Дженнифер Арментроу - Список возмездия

Мне стало интересно, не рассказал ли он Дженсену и о том, какую истерику я закатила. Как кричала, пока не осипла. Но вот что странно: когда я поднималась наверх, Брока поблизости не было, да и после всего случившегося он не попадался мне на глаза.

В понедельник утром Дженсен, как и обещал, отвез меня в школу. Не знаю, как он пригнал мою машину в воскресенье, но, когда я проснулась, она уже стояла на месте. По дороге в школу мы не говорили о Ви или Монике. Просто болтали о чем-то незначительном. Строили планы поехать после уроков на тренировку по самообороне.

Когда мы заехали на парковку, он заглушил двигатель и посмотрел на меня. Низко надвинутая бейсболка скрывала его глаза, зато сильнее выделялась крепкая квадратная челюсть.

– Ну что, готова?

Я кивнула.

– Тебе сегодня, наверное, придется туго. – Он слегка пихнул меня в ногу. – Но ты справишься.

Усталая улыбка тронула мои губы.

– Знаю. Я готова, как никогда.

– Ладно. – Он вытащил ключ из зажигания, потянулся назад за сумками и вручил мне мою почтальонку. – Тогда – вперед.

Мы с Дженсеном вместе вошли в здание, и в любой другой день это стало бы темой номер один в школе.

Но не сегодня.

Все говорили о Ви. К концу дня не осталось, наверное, и пары губ, с которых не слетело бы ее имя. В школе высадился десант психологов, в мою сторону то и дело устремлялись долгие взгляды, и я знала, что за моей спиной шушукаются. Но мало кто решался подойти с расспросами.

Мейсон оказался одним из таких смельчаков. За обедом он подсел ко мне.

– Привет, – сказал он.

– Привет. – Я взглянула на Хейди, которая выглядела удивленной не меньше моего. Я взяла пластиковую вилку. – Что случилось?

Он облизал губы.

– Есть минутка?

– Конечно.

Мейсон опустил голову и понизил голос.

– Копы отправили нас всех по домам в субботу, прежде чем… ну, прежде чем мы смогли что-либо увидеть.

– Господи, – пробормотала Хейди, уронив руки на стол.

Он и ухом не повел, а я внутренне съежилась.

– Черт, как хоть она выглядела? Я знаю, это звучит грубовато, но я хотел…

– Ты серьезно?

Мейсон обернулся на голос Дженсена. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы догадаться, насколько он зол. В светлых глазах сверкнули молнии, когда он уставился на Мейсона сверху вниз.

– Что? Да я просто…

– Кыш с моего места! – У Дженсена побелели костяшки пальцев, сжимавших поднос. – Пока я тебя сам не вышвырнул.

Мейсон встал и примирительно поднял руки, переводя взгляд с Дженсена на меня. Его лицо побледнело.

– Послушай, старик, я ничего такого не имел в виду.

– Неважно.

Мейсон замялся в нерешительности, а потом развернулся и поспешил обратно к своему столику.

– Твое место? – спросила я, вскидывая брови.

Он сел на освободившийся стул и поставил перед собой поднос.

– Ага.

Я поджала губы, украдкой покосившись на Хейди. Ее взгляд метался между нами, как если бы мы сражались в теннисном поединке.

– Спасибо тебе, – сказала я. – Но я и сама могла бы заткнуть ему рот.

Дженсен пожал плечами, разглядывая блюдо с чем-то похожим на стейк Солсбери[24].

– Я в этом не сомневаюсь, а если серьезно – что мне оставалось делать в такой ситуации, когда я иду к столику, никого не трогаю, а тут расселся этот придурок и несет всякую ересь?

– Может, подождал бы, пока я сама с ним разберусь?

Хейди фыркнула.

– Я очень рада, что Дженсен поставил его на место. Как у него только хватило наглости лезть с такими вопросами? – Она покачала головой. – Надеюсь, Линдс порвала с ним?

– Да, – пробормотала я. От идиотской выходки Мейсона у меня пропал аппетит. После обеда нашлись и другие умники – такие же, как Мейсон, – кому было плевать на Ви, но позарез хотелось кровавых подробностей.

Во вторник в школу нагрянули копы, и перед началом каждого урока в администрацию вызывали по несколько учеников для беседы. Я чувствовала, что нервы мои на пределе. Стрессы вкупе с бессонницей вконец измотали меня.

Дождь барабанил по окнам и крыше, когда после обеда я подошла к своему шкафчику в раздевалке. Прежде чем я туда заглянула, Дженсен проверил, нет ли там подозрительных предметов, которые могли обеспечить мне пожизненную психотерапию. Не обнаружив никаких масок или других страшилок, он прислонился к соседнему шкафчику. Светлые пряди выбивались из-под его бейсболки, надетой козырьком назад.

– Если дождь не кончится, я подгоню машину прямо к заднему крыльцу.

