Шон Блэк - Зона невозврата

Ознакомительный фрагмент

– И каких же это «новых друзей» вы имеете в виду? – полюбопытствовала Джалисия. – «Нацистских бунтарей»? «Техасский круг»?

«Нацистские бунтари», «Техасский круг» – и та и другая активные группы белых супремистов, издавна оспаривающие лидерство «Арийского братства» в тюремном рэкете и наркодилерстве. И стоит федеральной прокуратуре притопить «арийцев», как в возникшую брешь тут же полезет одна из этих или других группировок, стремясь утвердиться на тюремном рынке Америки с его многомиллионными оборотами.

Рипер возвел глаза к потолку.

– Имен я называть не берусь, но вы не хуже меня знаете, что природа не терпит вакуума.

– Итак, вы определяетесь, свидетельствуете против «Арийского братства», а я, со своей стороны, убеждаю тюремное начальство переселить вас к вольникам.

– Именно так, – кивнул Рипер.

– Но ведь «Арийское братство» вам этого не простит.

– Ничего, я готов на такой риск. К тому же я ведь сказал: меня готовы опекать мои новые друзья.

Ясно как день, что при обычном раскладе кидальщик в общей зоне представляет собой легко уязвимую мишень: у всех есть свои обоснованные причины с ним разделаться. Но Рипер не из таких. Для большинства заключенных его измена будет расцениваться как материя некоего высшего порядка – такого, куда им снизу не доплюнуть, а потому нечего и пытаться. Нечто сродни демаршам правительств, постоянно меняющих ради своей политической выгоды отношение к той или иной стране мира. Одним словом, «тонкий политик» со всеми его подлыми выкрутасами.

– Что ж, ладно, – подвела итог Джалисия. – С переводом вас к вольникам у нас, пожалуй, получится. Разумеется, после того, как вы дадите показания.

Улыбка Рипера померкла.

– Нет. Сначала перевод, иначе про меня как про свидетеля вы можете забыть.

– А к чему нам, собственно, спешить? – переменила тактику Джалисия. – Подождем пару недель. Вы подготовите показания, мы подготовим всё к переводу – и все счастливы.

Рипер снова подался вперед – близко; черные глаза завораживающе блестели.

– Вы, видно, все еще не поняли. Среди вольников мне будет безопаснее, и там я дам свои показания. А в одиночке… Кто-нибудь, кому надо, возьмет и подкупит охрану, и та откроет дверь в мою камеру до срока. А на общем дворе я их хотя бы загодя увижу.

В его словах определенно был смысл. В одиночке заключенному, казалось бы, безопаснее, но это лишь на первый и непосвященный взгляд. А на деле риск есть везде.

Рипер медленно поднялся, давая понять, что разговор окончен.

– Такое вот мое предложение. Вы меня перемещаете, а я подношу вам на блюде всю как есть головку «Арийского братства»: кушайте на здоровье. Короче, решайте, быть или не быть.

Он повернулся и зашаркал к тяжелой металлической двери; охранники следом. Джалисия осталась сидеть.

Расклад получался следующий. Если Рипер выполнит свою часть сделки, смертный приговор шестерым заказчикам убийства Прэйджера считай что обеспечен, а она, Джалисия Джонс, уподобится, можно сказать, Элиоту Нессу[8] в женском обличии – тем, что одним ударом прихлопнет, казалось бы, непотопляемый преступный синдикат, действующий в американских тюрьмах. Ну, а если после суда «Арийское братство» вздумает с Рипером посчитаться, то это уже его проблема. А вот те недели, что предшествуют суду, – это проблема для всех. Особенно заключительные пять дней, поскольку за пять дней до признания Рипера закон обязывает раскрыть личность главного свидетеля адвокатам, представляющим верхушку банды.

Пять дней. В них вся суть – можно сказать, свет клином. Сохранить Рипера в живых на протяжении пяти дней после его раскрытия, и тогда восторжествует справедливость. Смерть Кена Прэйджера и его семьи будет законным образом отмщена, а заказчикам убийства последует четкий сигнал: за смерть федерального агента вы заплатите собственной жизнью.

Джалисия разжала пальцы, тщетно пытаясь ослабить растущее напряжение. Надо что-то делать, причем безотлагательно. Чтобы Рипер эти пять дней до слушаний остался невредим. Надо что-то срочно предпринять. Но что именно?

