Джон Гришем - Повестка

Рэй остановил свой выбор на блэкджеке. Пять новеньких хрустящих банкнот не вызвали у крупье ни малейшего недоверия. Для начала Рэй поставил на кон сто долларов и неожиданно для себя выиграл.

Деньги жгли карман. Он решил повысить ставку: вручил крупье десять купюр и попросил разменять их на стодолларовые фишки. Девушка бросила вопросительный взгляд на распорядителя, тот кивнул:

– Желаю удачи!

Час спустя Рэй отошел от стола, сжимая в правой руке столбик из двадцати двух желтых фишек.

Следующую остановку он сделал в старомодном «Форуме», насквозь пропахшем табачным перегаром и сладковатыми ароматами туалетной воды для мужчин. Большую часть посетителей составляли седовласые джентльмены: специализацией «Форума» были игровые автоматы, клиентам старше шестидесяти пяти администрация предлагала бесплатный завтрак, обед или ужин – на выбор. Рэй не заметил ни одной официантки моложе сорока; все как одна дородные, они с достоинством расхаживали по залу в одеяниях, здорово смахивавших на спортивное трико.

Максимальная ставка в блэкджек равнялась здесь десяти долларам. Крупье пощупал протянутую Рэем банкноту, посмотрел на свет и передал ее распорядителю.

– Годится.

У Рэя отлегло от сердца. В течение часа он проиграл три сотни.

Запивая съеденный сандвич крепким кофе, Фог хладнокровно сообщил, что еще немного, и владелец его казино пойдет с протянутой рукой по миру. В ответ Рэй скромно сообщил о своем успехе. Возвращаться в Шарлотсвилл оба решили после пяти вечера.

На последнюю наличность Рэй купил пятидесятидолларовых фишек в казино «Каньон», открывшемся полгода назад. Довольно скоро карточная игра ему наскучила, и он отправился в бар, где на экране огромного телевизора старательно мутузили друг друга двое боксеров. Пять привезенных в Атлантик-Сити тысяч были добросовестно «отмыты» за зеленым сукном. Домой он привезет четыре тысячи семьсот долларов и оставит здесь четкий, легко поддающийся идентификации след. Облик его зафиксирован на видеопленку по крайней мере в семи казино. Меняя фишки на деньги, в двух Рэй заполнял какие-то бумаги, в двух других пользовался кредитными карточками. Пусть служба охраны имеет в своем распоряжении неоспоримые доказательства.

Если обнаруженные в кабинете судьи деньги не совсем чисты, власти будут знать, где найти беспечного игрока.

По дороге в аэропорт Ньютон был неразговорчив. После обеда удача отвернулась от него.

– Потерял пару сотен,– наконец признался Фог, хотя выражение его лица говорило о том, что сумма проигрыша более значительная.– А как ты?

– Мне везло. Во всяком случае, есть чем расплатиться с пилотом.

– Счастливчик.

– А могу я внести плату наличными?

– Пока их никто не отменял.

– Значит, наличными.

Готовя машину к взлету, Фог поинтересовался, не хочет ли Рэй сесть в левое кресло.

– Назовем это практическим занятием.

Перспектива получить на руки живые деньги несколько улучшила его настроение.

Рэй выдвинул «бонанзу» к началу взлетной полосы, дождался разрешения на взлет и под бдительным оком Ньютона осторожно тронул машину с места. Судя по реву турбины, двигатель «птички» был вдвое мощнее, чем у «сессны». Без всяких проблем они поднялись на высоту семь с половиной тысяч футов.

Под ногами Рэя лежал весь мир.

Дик Докер мирно дремал в «кокпите», когда его разбудили голоса Фога и Рэя. После приземления требовалось внести запись в контрольный журнал и сдать наушники. Вскочив на ноги, Дик насмешливо вскинул к виску правую руку.

– Рановато вы, господа!

– В казино не хватило денег,– бросил Фог и скрылся в здании летной школы.

– Ну и ну. Такого я еще не слышал.

Рэй перелистывал контрольный журнал.

– Платить будешь прямо сейчас?– спросил Дик, заполняя бланк квитанции.

– Да. За наличные полагается скидка.

– Я и не знал, что у нас есть скидки.

– Теперь знаешь. Десять процентов.

– С ума сошел. Да когда это было! Ты бы еще прошлый век вспомнил.– Докер подсчитал итог.– Всего одна тысяча триста двадцать долларов.

Рэй вытащил из бумажника пачку банкнот.

– Десяток с собой не ношу. Здесь тысяча триста.

Пересчитывая деньги, инструктор пробормотал:

– Пока вас не было, приходил один парень, интересовался уроками. Каким-то образом всплыло твое имя.

– Кто такой?

– Никогда его раньше не видел.

– С чего вдруг вспомнили обо мне?

