Не бойся Жнеца - Стивен Грэм Джонс

Дженнифер, вдруг осознав, что дверь за ней плотно закрылась и никто не знает, что она здесь.

– Нет, нет, – говорит Джинджер, подходя к кровати, вместо того чтобы ее обойти. Не наступает на стоящую по ту сторону матраса Дженнифер, а как бы подкрадывается к ней, не сводя с нее глаз.

Дженнифер втягивает в себя воздух, а Джинджер устраивается на кровати.

– Он заказал нам кино, – и Дженнифер чувствует на губах ее горячее дыхание, видит сверлящий немигающий взгляд. – Ты же так и сказала, помнишь? А какое именно? Лета не помнит.

– «К-К-Кристи», – говорит Дженнифер и делает шаг назад, локти касаются двери.

– В туалете даже не душно, – говорит Джинджер, вспоминая, как Дженнифер – Джейд – с полотенцем вокруг головы в тот вечер соврала, мол, принимала душ.

И о том, что она на яхте, Тео Мондрагон не знал.

– А ты сейчас подумала, я кто? – спрашивает Дженнифер. Единственный вопрос, какой пришел ей в голову, но это лучше, чем хрустящая тишина.

Джинджер делает пируэт, будто танцовщица на сцене, и идет назад к окну. Но на улицу не смотрит. Нет. Она наблюдает за отражением Дженнифер в оконном стекле.

– Моя сестра, – говорит Джинджер. – Она меня стрижет. Если пытается кто-то другой, я их кусаю. – Она щелкает зубами, хотя Дженнифер и так понимает. – Они начинают трястись от страха, – добавляет Джинджер, и окно отражает ее кривую усмешку.

Дженнифер понимает: Джинджер хочет, чтобы эту усмешку она увидела.

Джинджер снова оборачивается, упирает руки в подоконник и прижимается к нему спиной – стоит, словно играет роль, чтобы ее видели даже в задних рядах.

– Им пришлось меня остричь, иначе я бы все волосы вырвала. – Джинджер по-детски хлопает ресницами, как бы прикидываясь невинной овечкой и давая понять, что это всего лишь игра.

Из ее слов Дженнифер не может понять, с кем из близнецов она столкнулась в коридоре той ночью.

– Насчет твоих родителей – сочувствую, – говорит она.

Джинджер поднимает плечо: типа Дженнифер могла бы придумать кое-что получше.

– Сейчас все по новой, да? – бесстрастно спрашивает Джинджер.

Дженнифер уводит взгляд на озеро Индиан и вдруг понимает, почему к Джинджер Бейкер никого не пускают: что люди могут ей сказать? Что бы ни сказали, это только все усложнит. Будет только хуже.

Сказать ей, что дальше по коридору ухлопали двух старшеклассников, или соврать, мол, все в порядке? Как Джинджер воспримет новость о том, что в Пруфроке появился еще один убийца? Встрепенется? Или просто получит подтверждение тому, что и так было у нее на уме?

– Это она, – говорит Джинджер и, как шестиклассница, складывает губы бантиком. «Наверное, – думает Дженнифер, хочет – показать, сколько ей было лет, когда ее родителей убили на яхте».

Дженнифер хочет спросить, как Джинджер прожила несколько недель в национальном заповеднике, что там видела, о чем думала, но сначала…

– Это не Стейси Грейвс, – говорит Дженнифер. – Я ее убила.

Джинджер заглядывает Дженнифер в самую душу; наконец сухие уголки ее острых губ заворачиваются кверху.

– Надо разобраться с местоимениями, – говорит она. – Мы говорим о разных людях, так?

Дженнифер хочет сосредоточиться, вспоминает историю Пруфрока, чтобы понять, кого имеет в виду Джинджер, говоря «она».

Похоже, Джинджер довольна, что поставила ее в тупик.

– Мама Стейси Грейвс? – наконец предлагает Дженнифер.

– Ее мама? – С обиженной ухмылкой отвечает Джинджер.

