Пи Трейси - Снежная слепота

Через пять минут наряд полиции с ревом моторов, завыванием сирен и миганием маячков пролетел по дорожке. Он заполнил весь дворик, остановившись лишь перед ее джипом, и лейтенант Сэмпсон побежал к дому.

– Внутри или снаружи? – хриплым шепотом спросил он, появившись в дверях. Он был небрит, небрежно одет, шнурки на ботинках болтались, куртка распахнута, но взгляд острый и деловой.

– Не знаю, – не столько сказала, сколько выдохнула она, чувствуя то же самое, что чувствует человек, оказавшийся в беде, когда появляются копы и берут на себя всю ответственность. Безопасность, защищенность и благодарность. Она задумалась, что в такой момент чувствуют копы, и только сейчас осознала, что именно поэтому хорошие копы становятся копами; для нее стало безоговорочно ясно, что именно к этому она всю жизнь стремилась.

Сэмпсон посмотрел на нее, забившуюся в угол, – маленькую женщину в пижаме, с босыми ногами, которая сжимала кухонный нож.

– Где ваше оружие?

– Наверху.

– О господи.

Сэмпсон велел ей идти вплотную за ним, закрывая ее своим телом. Пока он обыскивал спальню и чулан, Айрис успела натянуть джинсы и свитер поверх пижамы, затянула пояс с кобурой и вытащила оружие. Они обыскали весь дом сверху донизу и наконец обнаружили открытое окно в подвале.

– Отсюда он вышел через дверь, которую вы нашли открытой, – сказал Сэмпсон.

Айрис нахмурилась, глядя на кучу коробок, разбросанных у старого камина. На цементном полу валялась выброшенная из них одежда.

Сэмпсон проследил за ее взглядом.

– Налицо опасность пожара. Слишком близко к контрольной лампочке.

– Раньше ничего этого тут не было. Все было в плотно закрытых коробках вон у той стены.

– Что-то пропало?

– Пока не знаю. Эти коробки остались после моего бывшего мужа. В них какие-то инструменты и большей частью зимняя одежда.

Сэмпсон осветил груду лучом своего фонарика, чему-то нахмурился и принялся ворошить одежду носком ботинка.

– Похоже, что ваш бывший оставил и бумажник.

Айрис посмотрела на квадратик кожи, который Сэмпсон держал рукой в перчатке.

– Это не Марка.

Сэмпсон открыл бумажник, посмотрел на водительские права в пластиковом окошке, а потом со странным выражением на лице перевел взгляд на Айрис.

– Стивен Э. Дойл. Боже милостивый, Айрис. Тут внизу был Курт Уэйнбек.

24

Пока они поднимались из подвала, Сэмпсон по наплечной рации попросил прислать подмогу.

«Как быстро, – подумала Айрис. – Это все так быстро. Что-то случается, и нет времени заранее все обдумать, ты должен действовать и надеяться, что мысли за тобой поспеют».

Пока Сэмпсон продолжал говорить, она схватила парку с кухонного стула и натянула сапоги.

– Дом чист. Мы вдвоем выходим наружу. Скажи ребятам, чтобы они в нас не стреляли.

Хорошая мысль. Запомни, что надо всегда предупреждать полицейских, чтобы они в тебя не стреляли. Что касается поддержки… ее надо вызвать и, черт возьми, ждать, когда она явится, прежде чем сделать первый шаг и погибнуть. Но почему же Сэмпсон не ждет? Потому что он и есть поддержка, глупышка. Для тебя.

Эта мысль обрушилась на нее с такой силой, что у нее едва не подломились колени. Отвечать за свою собственную жизнь – это один вид страха. Она его чувствовала в те минуты, когда стояла в углу, сжимая кухонный нож. Но отвечать за кого-то еще – это куда тяжелее.

Она на долю секунды прикрыла глаза – это было все, что она могла себе позволить, прежде чем отправиться на поиски Курта Уэйнбека, – а когда она их открыла, ее взгляд упал на колышки со связками ключей. Один из них был пуст.

– Сэмпсон. – Ее голос остановил лейтенанта, когда тот уже собирался открыть дверь. – Мои ключи исчезли.

– Может, вы их оставили в машине.

– Нет.

– Такое бывает. День у вас был тяжелый, голова забита, что-нибудь забыли…

– Нет.

Что-то в ее голосе убедило его, и он сразу застыл на месте. Двигались только глаза. Они медленно прошлись к окну, к джипу, неподвижно стоявшему на дорожке, и затем Сэмпсон молча кивнул, перед тем как осторожно открыть дверь.

