обитой деревянными панелями, нас встретил Арнольд. Судя по диванчикам и столу в ней – это была комната отдыха. На столе стоял большой термос, рядом стопка пластиковый стаканчиков.

— Молодцы, ласточки, быстро собрались. Сейчас всё покажу. Здесь, — он указал на термос, — ароматный, восхитительный травяной чай, он великолепно утолит вашу жажду. Пойдёмте со мной.

Следующая комната с бетонными полом, деревянным решетчатым настилом, лавками с тазиками, была помывочной.

— Вот здесь краны, — указал Арнольд на два чугунных крана. — Воду экономить, после вас ещё мужики пойдут. А там сауна с каменкой. Можете греться, сколько хотите, а после чаёк. Ох, завидую вам белой завистью.

— А нельзя было баньку топить каждый день?

— Только по субботам, девоньки, — выдал Арнольд, ничуть не смущаясь. Окинул нас взглядом, расплылся в улыбке, помахал на прощание пухлой рукой.— Всем лёгкого пара.

Только по субботам для нас, должен был уточнить куратор. Мы с Лизой видели, как почти ночью сюда пришли париться мужики. Арнольд на голубом глазу врал или просто недоговаривал.

Жанна закрыла дверь изнутри на металлический крючок, каким обычно закрывали дверь в деревенском туалете.

— Хлипкая защита, — прокомментировала Жанна, — можно выбить с пол пинка.

— В комнате тоже не ахти была, — ответила Софа, — притом ключи у охранников имелись.

— Да уж, лучше не думать об этом. Девочки не расслабляемся. Дверь я заперла, но крюк не айс. Сами понимаете, от ящеров, что угодно можно ожидать.

Слова Жанны добавили огонька в кипящий котёл тревоги. Зря я оставила Лизу одну. Надо было её хоть на буксире сюда тащить.

**

Девчонки переодевались в купальники, которые были указаны на сайте в списке вещей. По идее, у Лизы тоже должен быть с собой купальник. Чего она заартачилась? Сестра оплатила ей тренинг, собрала вещи, обо всём позаботилась. Хотя, кто знает, как у славян положено.

Прихватив полотенца, мы сразу пошли в сауну. Небольшая комната с каменкой в углу, стены, обитые потемневшей деревянной рейкой, два угловых полка, кружащий голову запах нагретой сосны, капельки смолы, выступившие на плашках невысокого потолка.

Мила притронулась рукой к полку.

— Горячий. Жаль не из абаша. В Швеции делают из африканского дерева, которое почти не нагревается. Очень комфортно.

— У нас тоже делают из абаша, — сказала Жанна, — но в рабоче - крестьянских парилках это не предусмотрено.

На двух полках, подстелив полотенца, мы разместились всей дружной компанией. Софа намотала на голову платок и влезла наверх, Мила и Нина полезли туда же, но через несколько минут Мила спустилась.

— Серёжки жгутся, — сказал она, — надо было снять.

— У нас каждую неделю в деревне баня, я люблю париться, — ответила Нина. — Мне отлично.

Кажется, не я одна удивилась. Трудно представить, что утончённая Нина, словно явившаяся из девятнадцатого века – деревенская барышня, а, например, Лиза с козочкой в огороде – городская жительница.

— Хорошо массаж после сауны делать, — сказала Мила, — но у нас это дорого, только если мужа попросить.

— Ох, я вспомнила, как бывший предложил в последний раз обменять массаж на секс, — поведала Софа. — У меня шея и спина болела, я – дура согласилась. Ой, девчонки, во время секса чуть не блеванула. Меня будто насиловал сальный, потный, вонючий мужик. Такое отвращение.

— Реально, как вспомню, сколько мне проблем в жизни создал, прям плюнуть в рожу охота, а не секса с ним, — добавила Мила. — Последние два года было столько. Я молодец, что ещё не в дурке. Ошибкой было, что на себя всё взвалила. На фотках отрезала его и сожгла. Так воняло дома, боялась, что сигнализация сработает.

— А мне он как-то сказал, что был бы рад, если бы я повесилась, — тихо произнесла Ира.

Все замолчали. Я глубоко вдохнула сухой горячий воздух, он почти обжёг лёгкие. Нет человека, нет проблем, а я для мужа сплошная проблема. Тогда ещё и беременная была, некрасивая.