Я улыбнулась, схватив с полки учебник по искусству.

– Не размокну.

– Сахар тает, – ответил он с легкой ухмылкой.

Закатив глаза, я тихо засмеялась.

– Ты только что сделал мне комплимент?

– Ах, да, забыл, что это запрещено. Мне положено рубить правду-матку. – Он задумчиво пожевал губами. – Надо придумать достойное оскорбление. Но это займет некоторое время.

Улыбаясь, я покачала головой.

– Твоя мама уезжает завтра из города? – спросил Дженсен, меняя тему.

Честно говоря, я с ужасом ждала завтрашнего вечера.

– Да, ей надо ехать, а то на прошлой неделе из-за меня пришлось остаться дома. Она собирается отправить меня к отцу, а мне влом.

– Она права. – Парень протянул руку, поправляя бейсболку. – Тебе нельзя оставаться одной.

– Я знаю, но… – Меня не столько напрягала поездка к отцу, сколько общение с Роуз и перспектива питаться сырыми овощами и слушать лекции о пользе ежедневных получасовых кардиотренировок и…

– Эй!

Мы обернулись на возбужденный крик Линдс. Она спешила к нам по коридору, лавируя в толпе. Подол юбки развевался вокруг ее стройных ног.

– Привет. – Я закрыла дверцу шкафчика, засовывая учебник в сумку. – Разве ты не должна быть в классе?

– Я вышла в туалет. – Она встала между мной и Дженсеном. – Но мне было необходимо найти тебя. Это не может ждать… о, привет, Дженсен. Вау… – Она отступила на шаг, оглядывая его с ног до головы. – Мне нравится твоя бейсболка. Круто ты…

– Линдс, – перебила я, постучав ее по плечу. – Что не может ждать?

Линдс продолжала пялиться на Дженсена, пока он не усмехнулся, и только тогда ее щеки вспыхнули, и она перешла к делу.

– Ты виделась с Гэвином?

– В воскресенье. – Он заходил проведать меня, уверяя, что пришел бы и в субботу вечером, но у моего дома стоял внедорожник Дженсена. – А вчера нам так и не удалось поговорить.

– А ты? – спросила она Дженсена.

Он задумался.

– Вчера виделись мельком. А в воскресенье он ездил со мной за автомобилем Эллы.

Я хлопнула ресницами. Раз. Другой.

– Гэвин ездил с тобой за моей машиной?

– Да, – медленно произнес Дженсен. – Почему бы нет?

Почему? Всякий раз, когда Гэвин и Дженсен оказывались в одном помещении, они устраивали пальбу взглядами.

– Ладно…

– Это не так важно. – Линдс топнула каблуком сабо. – Полиция вытащила меня с последнего урока, чтобы еще раз расспросить про субботу. Они, наверное, и тебя дернут, – сказала она, и я поморщилась, не испытывая никакого желания снова рассказывать о своей страшной находке. – Как бы то ни было, они спрашивали, знаю ли я о том, что Ви встречалась с Гэвином.

От изумления я разинула рот. Сначала я подумала, что просто ослышалась.

– Повтори?

– Ты знала, что Гэвин и Ви встречались?

Я не сразу обрела дар речи.

– Что?

– Точно! – воскликнула Линдси громким шепотом. – У меня и в мыслях такого не было, и думаю, что ты тоже ни о чем не догадывалась.

– Нет. – Я накинула на плечо сумку. – Они, должно быть, ошиблись. Гэвин ни с кем не встречался с тех пор, как мы расстались. – Я взглянула на Дженсена, но он смотрел на Линдс, плотно сжав губы. – Гэвин не встречался с Ви.

Заглянув мне в глаза, Линдс сжала мою руку.

– Да, они встречались. Похоже, что все лето. И я слышала, как копы говорили между собой, когда меня уже выперли из комнаты. Он был с ней в ту ночь, когда она якобы исчезла.

Тогда

Мы устроились кружком на полу в домике на дереве, скрестив ноги и упираясь коленками. Солнце садилось, разбрасывая по небу темно-синие и фиолетовые мазки. Уже пора было расходиться по домам. Ночью Пенн не смог бы спуститься по деревянным колышкам, прибитым к стволу, и хотя было лето, родители не разрешали ему засиживаться до темноты.

В воздухе разливалась сырость, и тонкие завитки волос, выбившиеся из хвоста, липли к моей влажной шее, так что хотелось макнуть голову в чан с холодной водой. Я нервно пробежалась ладонями по икрам.

Игру «правда или расплата» я просто ненавидела, потому что всякий раз кто-то из мальчишек – обычно Дженсен или Гэвин – вгонял меня в краску неудобным вопросом или предлагал такую расплату, что я смущалась еще больше, и тогда меня обзывали «девчонкой».

Гэвин пошевелил бровями, глядя на меня, и я вздохнула. Эту игру я ненавидела еще и потому, что никогда не могла придумать крутой вопрос или остроумную расплату.