Пионерская клятва на крови - Эльвира Владимировна Смелик

она. – И пусть прихватит с собой чемоданчик для первой помощи и простыни. Две или даже три. И больше никому ни слова. Ясно?

Но чемоданчик Надежде Михайловне не пригодился. Та еще на подходе сжала губы в тонкую линию и печально покачала головой. Альбина Рудольфовна ничего не напутала и не преувеличила. И это оказался не глупый розыгрыш вожатых.

Авия Аркадьевна, поручив врачу и воспитательнице караулить тщательно укрытое простынями обгоревшее тело, кинулась звонить в милицию и скорую помощь. И потребовала от них прибыть как можно быстрее, чтобы решить все до подъема.

Приехавшие медики подтвердили, что почти со стопроцентной вероятностью смерть наступила в результате прямого попадания молнии. Немыслимо, конечно, с учетом, что кругом много высоких объектов: фонарных столбов, громоотводов на зданиях, не говоря уже о деревьях. И открытое водное пространство, обычно притягивающее к себе грозовые разряды, совсем рядом. Но…

В жизни и не такое случалось. Се ля ви.

Когда над лагерем опять повисла сонная мирная тишина, Авия Аркадьевна заявила строгим, не терпящим возражения голосом:

– Надеюсь, вы прекрасно понимаете, что рассказывать о произошедшем никому не стоит. Вообще никому. Ни сло-ва.

– А если начнут спрашивать, где Таня? – растерянно пробормотала Альбина Рудольфовна. – Дети-то точно спросят.

– Ну, так скажите, что она срочно уехала, – с назидательным напором выдохнула начальница. – Еще до подъема. Что после планерки ей позвонили из дома. Что-то там случилось. Например, бабушка серьезно заболела, или мама. Поэтому Ферцева уже не вернется. А мне же все равно в город ехать, со всем этим разбираться, поэтому в ближайшие дни добуду вам новую вожатую. А пока Мария Алексеевна вам поможет. И Антонина Евгеньевна, которая изостудию ведет. У нее все равно нагрузка небольшая. Им я сама объясню. И остальным тоже. – Авия Аркадьевна еще раз по очереди заглянула в лицо сначала Альбине Рудольфовне, потом Надежде Михайловне и проговорила уже доверительно, даже немного заискивающе: – В общем, я на вас очень полагаюсь. Вы же представляете, что начнется, если кто-то хоть что-то узнает? А нам не нужны ни домыслы, ни уж тем более паника и родительские истерики. К тому же это всего лишь несчастный случай, от которого никто не застрахован. – И в заключение добавила: – Хотя Ферцеву, безусловно, искренне жаль. Это надо же, как не повезло бедняжке.

Глава 15

Начальник лагеря Авия Аркадьевна Карманова глянула в зеркало. Вид оказался так себе. Но ничего удивительного. Ее почти с самого начала третьей смены мучили головные боли, от которых во рту почему-то возникал непонятный привкус, и даже лекарства не особо помогали.

Наверняка дело в накопившейся усталости. Да еще эти августовские туманы, которые чуть ли не каждый день собирались над озером и будто съедали воздух.

В карих глазах промелькнула тень каких-то неведомых прежде чувств, но начальница спрятала их подальше. Обновив на губах ярко-бордовую помаду, взбив чуть порыжевшие после «химии» волосы и оправив модное, сшитое на заказ платье, она отошла к столу, подняла трубку телефона и набрала давно вызубренный назубок номер председателя заводского профкома.

– Валентина Григорьевича могу услышать?

Секретарь была новенькая. Или Карманова просто не узнала ее по голосу. Хотя у председателя профкома они действительно менялись часто: за десять лет перебывало человек тридцать, не меньше. В основном молоденькие особы после школы. Но все они непременно сбегали – раньше или позже. Очень уж Валентин Григорьевич неуживчивый и резкий, если выговаривал, то особо слова не выбирал, как и тон. Только Авии Аркадьевне до сих пор везло не попасть ему под горячую руку. До. Сих. Пор.

– Авия! – Сам тембр голоса, как громовой раскат, вызвал легкую оторопь, и даже годы совместной работы почти не сгладили эффекта. – Что там у тебя происходит? – Валентин Григорьевич, не сдерживаясь, выдал непечатное словцо. – Заводское начальство гудит как растревоженный улей. Ты же, барышня, должна понимать, какую на тебя возложили ответственность. Целый лагерь доверили!

– Но это всего лишь несчастный случай, – мгновенно ощутив себя провинившейся девчонкой, пролепетала Авия Аркадьевна.

– Ты мне брось это! – сурово отрезал председатель профкома. – До тебя что-то никаких несчастных случаев не было. Вылететь хочешь? С завода? Из профкома? Из партии? С волчьим билетом?

Он выговаривал еще минут двадцать, пока не излил все недовольство и не сдулся. Авия Аркадьевна прекрасно знала: надо просто переждать бурю, отмолчаться. Лично она не сомневалась, что все сделала правильно и обвинить ее не в чем.

Ферцева сама побежала в грозу мыться, а следы непредвиденной трагедии Авия Аркадьевна успела скрыть до подъема, поэтому в лагере о случившемся так никто и не узнал, помимо еще двоих. Никакой паники, никаких проблем ни со стороны персонала, ни со стороны детей и уж тем более родителей.

– Ладно! – Валентин Григорьевич сменил гнев на милость. – Но имей в виду, у тебя в смене есть детки заводского начальства. А оно попустительства не потерпит.

– Имею, – заверила Карманова со всей возможной убедительностью и доложила почти на автомате, параллельно обдумывая свое: – Данные собрала и уже проанализировала.

Ей ведь тоже проблемы не нужны. И будет слишком обидно получить от ворот поворот именно сейчас, когда она так близко подобралась к мечте.

О том, что в этих краях когда-то давно существовало языческое капище, к которому местные жители приносили различные дары для своих многочисленных богов, в том числе золото и драгоценные камни, Авия Аркадьевна узнала от своего одногруппника по институту. Как и о том, что, скорее всего, эти сокровища, или же их большая часть, до сих пор находились где-то в земле, не найденные и не разграбленные.

Однокурсник бредил раскопками, экспедициями, ушедшими эпохами и сгинувшими верованиями, и сначала Карманова горячо поддерживала его, но потом поняла, что тот больше задумывался о духовном, чем о материальном. Для него идея была превыше собственного блага, а ей гораздо сильнее хотелось вкусно есть, дефицитно одеваться, ездить в путешествия, и лучше на личном транспорте. Да и квартирку, доставшуюся от бабки, не помешало бы поменять на побольше. Но от государства другую жилплощадь Авии Аркадьевне не получить, а на кооперативную тоже нужны деньги.

Найти бы тот клад! Богам, даже если бы они существовали, материальные богатства ни к чему. Да и зря гнить в земле, отвергнутым сначала христианством, а потом социализмом, сотни, а то и тысячи лет сокровищам тоже незачем. Пусть бы лучше послужили на пользу. Ну да, хотя бы ей, Авии Кармановой.

Тем более совсем недавно она прочитала заметку в «Труде», как садовод на своем участке откопал горшок с монетами. А ей на родительской