В чужом теле (ЛП) - Лаймон Ричард Карл

Наверху, она освободила дорогу и дождалась его. Потом они пошли вместе по балкону к ее квартире. Она отперла дверь и первой переступила порог.

В квартире было очень темно.

Марта взяла у Нила сумку, отставила ее в сторону, затем шагнула ближе, обняв его. Ее одежда и обнаженная кожа жарко коснулись его, словно она принесла с собой в комнату тепло полуденного солнца.

Они поцеловались.

— Неужто я снова получу сейчас полную приветственную программу? — спросил Нил, все еще держа ее в объятиях.

Она хмыкнула.

— Не хочу тебя разбаловать. Пошли на кухню, найду нам чего-нибудь выпить.

По пути на кухню она спросила:

— Водка с тоником как тебе?

— Ничего, — сказал он. Но в его голосе, должно быть, прозвучало что-то не то.

— В чем дело?

Он пожал плечами.

На самом деле, он уже чувствовал себя виноватым из-за своего плана сохранить браслет в тайне. Ему не хотелось открыто врать, так что он решил сказать какую-нибудь правду:

— Мы это пили вчера. Мы с Элизой. Водку с тоником.

Марта приподняла брови. В ее лице читалось любопытство, и возможно, легкое разочарование.

— У вас там вечеринка что ли была?

— Мы как бы… пытались оправиться после случившегося, наверное. После встречи, ну, с ним… — он встретил взгляд Марты, и понял, насколько жалко и несчастно выглядит, — Мы думали, что все позади. Что я спас ее, и теперь все будет хорошо.

— Мне жаль, прости, — пробормотала Марта.

— Как бы то ни было, — он пожал плечами, — Пили мы именно это. Водку с тоником.

— Может, ты чего-то другое предпочел бы? — спросила она.

— Ну, я….

— Как насчет «Маргариты»?

— Хорошо. Отличная мысль.

Прежде чем начать делать коктейли, она достала пачку кукурузных чипсов. Открыла ее и вручила Нилу.

— Угощайся. А то я могу долго провозиться тут.

Она присела на корточки, открыла нижний ящик шкафа и вытащила электрический блендер.

— Итак, — сказал Нил, — Что ты слышала про это все? Я весь день проспал. Не было времени посмотреть новости, а ты заявилась как раз ровно в пять…

— Ну, если даже они тебя ищут, об этом ничего не сообщали.

— Это хорошо, — сказал Нил. Он кинул один чипс себе в рот. Хрустящий и соленый, приятный на вкус. Он съел еще пару.

Марта поставила блендер на кухонный стол и включила в розетку. Затем достала пару бокалов.

— Последнее, что я слышала, — сказала она, — Подозреваемых пока вообще нет. Они в сущности мало что сказали, — пройдя через кухню, она открыла другой шкаф и достала оттуда бутылки с текилой и ликером трипл-сек, — Только что жертву звали Элиза Уотерс, и что она была чемпионкой по прыжкам в воду. Выиграла серебро на какой-то олимпиаде.

Нил удивился. Элиза говорила о своем спортивном прошлом, но он и не подозревал, что все настолько круто. Хотя обычно смотрел олимпийские игры по телевизору.

Неужели, он когда-то раньше видел Элизу — смотрел, как она прыгает с вышки в воду, любовался ее красотой и силой, может быть, даже с некоторым вожделением разглядывал ее тело в открытом купальнике на крупных планах, радовался, когда она поднималась на пьедестал, получая серебряную медаль?

Вполне возможно.

Но если и так, он не мог ничего такого вспомнить.

— В каком году? — спросил он.

Марта пожала плечами.

— Меня не спрашивай. Они там говорили, вроде бы, но я не помню, — она понесла бутылки к столу.

— Что еще в новостях говорили?

— Ну, что она замужем за каким-то парнем, который был за границей, когда это случилось. И что все было очень жестоко — ну, как ее убили. Ее там, в общем…

— Который был за границей — это ее бывший муж? — перебил Нил.

— Они не говорили, что бывший.

Марта поставила бутылки на стол.

— Она мне говорила, что развелась с ним. Как его звали? Винс?

— Вроде бы. Винс и что-то там дальше, не помню. Кажется, актер какой-то, но я не уловила его фамилию. Но вроде не Уотерс.

— Но они не в разводе? — спросил Нил.

