Радогощь (СИ) - Елена Ляпина

— Хорошо, — кивает он. — А что с этими двумя?

— С Лерой и Даней?

— Ага.

— Если их найдешь, то спроси, хотя мне кажется, что Лере тут нравится и она не поедет. Но кто её знает, — пожимаю плечами.

— Окей, тогда до встречи…

Мы расходимся, и я бегу к тому шатру, куда вчера увели жениха с невестой. Не успеваю добежать, как распахиваются дверцы и появляется Олеся.

— Дарина! — радостно кричит она, завидя меня.

— Олеся! — Я несусь в её объятия.

Мы обнимаемся, я разглядываю её, не веря глазам своим — она жива, здорова, улыбается. Кожа белая, здоровая, никаких ожогов. Её короткие волосы развеваются на ветру. Олеся принаряжена в простое когальское платье без всяких поддевок для пышности, и ей очень идет этот наряд.

— Твои волосы…

Я хватаю их за кончики, мне так жалко её длинные густые волосы.

— Так принято у когалов, это такой обряд, — улыбается она. — Мать жениха отрезает невесте косу, тем самым девушка становится замужней женщиной.

— А когда… — начинаю я и тут же спотыкаюсь.

Смотрю на ровную белую полоску едва-едва заметную на её коже, которая разделяет шею пополам и судорожно сглатываю.

— Тебе отрезали голову, это тоже была часть обряда? — всё-таки продолжаю я и жду, что она мне скажет, что не было ничего такого. Это всё мне привиделось, и я сумасшедшая.

— Да, — к моему удивлению говорит она, беря меня под руку. — Ты просто не понимаешь ещё. Но придет время, и ты во всем разберешься и всё поймешь.

— Так значит это не было сном? — спохватываюсь я.

— Не думай об этом, — говорит она, ласково поглаживая мою щеку.

— Олеся! — Я хватаю её руки и крепко сжимаю, — какие у тебя холодные руки!

— Не холоднее твоих, — усмехается она.

Трогаю свои собственные пальцы и, правда, холодные, просто ледяные. Наверное, это всё от нервов.

— Давай вернемся домой, — жалобно произношу я.

— Ты чего, глупенькая, — громко смеется она. — Я не могу никуда уехать, это мой дом. Я вышла замуж и теперь буду жить здесь.

— В этом шатре?

— Ну, конечно же, нет. Мы здесь пока проходит праздник Радогощь, а потом уедем.

— Куда?

— Вглубь лесов. Там, где находятся деревни когалов. Мой муж мне всё рассказал, мне так не терпится поскорее туда отправиться, — с таким жаром произносит она, что у меня наворачиваются слезы.

— Олеся, — я ещё сильнее стискиваю её руку, — ну, а как же твои родители?

— Они всё поймут и одобрят, не переживай. Как и твои.

— Что? — не соображаю, о чем это она.

Олеся немного смущается, видимо поняла, что сболтнула лишнего.

— Что ты такое говоришь? — тереблю рукав её когальского платья. — При чем тут мои родители?

— Да не при чем, — отмахивается она. — Я просто так сказала, не подумав.

— Нет, ты что-то имела в виду, — я качаю головой.

— Ну, может быть, — как-то неопределенно тянет она.

— Что же?

— Ммм…

— Говори! Олеся, ты же знаешь, я не отстану!

— Ну, а вдруг ты тоже захочешь…

— Что я захочу?

— Замуж, — смеется она.

— Ты шутишь?

Олеся лишь улыбается.

— Олеся, — кричу я, — ты вообще в своем уме? Как тебе вообще пришло в голову выходить замуж за первого встречного, за старика, ещё и быть ему третьей женой?

Я не понимаю, что происходит. Мне хочется отлупить Олесю по щекам, чтобы она пришла в себя и уехала вместе со мной из этого странного места.

— Я это давно решила, — вдруг произносит она.

— Что?

— Помнишь я летом была в поездке? Я была у когалов, мне понравилось жить среди этих людей, и я решила выйти замуж за одного из них, чтобы стать такой же. Покинуть этот суетный мир и обрести покой наедине с природой и её силой, — говорит она.

— А как же Антон?

— Так это и есть мой муж! — радостно произносит Олеся. — Меня давно уже выбрали. Мне сказали только имя моего будущего мужа.

— То есть… — до меня начинает доходить, — когда ты сюда ехала, ты уже знала, что выйдешь тут замуж?

— Конечно, — улыбается она и хватает меня за руки.

— И ты надеялась, что это тот красавчик, но оказался старик. И тебе всё равно, какого мужа тебе выбрали? — я стою в шоке и мне кажется, что я сейчас разревусь в голос от Олесиного поступка.

— Так это и не нужно для счастья, глупенькая, — смеется она. — Ты не думай, я и о тебе позаботилась.

— В каком смысле? — Я чувствую, как мороз пробирается по моей коже от этих слов.

— Второй жених для тебя, — одаривает она меня такой улыбкой, словно дарит мне подарок, о котором я сто лет мечтала. — Вот будет здорово, если вы поженитесь, и мы тогда с тобой не расстанемся, будем жить рядом! Разве не об этом мы с тобой мечтали?

— Совершенно не об этом, — ору я. — Я что, глупая дурочка, по-твоему? Совсем с катушек слетела, чтобы выскакивать замуж за первого встречного, и переезжать в деревню к малочисленному народу, где живут по каким-то своим средневековым законам, со странными языческими обрядами?

— Это же и прекрасно, — улыбается она.

— А как же университет? Наша учеба?

— Это всё не то, нам с тобой нужно, — отмахивается она. — Главное семья. Оставайся со мной, отпусти всё старое, слейся в одной гармонии с природой…

— Олеся, тебя чем-то опоили? Загипнотизировали? — меня осеняет ужасная догадка.

— Нет, конечно, глупенькая, — смеется она.

Снова проводит ладонью по моей щеке. Она хоть и ведет всегда себя как старшая сестра и опекает меня, но так она никогда не делала. Это ещё больше пугает меня.

— Пойдем со мной, — говорит она, берет меня за запястья и тянет к шатру, — тебе нужно подготовиться к твоей свадьбе.

— Нет, — протестую я и вырываю свои руки, — Олеся, я не собираюсь выходить замуж за первого встречного когала.

— Но уже всё решено, ты ничего не изменишь, тебе придется, — говорит Олеся, вцепившись в рукав моего худи и продолжает тянуть.

Я вырываюсь из её рук и начинаю медленно отходить от неё. Она не бежит за мной, стоит на одном месте.

— Глупенькая, — улыбается она, — ты уже ничего не сможешь изменить.

— Я сбегу отсюда, — кричу я, всё также удаляясь от неё.

— Тебе этого не удастся, — улыбается она.

Я разворачиваюсь и опрометью несусь к нашему шатру.

Глава 8. Побег

Бегу в свой шатер за рюкзаком и по дороге думаю, что надо бы где-нибудь раздобыть съестного в дорогу. Мало ли что как обернется, хоть в Неклюдовском и есть магазинчик, но вдруг он окажется закрытым. Плохо, что тут нет