Джессика Смит Коултер - Прерванная жизнь (ЛП)

Собрав все свое мужество и игнорируя рыб, я плыву к Трэвису, замедлившись около его ног, перед тем как он поднимает меня к себе на лодку. Трэвис просто наблюдает за мной. Когда он не делает никаких попыток дотронуться до меня, я пячусь, сомнение закрадывается с каждой секундой, которую он теряет, не прикоснувшись ко мне.

Противоречивые эмоции отражаются на его красивом лице, когда он смотрит на меня. Вода стекает по моей коже, я сижу на его коленях и целую шею, лаская языком кожу, пробуя на вкус соль, оставшуюся от только что завершившегося погружения. Трэвис остается неподвижным, не желая дотронуться до меня, но мой разум сходит с ума от страха и желания, борющихся друг с другом, пока я не чувствую, что могу сломаться. Но я двигаюсь вперед, потому что хочу этого. Я заслуживаю это.

Провожу губами по его лицу, пока мой рот не находит его, нежно облизывая, до того времени как его губы, наконец, не захватывают мои. Он скользит языком в мой рот, мышцы на его предплечье напрягаются, когда я их сжимаю.

Когда мы отстраняемся друг от друга, я делаю глубокий очищающий вдох, успокаивая нервы.

Трэвис бросает осторожный пристальный взгляд в мою сторону и медлит всего секунду, прежде чем поднимает меня на руки и несет в каюту под палубой. Пространство небольшое, здесь есть только кровать, но это все, что нам нужно.

Он оставляет дверь каюты открытой, таким образом солнечный свет попадает в комнату, кладет меня на кровать и ложится сверху.

Его тело прижимается ко мне, Трэвис ласкает мою щеку костяшками пальцев. Такой жесткий и сильный, но нежный и заботливый.

Пробегаю руками по его голой груди, чувствуя, как его сердце колотится так же быстро, как и мое. Вода под нами бьется о корпус лодки, эти ритмичные удары убаюкивают меня, в то время как вид Трэвиса возбуждает. Он наклоняется ко мне, пока наши губы снова не соприкасаются, наши языки сплетаются, и одним движением он развязывает верх моего бикини.

Он отстраняет свои губы от моих, исследуя глазами мое обнаженное тело. Нервы сплетаются в глубине моего живота, когда он целует меня в шею, пока его горячее дыхание не обдает мою грудь, сразу же напрягшуюся от внезапного прикосновения. Трэвис нежен, его движения медленные, поэтому я могу предугадать их.

И все же, я теряю свой контроль. Свой разум. Я сдаюсь.

Я — неистовое скопление похоти, а Трэвис — спокойный и терпеливый, эта смесь уничтожает любые ясные мысли, которые у меня были.

Борюсь со своим разумом, напоминая, что хочу того, что в данный момент делает мое тело. Снова и снова, как молитву, повторяю себе, что нечего бояться.

Я тяну Трэвиса за шорты, желая видеть и трогать больше, и не возражаю, когда он снимает нижнюю часть моего бикини. Довольная ухмылка играет на его лице, и пальцами, теми пальцами, которыми я с недавних пор одержима, он прикасается ко мне, посылая лихорадочную страсть по всему телу. Сгорая от его тела, прикосновений, от столкновения наших губ, впивающихся друг в друга, я извиваюсь от напряжения, растущего между ног, но терпеливо наблюдаю, как он снимает с себя шорты.

Волнующее возбуждение и бешеная энергия шумят вокруг и цепляются за нас. Трясущейся рукой я беру его член в ладонь и глажу головку. Трэвис резко выдыхает и прижимается своими губами к моим.

— Трэвис, пожалуйста, — стону ему в рот, мой голос ниже, чем я предполагала.

Стон, родившийся от удовольствия, вибрирует в его горле и доносится до меня, когда он нетерпеливо надевает презерватив. Прежде чем Трэвис входит в меня, он шепчет мое имя и накрывает своими губами мои. Я стону его имя, приподнимая свою попку и приветствуя его.

Поначалу его движения так же опустошительно медленные, как и прежние его действия, и мне легко подстроиться под его темп. Он целует мое лицо, когда я хватаю его за затылок, не давая остановиться. Я не могу остановиться. Мои руки везде. Прикасаются, исследуют. Его мышцы сокращаются под моими оголодавшими пальцами.

Я шепчу его имя, мой голос умоляет дать мне больше, потому что он — все, о чем я могу думать. Возбуждение искрами вспыхивает в моих глазах, как если бы я сильно их зажмурила.

Мы двигаемся вместе быстрее, левую руку он прижимает к моему лицу, побуждая меня открыть глаза для него. Его глаза до краев наполнены энергией, и я перестаю дышать, пока мы смотрим друг на друга. Царапая ногтями плечо Трэвиса, кричу его имя, а он рукой ласкает мой затылок. После нескольких заключительных отрывистых толчков, Трэвис прижимается своим лбом к моему. Вместе мы пытаемся отдышаться.