Они бесшумно вышли на крыльцо и внимательно осмотрелись. Их взгляды, стволы оружия и лучи фонариков были направлены на ее джип. У них было слабое преимущество, потому что крыльцо было выше машины, и они могли видеть часть ее салона, но кругом было полно темных мест, куда свет фонариков не мог попасть. Места, где мог спрятаться Уэйнбек, хватало.

Единственным звуком был шорох пороши, бившей в дом, в окна и в обледеневшие деревья. Айрис подумала, что слышит, как деревья со стоном и треском сопротивляются весу льда, но больше ничего не было, даже вздохов ветра.

Она заметила следы, которые вели от крыльца к ее джипу. Трудно было понять, насколько они были свежими, но они уже обледенели и в данный момент хорошо сохранились. Их вид несколько успокоил ее – если Курт Уэйнбек выскочит из машины и застрелит их, то, по крайней мере, криминалисты сделают отличные отпечатки этих следов и преступник получит пожизненное заключение. Пресса распространит эту историю, а коммерческие каналы увенчают посмертными лаврами лейтенанта Сэмпсона и его преданную сподвижницу Айрис Риккер, которая была шерифом только один день.

С мучительной неторопливостью они спустились по ступенькам и начали преодолевать небольшое расстояние от крыльца до джипа, которое сейчас казалось Айрис невообразимо длинным. Фактически не только пространственные, но и все ее ощущения перепутались, хотя она все понимала и воспринимала – свет ее фонарика был ослепительно-ярок, приглушенный хруст льдистого снега под ногами едва не оглушал, а шерстяной свитер обдирал кожу, как наждачная бумага.

Приблизившись к джипу, они его обошли, одновременно вскинули оружие и фонарики, освещая салон. Айрис впервые задумалась, что чувствует человек, когда ему в грудь со скоростью звука летит пуля. Она осветила связку ключей в замке зажигания. Кроме них, в джипе ничего не было.

– Его здесь нет, – сказала Айрис.

– Я и не думал, что мы его здесь найдем.

– Вы могли бы сказать мне это и раньше, а то я последние две минуты просто умирала от страха.

Он слегка приподнял одно плечо.

– Думал, что вы сами знаете. Если у него была машина и к тому же ключи от нее, он бы давно унес ноги. Вы уверены, что не оставляли ключи в зажигании?

– Сэмпсон! – Она резко перевела луч к цепочке следов, на которые они старались не наступать. – Это не мои и не ваши.

– О'кей. Так почему же машина осталась стоять?

Айрис вспомнила свои беспорядочные мысли во сне; она представляла, как, стараясь завести джип, окончательно посадила аккумулятор. Распахнув дверцу со стороны водителя, она повернула ключ. Молчание.

Сэмпсон сдержанно улыбнулся:

– Ну, здорово. Уэйнбек вломился в ваш дом, украл ключи, решил, что спокойно унесет ноги, – и вдруг машина не заводится. Просто прекрасно. – Он провел лучом вокруг джипа и обнаружил еще одни следы, которые уходили от дверцы водителя. – Если такая погода будет продолжаться, все эти следы скоро заметет. Мы должны двигаться.

В первый раз Айрис обратила внимание, что ледяная крупа сменилась густым снегопадом. Смешно, до чего твои мозги отключаются от всего остального, когда полностью заняты какой-то простой вещью, например желанием остаться в живых.

По дорожке они прошли по следам почти до амбара, и тут Сэмпсон остановился. С помощью фонарика он проследил отпечатки до самых дверей и прошелся лучом по всей громаде строения.

– Что в нем?

Айрис отлично понимала, что его интересует.

– Масса пустого пространства и масса мест, где можно спрятаться.

Сэмпсон собрался кивнуть, и в это время старый амбар издал звук, который он всегда издавал. Лейтенант застыл, как собака, напавшая на след, и стал тыкать пальцем в амбар. Айрис ничего не понимала. Час классных занятий, еще час изучения иллюстраций, а теперь реальные полицейские сигналы решительно отличаются от рисунков в учебнике.

Она должна обойти строение справа; он же пойдет налево. Беззвучно.

Айрис не осмелилась остановиться, чтобы обдумать ситуацию. Она прошла куда было сказано, и в ту секунду, когда она сделала первый шаг в глубоком, по колено, льдистом снегу, который принесло к стенам амбара, ей показалось, что в мозгу захлопнулась дверца, отрезав сознание от всего, что не касалось сейчас ее ощущений. Она сделала еще два шага, со звериной зоркостью всматриваясь в окружающую обстановку, но тут услышала сирены и увидела красно-синие отсветы проблесковых маячков на ветхой стене амбара, когда патрульная машина двинулась по дорожке.

– Вперед! – гаркнул ей Сэмпсон, потому что завывания сирен лишили их преимущества тишины, и теперь надо было двигаться как можно быстрее.