Мэг Гардинер - Гонки со смертью

В общем, проскочив через вращающуюся дверь в вестибюль, я была взвинчена до предела. Стояла и озиралась по сторонам. Середину вестибюля занимал элегантный атриум, выше полукругом располагались две антресоли, а над ними примерно еще дюжина этажей, образовывавших смотровую галерею. Стеклянные лифты давали отличную возможность обзора. Одним словом, это новехонькое здание предназначалось для того, чтобы им восхищались. У входа на высоченных лесах двое художников выводили название какой-то открывающейся фирмы. Но, судя по призывам на наружной растяжке, здание большей частью пустовало.

Серенький дядечка с жабьим лицом, сидевший за столом у входа, встрепенулся и, подавшись вперед, оживленно спросил:

— Я могу вам чем-то помочь?

— Простите, я очень спешу. Меня зовут Эван Делани, и мне нужно повидаться с доктором Суэйзи из компании «Примакон».

Человек-жаба придвинул ко мне регистрационный журнал:

— Отметьтесь вот здесь.

Я торопливо написала свое имя. Он проставил время и жеманно оторвал листок, прикрепив его к пропуску.

— Вернете, когда будете уходить.

— А на какой мне этаж?

— На восьмой. Воспользуйтесь лифтом в дальнем конце вестибюля, потому что этот сейчас на ремонте, и…

— Спасибо. — Я помчалась по вестибюлю и, завернув за угол, увидела закрывающиеся двери лифта. — Придержите, пожалуйста!

Чья-то рука нажала на кнопку паузы. Я протиснулась в дверь, вытирая взмокший лоб.

— Прости. Еле успела! Такие пробки…

Мой отец косился на меня, от досады поджав губы и крякнув что-то невнятное. Двери закрылись, и лифт начал подниматься. С высоты нам открылся прекрасный вид на атриум.

— Почему ты не захотел взять меня с собой? — пристала к нему я. — Только не говори, что это связано с секретностью.

— Нет. Просто я выжму из Морин больше информации, если буду один.

— И эту информацию выдашь мне в той мере, в какой сочтешь нужным?

— Послушай, что ты пристала?! Какая тебе разница, почему я это сделал?

Я посмотрела на него в упор:

— Просто ты сыграл со мной гадкую шутку!

Двери лифта открылись на третьем этаже, но там никого не было. Отец нажал на кнопку «ход».

— Джесси нужно отдать должное.

— Не поняла. Ты это о чем?

— Он умен, и характер — о-го-го! Я даже не подозревал, что он окажется таким крепким парнем!

Теперь лифт открылся на четвертом этаже, но и там было пусто. Двери закрылись не до конца, потом снова открылись и наконец с треском захлопнулись. Отец несколько раз нажал на кнопку «ход».

— Но ты же не думаешь, что даже ради такого вот умного и волевого парня я сделаю исключение в сложившейся ситуации? Даже не мечтай, не сделаю. — Он наблюдал за сменяющимися цифрами этажей. — Поэтому смирись с этой мыслью и перестань переживать из-за него. Дело-то крайне серьезное.

Лицо у меня пылало, и я сердито бубнила себе под нос.

Отец нахмурился:

— Да ты прямо как бешеный шершень! Остынь! — Выражение его лица смягчилось. — Я знаю, что ты переживаешь за Джесси. Мы все за него переживаем.

От этого печального взгляда я едва не вышла из себя. «Да как вы смеете жалеть его?!» У меня прямо кулаки сжались.

— Ладно, папа, оставим в покое Джесси. Но я с тобой пойду!

Рот его дернулся в знак неохотного согласия. Прищурившись, он пристально смотрел сквозь стеклянные стены лифта, словно собирался засечь на степном горизонте отряд свирепых команчей.

— Дана Уэст была не просто медсестрой. Она работала в госпитале военно-воздушных сил. Ты знала об этом?

— Нет.

— Перед самой смертью ее перевели на военную базу «Блэкфут депо».

— Где это?

— Пустынная солончаковая местность в глубинке Вайоминга. Госпиталь в тамошней дыре был не больше захолустной больнички. Взрыв газа в операционной снес половину здания. Остальное пожрал огонь.

— Боже мой!.. А как ты узнал, что это был поджог?

Лифт рывком остановился, качаясь на тросах. Двери с треском открылись перед пустынным пространством — только голые бетонные стены, да какие-то трубы, свисающие с потолка. Оказалось, что сам этаж располагался двумя футами ниже.

— А зданьице-то с причудами, — заметила я.

Отец принялся жать на кнопки. Двери закрылись, и мы, затаив дыхание, почувствовали, как наша колымага тронулась с места. Когда отец снова заговорил, голос его звучал приглушенно.

