Иван Царевич и серый морг - Янина Олеговна Корбут

расследования зависит его дальнейшая учёба. И за товарища впрягался…

– Ладно, у тебя есть какие-то идеи, кроме как взламывать чужие квартиры отмычками? – миролюбиво поинтересовался я, опасаясь, что Лена передумает мне помогать.

Но она как будто ждала возможности быть полезной:

– Смотрите, если одинокий мужик долгое время жил где-то на районе, то должен был посещать магазины, парикмахерскую, банк или ещё какие-то заведения.

– Так с нами в банке и станут разговаривать… – насмешничал Суслик.

– В банке не станут. А в баре или пивнушке – легко. Покажите его фото завсегдатаям пивнух. Ты говорил: он любил выпить. Явно ходил куда-то вечерами.

– А что, это ниточка… – согласился я с Леной.

– Я Ленинский район не очень хорошо знаю. Какие там местные кафехи? – спросил Суслик.

– Пойдём да выясним. Лен, ты с нами? – я посмотрел прямо ей в глаза, но она словно избегала встречаться со мной взглядом.

– Увы, не могу. Мне завтра надо убраться, оплатить счета. Хозяйка должна заехать за деньгами. Да и поработать не мешало бы, всё-таки я типа как на практике. Договорилась тут с местным музеем, сейчас готовлю материал об их новой выставке к семидесятилетию Союза художников.

Уже уходя, я заметил у неё на телефонной полочке несколько фотографий. Снимал явно мастер, потому что Лена на фотках была вроде бы и похожа на себя, но при этом светилась какой-то нереальной красотой.

От вина я немного расслабился и потому решил «обнаглеть»:

– Можно взять одну?

– Давай, подпишу на долгую память, – улыбнулась Лена.

Рыжая-бесстыжая

– Хренасе, умная – она подкинула идею, а топтать землю мы должны, – ворчал назавтра Суслик, вспоминая Лену недобрым словом.

– Потому и просил мне помогать. Хочешь, иди на практику, – отрезал я, чтобы сразу пресечь Вовкины попытки ныть.

– Ладно, я просто так. Всё равно дома делать нечего. Практику мне уже засчитали. Малой у бабки, мамка на работе. Отчим, падла, скорее всего, в запой ушёл. Надо хоть за шмотками домой зайти, а то уже третий день хожу в одной майке. У тебя же не возьмёшь. Вот чего ты такой дрыщ?

– Не дрыщ, а подтянутый, – я отмахнулся, вертя по сторонам головой.

– Ты ей доверяешь? – допытывался Суслик, имея в виду, конечно, Лену.

– Пока она не давала повода думать, что ей нельзя доверять.

– Ага, не давала. Мутная она какая-то. У вас вообще ещё ничего не было, а она уже командует. Фа-фа-ля-ля.

Неподалёку от дома, где нашли журналиста, располагалось летнее кафе. И хотя был ещё не сезон, оно уже работало. Внутри можно было взять чай, пиво, квас, а потом посидеть за пластиковыми столами на улице. Толстая тётка, разливавшая напитки, сразу отшила нас с нашими расспросами:

– Я тут второй день работаю. Предыдущая продавщица уехала к матери в деревню. Я её на месяц заменяю. Тебе чего налить, лохматый?

– Пива, – громко заявил Суслик.

– А паспорт?

– Мне вообще-то девятнадцать уже.

– Все так говорят.

– Что, не видно, какой я здоровый?

– Я тоже не худышка. И что? Может, ты просто пухлый акселерат.

– Это мышцы…

Суслик, вздохнув, согласился на квас. Да и пиво он нечасто пил, так что требовал его скорее из упрямства. Тётка, почуяв это, из вредности налила ему полстакана пены, но спорить Вовка не стал, и мы побрели дальше. По пути я остановил какого-то подростка на велике и спросил, где тут поблизости есть хоть какой-то бар.

– С мороженым? – уточнил тот.

– С пивом, водкой и селёдкой, – буркнул Суслик, обиженный квасом.

Пацан почесал нос, покрутил головой и ткнул пальцем куда-то в область между пятиэтажками.

– Пройдёте туда дальше, возле садика дорожка. Там через подворотню выйдете на проспект Октября. И слева будет бар. Я тоже в ту сторону. Хотите – за мной идите.

Пацан оказался не Сусаниным, так что добрались мы без проблем. Бар находился в подвале на углу улицы. Спустившись по ступенькам, мы толкнули тяжёлую дверь с проржавевшей ручкой.

В помещении царил зеленоватый сумрак, пахло пивом и было пусто. Я задел ногой стул. Звук показался особенно громким в унылой тишине.

Тощий бармен с унылым хвостиком и тряпкой в руке внезапно материализовался за стойкой. Я поначалу застыл в мистическом ужасе, пока Суслик не толкнул меня в бок локтем:

– Он чё, призрак?

– Очень может быть. Хотя… Скорее всего, просто барной тряпкой пол протирал, сидя на корточках.

Бармен невозмутимо продолжал протирать той же тряпкой стойку, одним глазом косясь в нашу сторону.

Во рту у меня пересохло, в желудке что-то копошилось, но налаживать контакт было нужно. Я попросил стакан сока, а ещё сразу достал из кармана распечатанную фотографию. Конечно, не ту, что спёр из морга. Зачем пугать людей. Фотографию я нашёл на сайте издания, где Саенко трудился до последнего года и предусмотрительно распечатал.

– Хотел спросить. Вы не знаете…

– Этот человек часто сюда заходил, я запомнил его по шраму и чаевым, – прервал мой нерешительный вопрос бармен. – Глупо жить возле лучшего пивного бара в городе и не пить пиво, правда?

Это было неожиданно, учитывая, что на такую удачу я не рассчитывал.

– Круто. А как бы узнать, где конкретно он жил?

Бармен посмотрел на меня так, что я тут же понял: ляпнул глупость. Откуда ему знать адреса клиентов? Пусть даже и постоянных. Тут я заметил, что у бармена порезана рука. И понял, что тогда, под барной стойкой, он собирал осколки бокала.

– У вас кровь капает. Давайте обработаю. Аптечка есть? Не волнуйтесь, я учусь в меде.

– Этот мужик как-то девочку снял, – вдруг заявил бармен, когда я бинтовал ему руку, предварительно осмотрев рану на наличие осколков.

– Путану? – уточнил Суслик, сосредоточенно изучая меню.

– Сейчас так не говорят, – обиделся бармен. – Путаны остались в девяностых. У нас тут иногда приходят… такие, не слишком серьёзные. Если выделываются – выгоняем. Но я видел, как он с ней выходил. Рыжая, вся в веснушках. Высокая. Уверен, её тут многие знают, но я принципиально не спрашиваю их имён.

– Спасибо, – пробормотал я, допивая сок и поняв, что больше информации вряд ли получу. Тем более в баре уже стали появляться клиенты. К стойке подошёл патлатый посетитель, стал настойчиво интересоваться коктейлями, и мы с Вовкой заспешили на выход.

Возле бара отирались два парня чуть старше нас, и приятель решил испытать удачу ещё раз. Тем более те попросили зажигалку, и я притормозил.

– Рыжую высокую знаешь? Говорят, она тут часто бывает? – важно осведомился Суслик у того, который прикуривал первым.

– Видел пагу газ, – смешно не выговаривая букву «р», ответил тот.

– Дай адрес.

– Думаете, она обрадуется таким тухлым