Дом шепота - С. Хеберт

— Чего ты хочешь, Джаккал?

Он наклонил голову, уставившись на меня, его глаза были полностью скрыты под маской.

В течение нескольких месяцев я чувствовала, как растет чье-то жуткое присутствие, преследующее меня по ночам. Еще несколько недель назад я понятия не имела о его существовании — до той роковой ночи.

Я возвращалась в Дом Шепота, мой дом, когда трое мужчин устроили мне засаду. Они появились из ниоткуда, прижали меня к стене переулка и смеялись, попивая из бутылок из темного стекла. Я попыталась убежать, но они погнались за мной, затащив обратно в переулок. Двое мужчин прижали мои руки к стене, пока третий допивал остатки из бутылки из темного стекла. Он невнятно бормотал свои извращенные угрозы, когда я плюнула ему в лицо. Я закрыла глаза, готовясь к тому, что должно было произойти, когда внезапно мужчина замолчал. Когда я открыла глаза, появился Джаккал. Он убил мужчин без звука или колебаний. Я застыла, слишком пораженная, чтобы пошевелиться, наблюдая, как он кромсает их тела, продолжая резню после того, как их души слетели с губ. Казалось, ему нравилось излишество. Странное ощущение охватило меня, когда я продолжала наблюдать за ним. Он не был новичком в убийствах.

Закончив, он поднялся, сунул нож под жилет и медленно приблизился. Он только смотрел на меня, остановившись достаточно близко, чтобы я почувствовала запах его крови.

— А теперь ты должна мне три.

Он ушел так же быстро, как и появился, оставив меня полностью потерянной в том, что произошло передо мной. На следующую ночь я осталась внутри, нервничая из-за встречи с человеком в маске. Когда я легла в постель и начала засыпать, он внезапно появился в моей комнате. Он стоял рядом со мной в изголовье моей кровати, глядя вниз. Его присутствие потрясло меня. Я бросилась к подушке за ножом, но обнаружила, что его нет.

— Тебе нужно быть умнее. — Когда он заговорил, его голос был низким и чувственным. Мои глаза оставались прикованными к его рукам, пока он играл с моим ножом. Я медленно отодвинулась от него, переместившись в изножье кровати, запутавшись в толстых простынях.

— Кто вы? Что вам нужно? Как вы сюда попали?

— Ты должна мне три, — сказал он, осматривая мой нож, — и я пришел забрать их. — Страх и замешательство смешались, когда мои руки сильнее стиснули простыни.

Он поднял нож и игриво швырнул его в мою сторону. Инстинктивно моя рука поймала его прежде, чем он успел нанести удар. Адреналин закачался в моих венах, когда я перевела взгляд на него, держа лезвие между пальцами.

— Кто ты, черт возьми, такой? — гнев вспыхнул в моей груди.

Он молчал. Только наблюдал за мной.

С меня было достаточно.

Моя рука вспыхнула фиолетовым, когда я сердито метнула нож обратно в его сторону. Лезвие вспыхнуло, когда взлетело. Его рука поднялась, охваченная таким же огнем, когда мой нож остановился в нескольких дюймах от прорези для глаз в его маске. Он щелкнул пальцами, когда маска упала на пол. Он был Двиммером.

— Ты должна мне три.

Неужели он действительно ожидал, что я каким- то образом отплачу ему за то, что он сделал?

— Послушай, — я медленно поднялась с кровати, — я не знаю, кто ты и чего хочешь, но я не просила твоей помощи. Поэтому, пожалуйста, — я быстро схватила нож с пола, — оставь меня в покое. — Мои глаза сузились, когда он подошел ближе. Моя рука метнулась на уровень его груди, лезвие в моей хватке было твердым и находилось всего в дюйме от него. Он не остановился, приближаясь ко мне, когда лезвие глубоко вонзилось в его кожу через жилет.

— Кто ты? — вопрос сорвался с моих губ, когда он остановился, по его жилету стекала кровь от моего ножа.

— Джаккал, но ты, возможно, знаешь меня как Потрошителя. — Он заговорил, не обращая внимания на свою пронзённую грудь. Это было неестественно.

Мои глаза расширились от страха. Потрошитель. Он был неуловимым убийцей, бродящим по району Бедвилля. С годами стало появляться все больше и больше его жертв; количество жестокости и увечий, нанесенных его жертвам, вызывало тревогу. Каким-то образом все прояснилось, и я поняла, о чем он меня просил.

— Я не буду убивать ради тебя.

Он схватил меня за руку, его темные кожаные перчатки сжали мое запястье, когда он вытащил лезвие из своей груди. Его кровь заблестела в свете свечей.

— Да, ты сделаешь это, Каспер.

Я ахнула при звуке своего имени.

— И тебе это понравится.

Он поднял другую руку с небольшой горкой красной блестящей пыли на ладони. Это напоминало серебряную волшебную пыльцу, которую использовали в борделе, только что-то было не так. Она показалась странно знакомой. Мои брови в замешательстве нахмурились, когда он дунул пудрой мне в лицо. Я закашлялась и подавилась густым, сухим, красным порошком. У меня закружилась голова, а глаза расширились. Мое тело обмякло, когда его хватка на моих руках усилилась.

Я ахнула, вскакивая с кровати. Мои глаза лихорадочно обшаривали комнату. Я была одна. Теплый осенний солнечный свет проникал сквозь старые окна в изголовье моей кровати. Было позднее утро. Я застонала, скатываясь с кровати, убежденная, что все это был сон.… Я и не подозревала, что попала в непрекращающийся кошмар.

Когда я волочила ноги мимо стоящего зеркала, что-то привлекло мое внимание. Я повернулась и в ужасе посмотрела на свое отражение. В том пыльном старом зеркале на меня смотрела женщина, покрытая засохшей потрескивающейся кровью. Я опустила взгляд на свои руки, дрожа, когда смотрела на свои красные ладони, переворачивая их. Я попыталась стереть темно-красные пятна со своей кожи, когда у меня началось учащенное дыхание. Я пришла в ярость и бросилась к раковине, оттирая застарелую кровь. Как это возможно? Что случилось?!

Мне потребовалось несколько часов, чтобы избавиться от толстого слоя крови. Я отмылась дочиста, растирая кожу до крови, пока не осталось ни малейших признаков того, что произошло.

Я отказалась выходить из своей комнаты, травмированная и напуганная тем, что я сделала, чтобы оказаться в таком состоянии. «Кого я убила? Как я могла не помнить? Что произошло?!» Эти мысли и вопросы кружились в моей голове, пока часы превращались в дни. Я изолировала себя от реальности.

Выйдя из теплой ванны, я услышала скрип из своей спальни. Нет. Я осторожно выглянула из-за дверного косяка и увидела его, вытаскивающего нож из-под моей подушки.

— Я же говорил тебе быть умнее. —