Перевернув меня так, что я оказываюсь на нем, он пробегает пальцами по моему плечу, оставляя пылающий след от такого простого прикосновения, затем прикусывает мою нижнюю губу.

— Нехило? — спрашивает меня Трэвис через мгновение.

— Посредственно — это в лучшем случае, — дразню его я.

Он поднимает голову и кусает мой подбородок, разжигая еще большее желание у меня внутри. Глаза затуманиваются похотью, раскрывая мою ложь, и Трэвис улыбается мне в ответ.

— А сейчас лучше? — он атакует мою грудь зубами и языком, дергая и покусывая, пока я опять пытаюсь отдышаться.

— Да, — удивляюсь я, — у тебя есть потенциал.

Его взгляд пробегается по моему телу, и я позволяю ему взять полный контроль надо мной, проживая фантазию, в которой я — обычная девушка, живущая обычной жизнью. Он поглаживает меня пальцами, царапая зубами мое тело, все еще бьющееся в конвульсиях, до тех пор, пока все, что я могу делать, это со всхлипами произносить его имя. Он дразнит мое тело, подводя меня так близко к экстазу только затем, чтобы отсрочить мою кульминацию. Мое тело разрывается между тем, чтобы продолжить наслаждаться пытками, в которых я неистово нуждаюсь, и тем, чтобы достигнуть разрядки. Нет больше нежности, я дрожу под руками Трэвиса. Стон удовольствия вырывается из его горла, когда мой дикий взгляд встречается с его глазами. Крича, я выпускаю пламя, скопившееся внутри меня, и смотрю на удовлетворенное лицо Трэвиса.

— Это было лучше, — более чем довольная, я улыбаюсь ему.

Его напряженный взгляд бродит по моему лицу, пока он убирает в сторону прядь моих волос. Мое тело реагирует, когда его язык проскальзывает между губ, увлажняя их.

— В следующий раз... — он умолкает, не потрудившись закончить фразу, и мое дыхание перехватывает, когда его пальцы прокладывают себе путь по моей шее.

Прежде чем я медленно погружаюсь в сон, Трэвис ложится рядом со мной и заключает меня в свои объятия. Его грудь прижимается к моей спине так, что его сердце бьется напротив моего. Его сердцебиение — это последнее, о чем я думаю, прежде чем сдаюсь сну.

Открыв глаза, обнаруживаю себя в каюте в одиночестве и в темноте, и паника скручивает мой живот. Руки и ноги свободны, я знаю, что в безопасности, и быстро вспоминаю, где нахожусь. Осознавая это, я улыбаюсь. У меня был секс, потрясающий секс с прекрасным мужчиной.

Я выползаю из кровати, прикрывая себя простыней, и иду на палубу в поисках Трэвиса, который сидит на носу лодки, любуясь закатом. Я хочу обнять его так, чтобы между нашими телами не осталось пространства, но он выглядит задумчивым, и я не хочу нарушать его личный момент.

— Принцесса, — окликает он меня, смеясь, и я качаю головой в ответ на данное мне прозвище.

— Привет, Тор, — отвечаю я.

Он вскидывает брови, а я пожимаю плечами. Если он не знает, насколько хорошо сложен, то я не собираюсь говорить ему.

Я сажусь рядом с ним, и он обнимает меня за талию, притягивая ближе к себе.

— О чем ты думал? — спрашиваю я, потому что уже вторглась в его личную жизнь.

— О том, как я здесь оказался, — он целует меня в лоб.

Я жду, чтобы он уточнил, но он этого не делает.

— Итак, как ты сюда попал? Не говори, что на лодке, — добавляю.

— Это долгая история, — посмеивается он.

Я жду от него продолжения.

— Это действительно неинтересно.

Его смех взрывает вечерний воздух, но также ощутимо его беспокойство, поэтому я кладу голову на его грудь и слушаю биение сердца, а он продолжает держать меня. Он вздыхает, и этот вздох такой тяжелый и полный печали, что мое сердце болит за него.

— Фактически я родился в океане и был найден на пляже прямо там, — он указывает вперед.

Я слежу за его пальцем, указывающим на маленький островок практически вне поля зрения.

— Никто не знает точно, кто мои родители и что случилось с ними. Все, что нам известно, — на тот остров прибыл маленький плот с орущим голым младенцем в нем. Жители острова нашли его и забрали к себе, — он пожимает плечами, как будто его рассказ не разбил мне сердце.

Трэвис тянет меня ближе к себе, пока я не оказываюсь у него на коленях, прислоняясь головой к его плечу, все еще не способная придумать, что сказать ему.