Сотилиан Секориский - Путь дурака: Гарри Поттер в России (Путь дурака 1,2,3,7)

Глава 3

Съябывание уродов

— Я сидела в мягком кресле самолета и, наблюдая за пышными, как вата облаками, раздумывала о последних событиях. Несколько часов назад мне дали духовное имя чу-Чандра. Это случилось утром в час встречи с просветленным мудрецом Рулоном, моим Учителем. Я была рада до усрачки, так как духовное имя дается только продвинутым ученикам, которые уже давно в Рулон-холле. Енто подпитывало мою гордыню, но Рулон был мудр, и хорошо чуял, какие тараканы водятся в моей тупой репе, и, поентому, дал мне еще и обидную приставку «чу» с маленькой буквы в начале имени. Это было сделано специально, чтобы разрушать вскормленную мамкой гордыню и абсолютно ничем не обоснованное самомнение, которое и заставляет нас сидеть на месте, считая себя пупами земли, вместо того, чтобы делать хоть что-то реальное, чтобы достигать своих целей. И вот теперь я лечу в незнакомый город, проводить Рулон-холл, да еще и с этим Мудей, приставленным старшим. Все произошло слишком быстро и никак не укладывалось в моей голове. Моей сущности было страшно от неизвестности, она призывала к бдительности, но личность распиздяйничала, предвкушая на жопу приключений и наслаждаясь духовной «кликухой». Я нахваливала себя, что я совсем недавно прибывшая в Рулон-холл, так быстро заполучила духовное имя. Оглянувшись на попутчика, я увидела, что Мудя дрых. Сразу он мне не понравился. Его спокойствие, размеренность, делали его похожим на теленка. Вот-вот слюни потекут. Он показался мне бессмысленным. Но гормон уже начал шевелиться в моей пизде. И мне захотелось обратить на себе его внимание.

— Наш самолет вынужден совершить посадку. Рейс задерживается на несколько часов, — прозвучал вдруг приятный голос бортпроводницы.

— Что случилось? — завертел башкой Мудя.

— Вынужденная посадка, — я пожала плечами. Приключения начались.

Час мы проторчали в аэропорту, а затем покатили в город. На удивление, Мудя держал себя уверенно и активно. Это меня заинтересовало. Я сразу почувствовала, как можно завладеть его вниманием и вошла в роль невинной девочки-малышки, которой нужно покровительствовать. Сделать это было легко, поскольку вид у меня действительно был хилый. Я заболела ангиной, и голос напрочь исчез, оставив меня немой. Чтобы обратить на себя внимание, я держала Мудилу за рукав и смотрела большими влажными глазами, знаками объясняя, что нуждаюсь в лекарствах. Было видно, как ему приятно покровительствовать мне. После нескольких часов проведенных вместе, гормон сделал свое дело и мне мой спутник показался не таким уж противным. Смуглая кожа, темные глаза, густые, вьющиеся, черные как смола волосы, чувственные губы. Тем более, это я почувствовала, что тоже заинтересовала его. Поздно ночью мы прилетели на место. Хозяйка квартиры, где мы должны были жить, радушно приняла нас, накормила и, оставив одних в комнате, ушла спать. Только через час я обнаружила, что она забыла дать нам еще одну постель. В комнате был только диван, застеленный на двоих, но с одним одеялом. Это несколько меня смутило. В поведении Мудозвона никакого смущения не было. Я села на край дивана, не зная как себя вести. Мудя тоже присел. Мы разговорились о чем-то незначительным, с моей стороны это было предлогом потянуть время.

Мудя с видом сытого кота потянулся и завалился на диван так, что я оказалась к нему спиной.

— Какие у тебя красивые волосы, — вкрадчиво произнес он, цапая мою косу. — Прямо как ахарата, до самой муладхары.

— Угу, — я почувствовала себя скованно от ощущения чего-то надвигающегося страшного.

На несколько минут воцарилось молчание. Затем этот гад потянул меня за руку, пытаясь привлечь к себе.

— Иди сюда, — его голос был как у мартовского кота.

«Нихуя, какой быстрый», — мелькнуло в моей голове.

— В чем дело? — резко и жестко я высвободилась и пересела на стул.

— Ну, не хочешь, не надо, — он пожал плечами с гаденькой улыбочкой на губах.

«Что эта сука себе позволяет, совсем охренел!» — злилась я, но в то же время тупо была польщена его вниманием.

Ситуация стала заманчивой. Гормон ударил в башку.

— Ну что ж, — я резко встала, — вы спите у стены, со своим одеялом, а я с краю со своим, — и взяла какое-то покрывало. Свет погас, я отвернулась, вся напряженная. Через какое-то время раздался шорох, потом Мудина лапа обхватила меня.

— А ну, быстро убери руки! — злобно, сквозь зубы, хриплым от ангины голосом сказала я.