— У него одно время сдвиг был, — продолжила Ира, — хотел в меня засунуть свою свистульку и игрушку одновременно. Я по дурости соглашалась, жаловалась, что больно, а он говорил терпеть. Ещё анал в самом начале отношений. Я весь процесс плакала, а ему было всё равно.

— Меня в первый раз пьяный силой взял, я девочка была, — откликнулась Вика. — Дрожала от ужаса, не хотела, плакала — тело и ноги в синяках были, как хватал. Он сказал «страсть», и вообще сама виновата что до двадцати пяти лет в девках сидела, он и так долго держался. Перед родами от его «страсти» отслойка плаценты, начались схватки и кровотечение. Чуть не погибли с сыном. И после родов пристал. Я зашитая вдоль и поперёк, а он полез. Никогда не чувствовала, что я женщина. Половая тряпка – да. Иногда вначале было что-то более – менее приличное с прелюдией. Потом не заморачивался. Пять минут и всё. А когда пьяный…так вспоминать мерзко. Сейчас очнулась и думаю, ну я, конечно, ку-ку.

— Так нам же внушалось обратное, — объяснила Нина. — Я два года его жертвой считала. Он всё так выворачивал, что добрый и искренний по жизни и в бизнесе. Все от него чего-то хотят, подарки требуют, и друзей настоящих нет, которые для него хоть что-то делают. А по факту он использовал всех вокруг и умело манипулировал.

— У мужиков есть большое сообщество в интернете, — сказала Жанна. — Там учат, как на секс подсадить, как вести себя в начале отношений, как границы прощупать, как начинать унижать. Например, сидишь ты с дамой в кафе, она уже в тебя втюрилась, вы беседуете, а ты вдруг начинаешь в телефоне что-то листать, кому-то писать, не вникаешь в разговор. Дама растеряна, думает, что сделала не так, сказала не то. Заметьте, про себя думает, в себе проблему ищет. А ты такой умный притаился, наблюдаешь. Ага, съела. Будем продолжать. И так шаг за шагом.

— У меня пальцы на ногах целовал, с ног до головы облизывал, лишь бы дала. Секс вначале был супер, сейчас противен, как с соседом живу, ничего с ним не хочется. Панические атаки начались. Стою на мосту, вдруг кажется, что земля под ногами проваливается, я вниз падаю.

Ира прищурилась и зло выдала.

— Мой говорил, ты не знаешь как жён пизд…т до смерти, езжай в область и посмотри, как с женщинами обращаются.

— Клуб убийц, точно. Я успела вырваться, — сказала Софа, — правда здоровьем расплатилась, теперь на гормонах. Последнее время лез только, когда в щи пьяный был. Я на двери защёлку поставила. Мерзота.

— У них опция уничтожать встроена автоматически, — подхватила беседу Нина. — Это просто животный инстинкт. Тигра никто не учит, с какой стороны подкрадываться, ползти на брюхе, когда вскакивать, с какой скоростью бежать, как правильно прыгнуть, перебить хребет лани. У психопатов так же. Мы просто корм для их выживания.

— Я медик по образованию, а кто такие нарциссы не знала. У нас не преподавали, — сказала Вика. — Мне после изнасилования надо было взять билет и улететь. Так нет же, он внушил, что такая никому не нужна. А по факту десять лет в аду. Ещё и гордилась, что у меня такой красавец муж. Одевала его, обувала, одних галстуков на сотни тысяч подарила. Часы за сто. Специально копила, чтобы купить самое лучшее. У меня же король. Себе ничего не позволяла. Жили на моё. Он не давал вообще. Просила два раза в жизни, в декрете. Он сказал – научись просить. Я была образцовой жертвой. Прям, круто отработала.

— У меня мать токс, я вам говорила. Слова доброго от неё не слышала, всё с ехидцей, угрозами, обвинениями, — сказала Жанна, — девчонкой переходила улицу и думала, хоть бы меня машина сбила.

***

От откровений девчонок внутри словно натянулись дребезжащие струны, которые раз за разом звенели под умелыми пальцами, выводившими жуткую мелодию. Чуть прибитая временем, со дна души поднялась муть, подкатила невыплаканными слезами к сухим глазам.