— Пожары в хирургических отделениях всегда ужасны. Там и лазеры, и электроника, и сжатый кислород — так что результаты могут быть крайне губительными. И как правило, при таких пожарах гибнут от огня пациенты.

— А как же получилось с Даной?

— Дана и была пациентом.

Двери с грохотом открылись, и зловещее безмолвие прорезал женский голос:

— Фил Делани? Вот так да! Прямо как гром среди ясного неба!

В сверкающем новизной фойе компании «Примакон лабораторис», картинно подбоченясь и хитровато улыбаясь, стояла доктор Морин Суэйзи. Надо сказать, вид у нее был ничуть не удивленный — словно эта женщина давно ждала, когда Фил Делани появится у нее на пороге.

Отец снял шляпу.

— Здорово, Суэй!

Улыбаясь, он протянул ей руку, и она коротко пожала ее.

Потом он сделал жест в мою сторону:

— Моя дочь Эван.

Она вскинула подбородок и посмотрела на меня сквозь стекла очков без оправы. По этому брошенному искоса взгляду было ясно, что я, по-видимому, представляюсь ей каким-то занятным допотопным вирусом.

— Да, узнаю в дочке папу. По глазам узнаю. По взгляду. Фил всегда называл это упорством. А другие, правда, именовали ослиным упрямством, — усмехнулась она. — И твое пристрастие к «Джеку Дэнислсу» и Пэтси Клайн она тоже унаследовала?

Я готова была провалиться сквозь землю.

— А как же? Конечно.

— И к «Суит дримз»?

— Нет, я больше тяготею к «Крейзи».

Она издала короткий резкий смешок.

Волосы ее были странного цвета — эдакое сочетание олова с медью. А ведь, помнится, в молодости она имела роскошную огненно-рыжую гриву. Теперь же, с карандашом, воткнутым в неряшливый хвост на затылке, и в топорщащейся блузке, Морин Суэйзи выглядела усталой и какой-то неуверенной. А подслеповатый взгляд, как я поняла, выработался у нее за тридцать лет корпения над окуляром микроскопа.

— Ты по поводу Чайна-Лейк, не так ли? — осведомилась она.

— Да, — ответил отец. — Только теперь еще и по другому поводу.

— Да, слышала эти новости. Ну, пошли.

Она назвала секретарше в приемной наши имена. Когда девушка записала их, Суэйзи приложила магнитный пропуск к двери и повела нас по коридору мимо кабинетов и отделенных перегородками рабочих мест. Мягкие ковры под ногами, спокойные обои — все в компании «Примакон» располагало к деловой атмосфере. Серьезные дядьки в рубашках без пиджаков работали за компьютерами или сосредоточенно обсуждали какие-то диаграммы на специальных стендах.

— Солидная у вас контора, — заметил отец. — А в каком направлении ведете исследования?

— Распад крахмальных бляшек под воздействием энзимов как один из подходов к лечению болезней Паркинсона и Альцгеймера.

Она юркнула в один из кабинетов. Там не только на полках, но и на стульях лежали кипы бумаг. На стене, свесив мертвые плети, красовался засохший вьюнок. На книжной полке фотография в рамочке, и на ней целая связка армейских жетонов на цепочках. На фотографии молодая Суэйзи под ручку с каким-то спецназовцем. Суэйзи в джинсах и армейской майке, на голове берет, который она носила словно настоящий коммандос. Могу себе представить, как вечерами ради забавы они решетили пулями стены спальни.

Отец хлопнул себя бейсболкой по ляжке.

— Башку даю на отсечение, что эти убийства совершил человек, имевший отношение к базе в Чайна-Лейк во времена, когда ты там работала.

Она расчистила для нас стулья, попросту скинув все на пол.

— Так зачем же ты пришел сюда, а не обратился в полицию?

— Видишь ли, все убитые были одноклассниками Эван.

Она плюхнулась на свое рабочее кресло.

— Поэтому ты свалился мне как снег на голову, да еще в сопровождении своего потомства? Думаешь, я назову тебе имя?

— Мы на это надеемся.

Она сняла очки, потерла покрасневшую переносицу и внимательно посмотрела на отца.

— Ты напуган.

— Черт, да это не то слово!

— Какую информацию ты можешь мне предоставить, не считая того, что я слышала по телевизору?

Я села.

— У меня есть один источник. От него я узнала, что убийца имел отношение к проекту «Южная звезда».

Брови ее поползли вверх.

— Вот как? Откуда это, интересно, у вас имеются источники, готовые взломать печати на засекреченных проектах?

— Мне сказали, что убийца известен под кодовой кличкой Койот.

Она забарабанила пальцами по столу.

— Так-так… Дайте-ка попробую угадать. Ваш источник изволил предположить, что убийца этот был одним из взращенных «Южной звездой» робогрантов?