Комната - Виталий Григорьевич Михайлов

только другой ниточки все равно нет — для чего-то годился ведь этот ключ.

Нужна была подсказка, он еще раз наведался в спальню к Паучихе, но не нашел ни одной зацепки.

Пират все шипел на него, словно большая рыжая змея. Паучиха заметила это и решила, что в доме кто-то есть. Не считая крыс.

Она прямо заявила об этом сыну, когда тот принес еду.

— Ну кто здесь может быть, ма? — сказал он.

— Я слышала шаги, в дом кто-то проник, нужно его найти, и как можно быстрее. Моя шкатулка исчезла. Может быть, это какой-то бродяга или журналист — не вижу особой разницы между ними, стащил ее.

— Ты переложила ее в другое место, а потом забыла, как раньше.

— Давай обыщем дом сверху донизу. Но сперва надень колокольчик.

— Мам, зачем он. Это просто смешно. Если бы сюда приходил хоть кто-нибудь, может, и был бы толк.

Но…

— Надевай без разговоров. И принеси ружье.

Он слушал, как внизу звенит колокольчик и открываются двери. Он сложил журналы в рюкзак и постарался придать берлоге вид необжитый и безликий. Рюкзак закинул на плечо.

Теперь следовало забежать на кухню — он отвязал несколько нитей, чтобы поменьше шуметь, когда приходил за продуктами. Он слышал звук колокольчика. Паучиха и ее сын поднимались на второй этаж. Следовало поторопиться. И тут он почувствовал, как крысоловка сомкнулась на его правой ступне. Раздался щелчок, и Паучиха его услышала.

— Видишь, — сказала Паучиха, — я была права.

— Может, это всего лишь крыса.

— Проверим.

Теперь они знают, что он на кухне. Он с трудом избавился от капкана. Нужно спрятаться, но сделать это решительно негде.

Он уже слышал шипение Пирата. Внимательно глядя под ноги, он добрался до кухонного лифта. Лифт поднимался и опускался вручную. Сейчас он был внизу. Повязки на руках пришлись кстати — так трос не сорвет кожу с ладоней.

Он еле протиснулся в узкое отверстие и начал спуск. Лучше забраться поглубже, чтобы луч фонарика не достал. Он чувствовал едкую вонь, слышал возню и писк. Внизу было полно серых тварей. Руки онемели, и он сорвался, не дотянув пары метров. Приземлился в груду отбросов. Нога отозвалась болью.

Наверху заметался луч фонарика, а потом лифт пришел в движение так быстро, что он не успел ухватиться за край.

— Оставайся там, дрянь! — крикнули сверху. — Надеюсь, крысы сожрут тебя живьем!

Без всяких сомнений, голос принадлежал Паучихе.

Включив фонарик, он понял, что оказался в комнате с розовыми обоями, на которых были нарисованы единороги. В углу — большой кукольный домик, давно превратившийся в крысиное гнездо.

Крысы держались от его скромной персоны подальше. Но скоро осмелеют.

Сначала он решил, что кроме крыс в комнате никого нет, но ошибся. На небольшом возвышении он увидел женщину. Все ее тело опутывали волосы. Она была крайне истощена и лежала, запрокинув голову.

Он подошел ближе.

Женщина была мертва.

Он уже догадался, кто это. |||||||||||||||, дочь Паучихи, пропавшая около сорока лет назад и ставшая Крысиной Королевой. Долгое время она жила в искусно замаскированной комнате. Без солнца, без чистого воздуха. Он не мог понять, зачем было вытворять такое с родной дочерью. И неужели полицейские не смогли обнаружить потайную комнату? Наверное, дело в том, что у Паучихи имелся брат с большими связями, который сумел обставить все так, как хотела Паучиха.

Повсюду нечистоты. Объедки. И крысы. Сколько же лет Крысиная Королева провела здесь?

Он осмотрелся. Увидел дверь. Металлическая, с пятнами ржавчины. Это была не та дверь, что нарисовала сестра безумной Паучихи. Эта казалась куда массивнее. И прочнее.

Он осмотрел замочную скважину. Сунул руку в карман за ключом из фарфоровой шкатулки, но его там не оказалось. Он похолодел. Обыскал все карманы, залез в рюкзак. Потом вернулся к месту, где упал. Смастерил повязку, чтобы не дышать нечистотами. Если вдыхать эту дрянь, недолго заработать себе мышиный тиф или что похуже — и укусов не надо. Затем стал шарить в отбросах. Он перемесил целую кучу дерьма, но ключа так и не нашел.

Немного придя в себя, он понял, что все это время ползал кругами, проверяя одно и то же место несколько раз. Он мысленно разбил центр комнаты на квадраты, а после изучал по одному. Крысы больше не разбегались, а шныряли под руками и мешали искать. Но и нападать не пробовали.

Он попытался выбить металлическую дверь и едва не сломал плечо. Кажется, он расслышал издевательский Паучихин смех.

А может, его и нет? Ключа? Может, он оставил его в берлоге или еще где?

Он снова приступил к поискам. Запаса батареек хватит часа на три. Потом — кромешная темнота. Он старался искать быстрее, но все было тщетно. По всему выходило, что его тоже не найдут.

Он уже исследовал все квадраты и теперь полз наугад. Через час он окончательно выдохся и сел на груду одеял, которые некогда служили постелью дочери Паучихи. Как она смогла продержаться так долго? Может, раньше условия были сносными? Когда ее только заперли, это было похоже на игру. У нее появилась своя тайная комната. И что, если Паучиха держала дочь в секретной комнате неспроста? Может, она прятала ее. Только от кого? Пожалуй, он знает ответ.

Здесь были единороги, кукольный домик и все, что нужно маленькой девочке. А потом что-то пошло не так. Дочь подрастала и хотела свободы, а Паучиха медленно сходила с ума. И вот убежище превратилось в тюрьму. Но кто сказал, что Паучиха не заботилась о дочери? Вы только посмотрите на эти объедки!

Он чувствовал себя моряком, потерпевшим кораблекрушение. Только вместо воды кругом серые тени с мокрыми носами. Они возились, пищали и подбирались все ближе.

Итак, единороги. Мифические существа, способные прикосновением рога лечить любые болезни. Скоро даже они не помогут. Немедленно ему захотелось броситься обратно и скрести ногтями грязь в поисках ключа. Так и ползать, от одной стены к другой, пока батарейки не сядут.

Он сидел на одеялах и водил лучом фонаря, изучая крысиные повадки. Через час или около того, когда луч фонаря изрядно потускнел, он увидел крысу, что несла в пасти ключ — видно, чем-то он ей приглянулся. Стараясь не потерять ее из виду, он привстал, его шатнуло, и он едва не упустил ее.

Крыса деловито бежала по своим крысиным делам. Он рванулся вперед так, что мокроносые твари бросились врассыпную. Крыса скрылась в дыре, и ему пришлось сунуть руку в крысиное логово, чтобы схватить беглянку и крепко сжать в кулаке. Больше