Глава 03

Спустя шесть недель

Через простор залива Сан-Франциско Райан Лок пристально вглядывался в остров Алькатрас. Знаменитый – можно сказать, фирменный – городской туман ненадолго рассеялся, и проглянула яркая синева неба; стал виден не только остров, но и само грязновато-белое здание легендарной тюрьмы. По ступеням пристани к морскому трамвайчику спускалась стайка туристов, готовясь отправиться на экскурсию в бывшее место обитания самых одиозных преступников Америки. Правда, сам Лок присоединяться к экскурсантам не собирался. Он был здесь по делу. Хотя по какому именно, сам еще толком не прояснил.

Накануне вечером в нью-йоркской квартире, где Лок жил со своей подругой, тележурналисткой Кэрри Делани, раздался звонок. В отличие от большинства звонков делового характера, этот был сделан на домашний телефон, а женщина на том конце провода проявляла в разговоре спокойную настойчивость – тоже, кстати, в отличие от большинства клиентов, что-то истерично требующих срывающимися от волнения голосами (часто не без оснований: дело-то срочное).

После карьеры в армии он теперь работал высококлассным частным охранником, подчас берясь за работу, которая никому другому не по плечу. Во всяком случае, такая о нем ходила молва. Если коротко: спаси и сохрани того, кому грозит опасность, будь то шантаж, похищение или вымогательство. Кто не в теме, может счесть это функциями телохранителя или бронежилета, хотя Лок такой брутальный подтекст воспринимал с известной долей иронии, себя считая не бойцом, а скорее миротворцем. Устранителем угроз.

Женщина на том конце провода назвалась Джалисией Джонс, федеральным обвинителем прокуратуры Сан-Франциско. И сказала, что у нее к нему довольно деликатный разговор, лучше с глазу на глаз.

– Негусто, в плане сведений, – сдержанно заметил Лок, свободной рукой помешивая соус для пасты, которую готовил на ужин.

Джалисия добавила еще одну деталь: дело, собственно, о защите свидетеля на крупном судебном процессе.

– Так ведь у вас для этого, наверное, есть служба маршалов? – прозорливо уточнил Лок, осторожно, чтобы не обжечься, пробуя соус на вкус.

– Довольно специфичный расклад обстоятельств, мистер Лок.

– А что, на всем западном побережье нет никого, кто бы мог обеспечить тому человеку сохранность?

– Представьте себе. Речь идет о высококлассной – очень высококлассной – охране. Супер хай-энд.

Хай-энд. Достаточно расхожий пароль, означающий «с риском для жизни». А в данном случае, судя по приставке, может означать «как пить дать пристукнут».

– Мистер Лок, – продолжил женский голос, – все выводы вы сможете сделать при встрече. Ваш рейс из аэропорта Кеннеди завтра, в шесть утра. Билет в бизнес-класс будет вас ждать на стойке регистрации «Верджин Америка».

– А с чего вы, извините, решили, что я по одному вашему запросу ринусь спозаранку через всю страну?

После недолгой паузы Джалисия ответила:

– Потому что я навела о вас справки.

– То есть? – Лок отложил на кухонный прилавок ложку; по спине пробежал неуютный холодок.

Но Джалисия вопрос проигнорировала и, назвав номер рейса, повесила трубку.

Сзади на диванчике сидела Кэрри за проработкой какого-то своего материала. Рядом лежал их желтый Ангел – лабрадор из спецпитомника, – задумчиво положив морду ей на колени.

– Дела-делишки? – поднимая глаза от распечатки, спросила Кэрри.

– Какая-то дама из прокуратуры Сан-Франциско. Хочет, чтобы я с утра пораньше сорвался туда к ней, поговорить о защите какого-то свидетеля.

– А ты?

– Да ну их, – небрежно отмахнулся Лок.

Около четырех утра, продремав в общей сложности часа два, Райан заворочался, а затем вылез из постели. Кэрри тут же оккупировала местечко поуютней и, не открывая глаз, с сонной сипотцой спросила:

– Все-таки едешь?

– Ну а куда деваться, – вздохнул в ответ Лок.

– А что так?

– Понимаешь, если я не выясню, за каким чертом им понадобилось через всю страну вызывать к себе частного охранника, я ж с ума сойду.

Кэрри сонно хохотнула.

– Значит, точные у нее о тебе справки.

Пока Лок одевался, рядом, чуя перемену в распорядке, озабоченно засуетился Энджел.

– Помощника с собой берешь? – спросила Кэрри, опершись на локоть.

– Энджел пускай остается здесь.

– Я не о нем. Ты знаешь.

Райан, постояв, возвратился и присел на кровать. Отвел упавший на лицо Кэрри светлый локон; нагнувшись, коснулся губами ее виска. Сейчас вот взять и нырнуть рядом, в тепло постели… Преодолев секундный соблазн, Лок решительно поднялся.