Запретная связь (СИ) - Artemida

— После того дня, когда мама тебя и Сару пыталась… — он замялся, мы не затрагивали эту тему, потому что она была болезненной для всех. — В общем я рассказал все отцу и ему было плевать. Он сказал, что главное я не пострадал и ему нужен наследник, а других детей он и не хотел. — после этих слов мое сердце словно вырвали и сломали на мелкие кусочки.

Отец…он не любил меня. Как и мама. Им обоим было плевать на меня.

— У отца не было сердца. Он заставлял меня делать то, что я не хотел. Заставлял драться и убивать, а если я его не слушался, он избивал меня. — я отчаянно завыла.

— Боже Лука. — хнычу я.

— Но когда я стал сильнее, его угрозы перестали действовать на меня, и я не слушал его. Тогда он начал грозиться, что будет наказывать тебя и Сару. — он налил себе выпивку и сделал пару глотков. — Я не хотел ранить Дэмира, но у меня не было другого выхода, отец бы набросился на вас, а я должен был защищать вас. И между выбором Дэмир или вы, я выбрал вас. — он замолкает и телефон падает с моих рук.

— Мими? — слышу я крик Луки в трубке.

— Мы никогда не были нормальной семьей, ведь так? — усмехаюсь я сквозь боль, ненавидя свою судьбу за то, что она так издевается надо мной.

— Мне так жаль, сестренка. — вздыхает он в трубку и я вновь беру телефон.

— Ты не должен извиняться. Ты настрадался больше всех. — мне сейчас так хотелось обнять Луку и утонуть в его объятиях, но брат был слишком далеко.

Он всю жизнь старается оберегать нас, даже ценой собственной жизни, а я даже не догадывалась, на какие жертвы он шел.

— Но почему ты не расскажешь Дэмиру об этом? Что ты не специально? Что ты старался защитить нас? Эта ненависть бы прекратилась. — может я и звучу как наивная девушка, но я верила в это. А еще понимала, что и я виновата в том, что с ним сделали.

— Я пытался поговорить и опустить эту тему, но все ему рассказать не мог, а он не понимал. Он тоже не ангел Мими. — вздыхает брат. — Он стал исполнителем Хакана, ты знаешь, кто такие исполнители? — спрашивает вдруг он у меня и я отрицательно мотаю головой.

— Они выполняют всю самую грязную работу, убивают, пытают, эти люди беспощадны и не имеют чувств. Дэмир опасен и он не собирается заканчивать эту вражду. Поэтому я и прошу тебя держаться от него и его семьи подальше. Мы уже ничего не сможем с этим сделать. Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за моих действий. — новое открытие меня поражает. Вся грязная работа? Значит он убивал даже больше, чем наши Капо, я слышала про исполнителей, и всегда обходила стороной, но со стороны Дэмира я не чувствовала опасности. Никогда. И он не использовал меня для мести. Если бы это было так, он бы не старался так меня отгородить от себя и своей семьи.

Я не боялась его и хуже всего, питала сильные чувства, которые сейчас меня душили. Боже, я ведь выгнала его и не поверила!

Какая же я идиотка.

— Уже поздно, думаю пора спать. Доброй ночи Лука. — я отключаю телефон, чтобы не слышать его новые учения о том, что я должна, а что не должна делать.

Теперь для меня ничего не имело значения.

Вся моя жизнь ложь, а я лишь персонаж, с определенным набором функций и не имеющий права голоса.

Я так не хочу. Я так больше не могу.

Я выбегаю из квартиры, совсем не думая о том, что нужно одеться и обуться, желая лишь быть рядом с одним человеком, который навечно пленил мою душу и сердце.

Дэмир

Я не мог заснуть, дождь так и хлестал по окну, пока я попивал коньяк и глядел в темноту. Домой возвращаться не хотелось, завтра поеду и поговорю с Су, поэтому я приехал в свою квартиру, в надежде успокоиться, но ничего не выходит.

Когда окно начинает хлопаться от ветра, я встаю, чтобы закрыть его, но женский силуэт на улице меня останавливает.

Девушка подняв голову кверху, стояла под дождем и смотрела в сторону моей квартиры. Я бы забил на этот бред, если бы я не узнал в девушке светлячка.

Господи блять, да что она творит?!

Я выбегаю как псих и мчусь на улицу, Мими все также стояла на одном месте и наблюдала, как я подхожу к ней.

— Что ты тут делаешь? Тебя жизнь совсем ничему блять не учит? — хватаю я ее за плечи и она вдруг бросается в мои объятия, я замираю с раскрытыми руками.