– Даже не помню. Я рассказывал о системе занятий, о расценках, и тут он спрашивает, нет ли у тебя собственного самолета. Будто вы с ним давно знакомы.

Рэй сунул руки в карманы.

– Не спросил, как его зовут?

– Спросил. Дольф или что-то вроде того, не расслышал. Принялся совать нос в наши бумаги, но я не позволил. Задержался на стоянке у твоей «ауди», обошел ее вокруг и свалил. У тебя есть приятель по имени Дольф?

– Нет.

– Я почему-то тоже так подумал. Странный тип.

– Как он выглядел?

– Около пятидесяти, невысокий, худой. Волосы седые, гладко зачесаны назад, глаза-маслины, как у грека, что ли. В остроносых ботинках. Похож на торговца подержанными автомобилями.

Рэй покачал головой. Кто бы это мог быть?

– Почему ты его не выставил?

– Думал, вдруг клиент…

– С каких пор ты стал почтителен к клиентуре?

– Скажи лучше, берешь «бонанзу»?

– Пока нет. Дальше видно будет.

Подошел Фог, все трое поздравили друг друга с удачным полетом, обменялись рукопожатиями. По дороге домой Рэй внимательно вглядывался в каждый поворот.

Все ясно. Им заинтересовались.

ГЛАВА 19

Прошла неделя. Его так и не побеспокоили феды, не стучали в дверь агенты со значками налоговой службы под лацканами пиджаков, не походил на Дольфа ни один из прохожих, никто не задавал вопросов о деньгах. Рэй снова стал бегать по утрам: здоровье превыше всего!

Он совершил еще три полета на «бонанзе», каждый раз с Фогом в качестве инструктора, каждый раз оплачивая его услуги новенькими хрустящими бумажками. Карточный выигрыш, объяснял он наличие в бумажнике толстой пачки банкнот, и слова эти нельзя было назвать ложью. Ньютон изнывал от желания вернуться в Атлантик-Сити, чтобы взять реванш. Рэя в казино не тянуло, однако сама по себе идея была неплохая: он мог бы хвастать новой удачей и без опасений сорить деньгами.

Хранились они теперь в боксе 37Ф. Старая ячейка была по-прежнему зарегистрирована на имя Рэя Этли, но лежала там лишь мебельная рухлядь. Бокс 37Ф арендовала некая фирма под скромным названием «Эн-Ди-И», составленным из первых букв фамилий летных инструкторов. По документам, новый бокс не имел к Рэю никакого отношения. Арендован он был на три месяца.

– Сделка должна остаться абсолютно конфиденциальной,– произнес Рэй, глядя в глаза миссис Чейни.

– Здесь все абсолютно конфиденциально.– Хозяйка склада заговорщически подмигнула клиенту.– Главное, не опаздывайте с оплатой.

Коробки с банкнотами он переносил под покровом ночной тьмы, по одной за раз, настороженно поглядывая на видневшуюся вдалеке фигуру охранника. Боксы ничем не отличались друг от друга, и когда увесистая тара заняла свое место в углу, Рэй вторично дал себе слово, что не станет заглядывать сюда через день. Никогда раньше богатство в три миллиона не представлялось ему такой обузой.

Гарри Рекс не звонил. Он ограничился лишь второй бандеролью с письмами и газетными вырезками. Рэй вскрыл все конверты в поисках очередного анонимного послания, но ничего подобного не оказалось.

Закончились экзамены. Впереди была церемония выпуска, после которой университет до осени опустеет. Рэй уже попрощался со своими студентами – со всеми, кроме Джоан Кейли. Та сообщила, что намерена провести лето в Шарлотсвилле, и напомнила профессору о данном обещании.

– Давай дождемся, когда ты перестанешь быть студенткой,– сказал Рэй, проклиная свой длинный язык.

Оба находились в его рабочем кабинете, дверь – нараспашку.

– Осталось всего несколько дней.

– Совершенно верно.

– Тогда почему бы не назначить дату?

– Будем уважать существующие порядки. Сначала – выпуск.

Одарив его многозначительной улыбкой, Джоан вышла. Рэй понял, что просто так от нее не отделается. Подошедший из противоположного конца коридора Карл Мерк проводил фигуру Кейли долгим оценивающим взглядом.

– Какие пропорции!

Рэй слегка смутился.

– Она мне и шагу ступить не дает.

– Будь осторожен. Ты далеко не первый, кто ее заинтересовал.

Они стояли на пороге кабинета. Карл вытащил из кармана чуть помятый, странного вида конверт.

– На, полюбуйся.

– Что это?

– Приглашение на «Бал дроздов».

– Как ты сказал?

– Первый и, по-видимому, единственный в своем роде бал в честь дроздов. Грандиозный благотворительный вечер, цель которого – обеспечить в окрестностях города сносные условия для жизни птиц. Глянь, кто устраивает вечеринку.