Она пробуждается - Джек Кетчам
Доджсон знал, что, несмотря на отношения с Ксенией, Эдуардо был, по большому счету, неравнодушен к мужчинам, но такого спектакля не ожидал. Черт, оказывается, он умел танцевать.
– Так это?..
– Точно!
Билли, Дэнни и Мишель веселились, как детишки у витрины кондитерского магазина.
Когда песня закончилась, над кричащей и танцующей толпой в воздух вместо серпантина полетела туалетная бумага, и даже рок-звезда приподнял свои темные очки, с улыбкой наблюдая за происходящим. Мужчина в ковбойской шляпе снял свою шляпу, помахал ею и засвистел. Эдуардо раскланялся под бурные аплодисменты и взял розу из рук стоящего у его ног молодого человека. Он послал зрителям воздушный поцелуй, после чего свет погас и снова зазвучала музыка.
– Черт возьми, я обожаю этот город! – сказал Доджсон.
В доме напротив пожилая гречанка захлопнула окно на втором этаже. «Как-то поздновато она это сделала», – подумал Доджсон.
Ксения подошла к их столику, и они заказали напитки.
– Как вернусь, посижу с вами, – сказала она.
– Когда он это начал? – поинтересовался Доджсон.
– После того как уволили предыдущего танцора, – ответила она. – Но, черт возьми, он намного лучше, правда? Он же долбаный гений!
– Правда. Без сомнения.
Ксения встала и устремилась обратно к бару, словно хищная птица.
Дорого одетая, но слишком полная молодая женщина облокотилась о перила и обратилась к Дэнни. Она была так сильно надушена, что определить, насколько дорогие у нее духи, не представлялось возможным.
– Прошу прощения, – сказала она, – я вас не знаю.
Дэнни с удивлением посмотрел на нее и засмеялся.
– И я вас тоже.
– Нет, я имею в виду, вы ведь кто-то?
– Кто-то?
– Ну, знаете…
У Доджсона возникло ощущение, что она еще новичок на таких мероприятиях.
– Конечно, я кто-то.
– Понимаете, мы тут снимаем фильм… – Она показала на стройную рыжеволосую девушку-оператора.
– Ой. А мы попали в кадр? Что-то художественное или научно-популярное?
– Научно… это документальный фильм.
– И, конечно, вам нужны люди, которые что-то из себя представляют?
– Да. Точно.
– А не те, кто, по сути, никто.
– Совершенно верно.
Доджсон не смог сдержать смех. Своими рассуждениями Дэнни загнал ее в тупик.
– Да ради бога, он как раз кто-то! Это же Роберт Доджсон по прозвищу Быстрый Эдди. Автор… как назывались те книги, весельчак? Ах да, «Маленький лес» и «Убийственный сезон».
Доджсон в удивлении уставился на Дэнни.
– Ты их читал?
– Я читал «Маленький лес». Чертовски претенциозная штука.
– Так и есть.
– Но талантливо написанная. – Он снова повернулся к девушке: – Вот такой у меня приятель. Претенциозный, но талантливый. Вам точно стоит снять его в своем фильме. Что до меня…
– Да?
– Вы меня точно не знаете?
– Извините, но нет.
– Черт, это так неожиданно.
– Он не талантливый, – сказала Мишель. – Просто претенциозный.
Девушка посмотрела на нее с недоумением.
– Она шутит, – сказал Дэнни, протягивая руку. – Дэниел Морган Хикс. Из «Хикс Фармасьютикалс». Вы же слышали про меня?
– Мм… нет.
– Мы делаем «Арафат».
– «Арафат»?
– Гигиенический спрей для женщин. С запахом сырой нефти. Шучу. На самом деле он пахнет абрикосом с нотками карамели. Я сам его создал. Папе нравится. Могу прислать вам образец. Оставьте ваш адрес. – Он вытащил блокнот и огрызок карандаша. – У нас его целые ящики.
– Нет, это…
– И вы еще не спросили про наших девушек.
– Девушек? Спасибо, не надо. Может, как-нибудь потом.
– Вы не находите, что они очень красивы?
– Да, очень.
– Вот эту зовут Мишель. Она любит меня. А раньше была любовницей Иди Амина. Правда-правда! Теперь работает логопедом. А вот эта…
Но киношная леди быстро попятилась и скрылась в толпе.
– Из-за тебя я потерял шанс дать интервью, – сказал Доджсон.
– Да не переживай! Все равно твои книги уже вышли в тираж.
– Морган? Дэниел Морган Хикс?
Он пожал плечами.
– Представь себе, но в нашей семье все должны носить имя Морган.
Пришла Ксения с подносом. Она раздала им напитки, один оставила себе и села рядом с Доджсоном. Коньяк. Ксения взболтнула его в своем стакане.
– Ну и ночка! – Она улыбнулась сидевшей напротив Билли. – Прошу прощения. Я вас не знаю.
Все рассмеялись.
– Что? Что здесь смешного?
– К нам сейчас обращались с такой же фразой. Но в другом контексте, – пояснил Доджсон. – Жаль, тебя здесь не было.
Билли протянула ей руку:
– Билли Дюрант. А вы – Ксения? Роберт много о вас рассказывал.
Ксения пожала ей руку, улыбнулась и перевела многозначительный взгляд на Доджсона, а затем – снова на Билли.
– Значит, Роберт, так? Он рассказал, что я ревнивая женщина? Я не ослышалась, ты завтра уезжаешь? – Все засмеялись. – Нет. Шучу. Добро пожаловать на Миконос.
– Спасибо.
– В первый раз здесь?
– Да.
– Нравится?
– Я влюбилась в это место!
– Принесу вам еще шампанского. И вы полюбите Миконос еще больше. Где Эдуардо? Этот болван возомнил себя звездой!
Она повернулась к Доджсону:
– Кажется, она мне нравится. Намного больше предыдущей. Как ее звали?
– Марго.
– Да, Марго.
– Ксения, она умерла.
– Умерла?
– Почти два года назад.
– Господи! Как?..
– Бритва. Ванна с водой.
– Боже мой. А ты? Вы еще встречались, когда это случилось?
– Время от времени. Но редко.
– Извини. Мне очень жаль. Сама не знаю, что говорю.
– Ничего страшного.
– Она, наверное, была…
– Сумасшедшей? Да, в какой-то степени. Принимала много таблеток… потеряла работу… а потом еще и мы… у нас все не ладилось. Были другие женщины, другие мужчины.
– Ты все еще скорбишь по ней. Я чую это.
Он улыбнулся:
– У тебя очень хорошее чутье, Ксения.
– У Ксении лучший нос на Миконосе! И не стоит так убиваться. Теперь ты встречаешься с этой девушкой. Отдыхай, развлекайся.
– У тебя самый лучший нос, и ты лучше всех целуешься, Ксения.
– Лучше всех, да.
Ее усталое лицо со шрамом приблизилось к нему, и она крепко тепло и по-дружески поцеловала Доджсона. Она всегда его так целовала.
Что-то растревожило толпу.
Доджсон посмотрел вниз с террасы и увидел, что люди стали сильнее и чаще обычного толкаться и врезаться друг в друга. Кто-то быстро пробирался к террасе.
Два молодых парня налетели друг на друга, расплескав напитки. Высокую блондинку оттолкнули в сторону, затем так же поступили с мужчиной в кремовой ковбойской шляпе, и тот громко