– Ну, она же… – начинает Дженнифер и после паузы продолжает: – Ее убил муж, возможно, спрятал тело где-то неподалеку от Терра-Новы… в национальном заповеднике. Ведь до Стейси Грейвс пугалом на озере Индиан была именно она.

– Ты ее видела?

– Просто люди говорят.

– Как и про ее дочь.

Тут Дженнифер ответить нечего.

– Как этого зовут, я не знаю, – нарушает молчание Джинджер.

– Этого, – повторяет Дженнифер, пробует имя на вкус, потом выпаливает: – Ты не… Этого типа зовут Мрачный Мельник. Точно он. Мы нашли его грузовик. Тот, что он угнал.

– Хорошее имя, – говорит Джинджер и несколько раз кивает, будто прокручивает имя в голове, и оно ей нравится.

– Как кого зовут, не важно, – говорит Дженнифер. – Важно, что они делают.

– Они?

– Убийцы.

– Слэшеры.

– Как хочешь.

– Ты изменилась.

– Ты тоже.

– Зачем ты здесь? Ключ зачем украла?

Дженнифер смотрит на ключ, зажатый между большим и указательным пальцами.

– Потому что все начинается снова, – отвечает Джинджер за Дженнифер, потом решительно выпрямляется, оживившись, словно в нее вдохнули свежие силы.

– Что? – удивляется Дженнифер, озираясь по сторонам, готовая к бегству.

– Заперто? – спрашивает Джинджер, указывая на дверь.

Дженнифер медленно кивает, хотя и без особой радости.

Джинджер пересекает комнату, шарит за плоским экраном телевизора, спиной к Дженнифер… и что-то оттуда достает, наклоняет в это «что-то» лицо.

Когда она оборачивается, Дженнифер едва не ойкает от страха: нижнюю часть лица Джинджер скрывает маска Ганнибала Лектера.

Дженнифер качает головой: не надо, но Джинджер энергично кивает: надо, надо, надо.

– Мне разрешили делать поделки, дали детские ножницы, – говорит она приглушенным голосом, потому что… маска не кожаная, как в фильме. Похоже, она состряпана из какой-то плотной бумаги.

Но результат не хуже: рот стерт, а над ним – глаза-лазеры, внимательно изучающие тебя двумя безжизненными рентгеновскими лучами.

– Я могу быть твоим, твоим, твоим советником, – заговорщицки шепчет Джинджер. – Я буду говорить тебе такое, о чем ты сама никогда не додумаешься. Никогда не сообразишь.

– Я не…

– Услуга за услугу, понятное дело. Квипрокво, – уточняет Джинджер.

– Что тебе надо? – Дженнифер знает ответ заранее: ей нужен ключ. Пруфроку не хватает только рыскающей по улицам девочки в маске Ганнибала Лектера.

– Месть, – поясняет Джинджер.

– Кому ты собралась мстить?

– Сестре, маме, сестре, ма… – Джинджер легонько прикрывает спрятанный под маской рот, и на щеках, как по волшебству, появляются ямочки. – Нет, только сестре, – бесстрастно добавляет она. – Мама уже…

Она склоняет голову набок, показывая, что мама умерла.

– Это как-то неуважительно, – укоряет Дженнифер.

– Разве не умерла? – парирует Джинджер. – А твоя?

Дженнифер молчит, просто смотрит на Джинджер в упор.

Джинджер пожимает плечами, изящной походкой проходит по комнате туда и обратно, как модель на подиуме.

– Ты собралась мстить своей сестре? – спрашивает Дженнифер.

– Она оставила меня в этом плавучем гробу на четыре недели! – Теперь у Джинджер интонация стопроцентной старшеклассницы, она – Сиси из «Крика-2». Которая на самом деле Баффи-2, потому что Баффи как таковая – это Кристи Суонсон. Но…

Дженнифер качает головой; по этим кроличьим норам она больше не лазит. Даже чтобы спрятаться.

– Я думала, ты в ступоре, – говорит Дженнифер.

– Ты набрела на меня в хороший день.

– Ничего хорошего в нем нет, можешь мне поверить.

– Как сказать… – Джинджер опускается на колено, шарит под кроватью,