— А почему нет? — насмешливо, чтобы не показать облом, послышался голос похотливого кота.

— Сейчас ты узнаешь такую злобу, что ничего не захочешь.

— Ну ладно, недотрога, ладно, — он убрал лапы и отодвинулся к стене.

Еще некоторое время, злая и возмущенная, я не могла уснуть. Я еще не знала, что это самое начало.

Наступил день встречи с людьми на занятиях Рулон-холла, которые мы должны были вести. Они собирались в большом зале, заинтересованные, возбужденные.

Начались занятия. Динамичные практики чередовались со статичными. Особенно всем нравилась динамическая медитация, где народ раскрепощался и выделывался — кто на что горазд. Мне нравилось все, что происходило. Только моя немота приносила много хлопот. Когда люди подходили с вопросом, мне требовалось собрать всю силу моих воспаленных связок чтобы выдавить два — три слова. Видя мои затруднения, Мудя во всеуслышанье объявил, что лишь недавно у меня закончились практики молчания и сейчас мне трудно много говорить. Несмотря ни на что, люди были радостны и завтра хотели продолжать занятия.

Я сидела на стуле и прослушивала аудиозаписи на магнитофоне. Чувствуя на себе изучающий мужской взгляд, я старалась принять позу попривлекательней. Кокетливо опуская глаза, я из-под ресниц наблюдала за Мудоном, а он наблюдал за мной. Это было похоже на игру в кошки — мышки. В моей голове уже вовсю работала маменькина дребедень, и я представляла себя королевой красоты и пупом земли. Это было еще идиотичней оттого, что даже мой внешний облик не соответствовал воображению. На мне был мешковатый фиолетовый спортивный костюм и водолазка в цветочек китайского ширпотреба. Волосы были по-дурацки заколоты сзади в косу и пучок. Я не понимала, что Мудя видит во мне очередную пизду, и вообразила, что он заинтересовался мной и только мной. Я принялась строить ему глазки и вести себя более чем легкомысленно, хотя, когда я была рядом с Великим просветленным всех времен и народов — Рулоном в доме Силы, мне неоднократно внушали, что хуево тратить свое внимание и энергию на пачкунов. Но сейчас мне хотелось только одного — поебени.

— Давай потанцуем, — предложила я, склонив голову на бок и бросив на него быстрый взгляд.

— Давай, — улыбнулся он.

Мы встали друг напротив друга и начали танцевать под ят-ха, выделываясь изо всех сил. Потом вдруг хитрый совратитель положил руки мне на талию. Сначала я хотела было возмутиться, но затем передумала, ибо уже хотела, чтобы он ко мне поприставал, а я бы поломалась. Понемногу в танце он притянул меня к себе, и я положила ему руки на плечи.

«Ничего страшного, мы просто танцуем», — успокаивала я себя. Кровь кипела от дурманящих веществ, башка уже не соображала. Я хотела трахнуться с этим мужиком, но ум и остатки рассудительности держали пока.

«Нельзя же так, ведь знакомы всего несколько дней, да и вряд ли это потом поощрят», — думала я, ощущая на щеке горячее дыхание похотливого кота. Внезапно Мудя сделал попытку меня поцеловать, я инстинктивно отпрянула и с силой вдавила пальцы ему в плечи.

— Не надо, — резко бросила ему.

Происходящее разделило меня на две части: одна не желала всего этого, а вторая тянула к поебени. Я не знала, как нужно действовать и понемногу сдалась могущественной силе блядского гормона. Мы продолжали танцевать, мне доставляла удовольствие игра, когда я то приближалась к Муде, вроде как все доступно, то отталкивала его, обрывая вкрадчивые домогательства. Наконец, при очередной его попытке залапать меня я резко оттолкнулась назад и злобно уставилась ему в глаза. Он сложил руки на груди и невозмутимо уставился на меня. Так, наверное, минут пятнадцать мы стояли и смотрели друг на друга как два барана. Воображали, что подавляем друг друга волевым лучом. Никто не хотел уступать первым.

— Сильная у тебя аура, — чтобы хоть что-то сказать, ляпнула я и села на диван. Мудя тут же с легкостью приземлился рядом.

Сейчас я не помню, что он говорил, просто полчаса ебал мне мозги, внушая:

— Ну что такого — трахнемся и все.

В конце концов, в моих мозгах что-то перекрутилось, и я согласилась. Мы трахались всю ночь, стуча диваном в стену и громко сопя. А утром я пообещала, что это первый и последний раз.

Но все это не сбылось, а получилось по-другому. В моей голове образ похотливого Муди, который жутко любит ковыряться в носу и громко пердеть, съебался с образом принца, который будет меня боготворить. Я стала думать, что Мудон и есть мой принц. Ведь сбылось все, о чем я мечтала. Он смелый, красивый, классно трахается, умный, недостатков я почему-то не видела. Вот так началась самая крупная шиза в моей жизни.