— Прости меня. Прости, что не поверила, прости. — она плакала навзрыд, даже хуже, чем когда я нашел ее возле огня.

— Прекрати, сейчас не время и не место для этих разговоров, тебе нужно домой. — я пытаюсь ее оттолкнуть, но она поднимает на меня свои огромные глаза, словно поглощая.

— Я не хотела верить в то, что ты сказал. Я не хотела верить, что и мой отец был ужасным, как мама. — она пытается перекричать дождь, и я благополучно ее услышал.

— Что сделала твоя мама? — задал я вопрос, но она отступила назад.

— Прости меня, я не должна была приходить так поздно. — она вдруг разворачивается, словно опомнившись, и убегает, я опускаю глаза на ее ноги. Да блять, она же босая!

Я мчусь за ней, не думая о последствиях и хватаю сзади, слыша ее вздох. Я снимаю свою обувь и опускаю ее вновь на землю, но уже в моих кроссовках.

— Ты совсем с ума сошла приходить в таком виде ко мне? Без верхней одежды и обуви, да что с тобой? — я отчитываю ее, пока ее слезы смешиваются с дождем. Я не могу оставить ее в таком состоянии. Блять. Да что за день то такой. Закончится ли он вообще?

Я беру ее за ладонь и веду в свой дом. Достаю сухую одежду и заставляю девушку переодеться, она молча подчиняется и не стесняясь переодевается прямо передо мной, но я все таки отвернулся, когда увидел красивую грудь. Я не должен думать об этом. Не сейчас!

Я тоже переодеваюсь и приношу виски.

— Пей. — приказываю я.

— Что это? — крутит она выпивку в руках.

— Не хватало еще, чтобы ты пневмонию отгребла своими выходками, пей. Это согреет тебя. — и она повинуется, одним глотком Мими все опустошает и мило корчит рожицу от алкоголя. Я подавляю тупую улыбку.

Я сажусь с ней рядом на диван, пока она молча не решалась поднимать взгляд.

— Так значит ты поверила мне? — решил я заговорить и она кивнула.

— Я позвонила Луке. — выдает она и я усмехаюсь. Ну разве по другому она бы мне поверила?

— Удивлен, что он не стал скрывать это. Думал он хочет придерживаться статуса «хорошего брата». - делаю я глоток виски и Мими поднимает на меня свои космические глаза.

— Он не виноват в том, что случилось. Это все отец. Он заставил его..- ее голос дрожал. — Он наказывал бы меня и Сару, если бы Лука не слушался. Он был монстром. — я замираю от ее слов. Это не то, что я хотел услышать. Я отказываюсь принимать это.

— Я не верю словам твоего брата. — рычу я. Лука просто хочет прикрыть свою задницу. Он уже пытался как-то объяснить мне, что его заставили меня разрезать в тот день, но я не верил.

Мими

Дэмир был пропитан злобой и ненавистью ко всей моей семье, как я могла надеяться на то, что он будет питать ко мне то же, что и я? Но я не хотела оставлять все так, как есть.

Я сажусь возле его колен и хватаю его теплую руку, заглядывая в серые глаза.

Я была готова рассказать ему все, что было так хорошо запрятано в нашей семье и потайных уголках, лишь бы он только поверил, лишь бы только отпустил эту ненависть.

— Моя мать пыталась убить нас. Много раз. — начинаю я разговор и чувствую, как его рука дрогнула в моей. Я не свожу с него глаз, настроившись на этот разговор. — Она пыталась убить меня и Сару. Сбрасывала с лестницы, пыталась утопить в бассейне, но последнее, что она сделала, так это подожгла дом и оставила меня с сестренкой посреди огня, пока она наблюдала из другой комнаты, как мы умираем. — брови мужчины поплыли вверх. Он не ожидал это услышать, а я не ожидала, что кому-то расскажу об этом.

— Этот шрам…остался с того дня. — провожу я ладонью по левой ляжке. — Но это было лишь мелочью, прицеп страхов и приступов, как вагон всегда следовал за мной и Сарой. — я вспоминаю свою сестренку и не могу сдержать отчаянный рык. — Сестренка до сих пор не разговаривает и не выходит в белый свет. Она психологически травмирована и ничего не помогает. Она закрылась от всего мира. — Дэмир убирает мою руку и я уже пугаюсь, что он просто выставит меня за дверь, но он садится рядом со мной и продолжает слушать, ведь знает, что я не договорила.