— В новостях, по крайней мере, так не говорили. Но ты сам знаешь, как там могут все перепутать, — она достала мерную чашку, — А Элиза, значит, говорила тебе, что они с тем парнем развелись?

— Ну да, причем очень уверенно.

«Вот тебе и рассказы про завещание» — подумал он.

Не то чтобы он чего-то реально ждал… Но забавно, что она сделала такое грандиозное предложение, прекрасно зная, что у нее еще был муж, прямой наследник.

— Может, развод еще не вступил в силу, — предположила Марта, — Там же шесть месяцев должно пройти, да?

— Да, кажется.

Она прошла мимо Нила, открыла морозилку и достала пакетик с кубиками льда.

— Ну, может, этот период еще не истек на данный момент. Знаешь, некоторые люди считают себя разведенными, хотя по закону еще несколько месяцев официально состоят в браке.

— Возможно.

Марта кинула десяток кубиков льда в блендер.

— Дай мне, — сказал Нил.

Она передала пакет, и он пошел к холодильнику.

— Возьми там пару лаймов, раз уж пошел? — попросила она.

— Да, конечно, — он открыл холодильник, нашел целлофановый пакет с лаймами и достал две штуки.

— Короче, — продолжила Марта, — Не похоже, что ее замочил супруг. Сейчас вспомнила, не за границей он был, но все равно далеко — на Гавайях. И был там где-то неделю. Гонолулу, как они говорили, кажется.

— Да я и так знаю, что это не он. Однако, хотелось бы знать — кто ее убил?

— Не знают. Или знают, но не говорят.

Нил поглядел, как она наполняет мерную чашку текилой и выливает ее в блендер. Потом вторую. Он сказал:

— Ублюдок ранен. Я в него несколько пуль всадил. Неужели так трудно его найти?

— Не знаю. — Марта вылила вторую чашку текилы, затем третью. Потом взяла бутылку с ликером.

— Не говоря уж о том, — продолжил Нил, — Что я расстрелял его машину.

— Фургон был угнанный. Это я точно помню, что говорили.

— Так значит, его нашли?

— На стоянке возле дома. Так это ты его расстрелял?

— Кто ж еще.

Марта поглядела на него через плечо.

— Убил ни в чем не повинный автомобиль.

— Я не хотел, чтобы подонок на нем смылся.

Она добавила чашку трипл-сека к текиле и льду.

— От дома чуть дальше по улице угнали другую машину в ту же ночь. В новостях сказали, что на ней он скорее всего скрылся.

— Наверняка гадают, кто вывел из строя его фургон. Ну понятное дело, в нем пуль шесть, кажется.

Марта достала нож. Разрезая лаймы на половинки, она покачала головой и сказала:

— Про пули ничего не было. Я не слышала, по крайней мере, хотя прослушала все новости в четыре часа дня.

Нил предположил, что полиция, вероятно, решила не разглашать эти данные — о расстрелянном фургоне. Следствие часто скрывало детали от прессы — или пыталось, если могло. Чтобы были сведения, известные только им и подозреваемым.

— Кто-нибудь слышал мои выстрелы?

— Не знаю. Можешь сам включить новости, если хочешь.

Это предложение его встревожило. Он пожал плечами и помотал головой.

— Может, позже. Я хочу узнать, что происходит, но… Нет, не сейчас.

Марта пристально поглядела на него.

Могу ли я хоть что-то от нее скрыть?

— Возможно, будет проще смотреть новости, — пояснил он, — После одной или двух маргарит.

— После этого все становится проще, — согласилась Марта. Она подняла половинки лаймов над блендером и сжала. Сок брызнул из ее кулака, — Кстати, забыла соль. Подай, будь добр?

Она кивнула в сторону шкафа, где стояли бутылки.

— Вон там, в маленькой пластмассовой коробочке.

— Конечно, — он прошел через кухню, сел на корточки и открыл дверцу. Коробка с солью стояла спереди, — Все, нашел.

Пока он шел обратно, Марта сказала:

— Нам, наверное, лучше сесть и записать твои показания, пока не сели смотреть новости. И пока мы трезвые.

— Я не собираюсь напиваться, — сказал он.

— А мне нельзя. В ночь еще работать.

К моменту, когда Нил открыл контейнер с солью и поставил на стол, Марта уже закончила выжимать последнюю половинку лайма. Она не стала выбрасывать остатки в мусорку, предпочтя натереть ею ободки бокалов.