Final Kill - С. Т. Эшман
— Понял. Можете на меня рассчитывать.
— Отлично.
— И ещё одно, — сказал он как раз в тот момент, когда я собирался положить трубку.
— Да?
— Ночной Преследователь.
— Что с ним?
— Его выпустили под залог. Его мама продала свою квартиру и внесла 200 000.
— Вы издеваетесь? — сказал я. — Я же сказал окружному прокурору, что 200 000 — это издёвка за то, что натворил этот кусок дерьма.
— Ты и каждая женщина в этой стране.
Куда уж хуже этот день? Чёрт! Узнай Лия — она позаботится, чтобы с Ночным Преследователем всё было «урегулировано». Это будет грязно. Это будет некрасиво. И тот факт, что Ковбой уже вынюхивает, может всё осложнить.
— Завтра с утра проверь условия его залога и встретись с окружным прокурором, — выдохнул я, давая волю раздражению. — Пока его не признают виновным и не упрячут, мне нужно всё: браслет на щиколотку, ежедневные отметки в полиции, сдача паспорта, тесты на наркотики, запрет на контакты. Пропиши ему весь чёртов набор. И чтобы больно. Понял?
— Как гром. Я устрою ему ад.
— Хорошо.
Он повесил трубку, и я сунул раскладушку обратно в карман пальто. Лие напишу позже. Сейчас мне нужно было выработать план — план по Новаку. По Ковбою. По Мюррею. И теперь ещё по этому грёбаному Ночному Преследователю.
Мне предстояло понять, где я стою, прежде чем говорить с Лией, особенно в вопросе убийства. В конце концов, она была корнем всего этого. По крайней мере, для меня. Но, скорее всего, она же была и единственным моим решением.
Глава двадцатая
Лиам
Когда я въехал на своё закреплённое место в подземном гараже кондоминиума, фары скользнули по силуэту, застывшему у края парковки. Короткая вспышка света выхватила из тени женщину. Я мгновенно узнал её по фотографии, которую сестра прислала мне несколько месяцев назад.
Это была моя сводная сестра — ребёнок, которого отец зачал за нашей спиной от другой женщины.
Я выругался себе под нос. Из всех дней именно сегодня ей взбрело явиться. Меньше всего мне сейчас была нужна семейная драма после такого дня.
С неуверенными движениями она отошла в сторону, давая мне припарковаться. Я заглушил двигатель, посидел секунду, затем открыл дверь и выбрался наружу.
— Лиам? — её голос был тихим, дрожал от неуверенности. Инстинкты Бюро включились сами собой, и я машинально окинул её взглядом с ног до головы. Не было сомнений, что она моя сводная сестра, но женщина передо мной уже не была той, что на фото. На снимке — свежая, полная надежд девушка. А теперь? Покрасневшие, распухшие от многолетних наркотиков руки и выбитый зуб рассказывали о тяжёлой жизни. Макияж наложен толстым слоем — словно попытка скрыть ущерб, но он лишь подчёркивал контраст между её видом и почти «церковным» нарядом. Казалось, она изо всех сил старалась произвести хорошее впечатление.
Болело смотреть на неё такой. Видеть, как она так старается. Ради меня, из всех людей.
— Привет, — сказал я, запирая машину. Сигнализация пискнула, и этот звук повис в неловкой тишине между нами.
— Я… — начала она, голос сорвался, — я Люси, твоя сводная сестра. Прости, что вот так пришла к тебе домой. Я знаю, сестра говорила, что вы оба не хотите контактов сейчас. Но…
Я сжал губы. Это было правдой. У меня и так полно дел без семейных сцен, тем более что суд по делу Джози только что завершился. Я не мог — не хотел — в это впутываться. Сейчас точно нет. А может, и никогда.
— Как ты меня нашла? — спросил я.
— Один сотрудник в твоём офисе дал мне адрес, когда я сказала, что я твоя сестра.
— Ковбой, — проворчал я. Как он мог вот так раздавать мой адрес?
Раздражение, должно быть, ясно отпечаталось у меня на лице, потому что Люси отступила на шаг, опустив взгляд в пол.
— Если сейчас неудачное время, я могу зайти в другой день, — предложила она.
Я вздохнул.
— Да. Прости, но сейчас правда не лучший момент. — Я постарался говорить мягко и скрыть усталость от всего творящегося в моей жизни.
Она кивнула.
— Я приду потом…
— Наверное, лучше будет, если я сам выйду на связь, когда у меня появится время, — перебил я.
Разочарование залило её лицо — заметное даже под плотным макияжем. Мне было больно видеть её боль, но именно такой драмы я сейчас не вынес бы сверх всего остального. Чёртов Ковбой. Чёртов мой папаша-изменник.
— Дело не в тебе. Правда, — сказал я. — Сейчас на работе завал. Пожалуйста, не принимай на свой счёт. Карма со мной иногда обращается как с дерьмом. Я не из её любимчиков. Никогда не был и не буду.
Она слабо улыбнулась:
— Мне это знакомо. Карма и меня не любит. Хитрая сука, эта самая.
Я кивнул.
— Ладно, я свяжусь позже, если ты не против? — сказал я искренне, по-добрым.
— Да, да, конечно, — она чуть повеселела. Протянула мне бумажку с контактами. — Я работаю ночами в доме престарелых, но днём свободна. Звони в любое время.
— Спасибо, — сказал я, убирая листок в карман. Потом смотрел, как она уходит через вход из гаража и скрывается за углом.
Думать о встрече времени почти не осталось. Взгляд зацепился за чёрный BMW на служебном месте.
Сердце ухнуло в пятки, и я зашагал к нему, с каждым шагом всё быстрее.
Писать Лие не было нужды.
Тёмный ангел справедливости уже был здесь.
Глава двадцать первая
Лия
Рихтер уселся за руль и тяжело захлопнул дверь. Под глазами висели тёмные круги, волосы были растрёпаны. Он выглядел как человек, не спавший много дней.
— Я не хотела вмешиваться во что-то личное, — сказала я, кивая в сторону, где он разговаривал со своей сводной сестрой.
Он откинул голову на спинку сиденья:
— Лия, мы с тобой сталкивались с вещами пострашнее, чем внезапное появление моей сводной сестры. Ты не вмешалась.
Я кивнула:
— Я не эксперт по семейным делам. У меня толком и семьи нет. Но потерянная сестра, которая пытается наладить контакт… разве это плохо?
— Не знаю. — Его взгляд скользнул к окну. — Сначала я подумал, что она только добавит хаоса в мою жизнь. Подольёт масла в огонь. Но теперь я думаю…
— О чём?
Он снова посмотрел на меня:
— Теперь думаю, что, возможно, бардак — это я. Огонь — это я. И любой, кто подойдёт слишком близко, обожжётся.
Я дала его
