Екатерина Морозова - Обращенные в камень. Разгадка перевала Дятлова

Внезапно чей-то крик вывел Александру из состоянии забытья.

– В-о-о-от! – ворвался в каминную Петр Васильевич с мобильным телефоном в руках – Мне только что позвонил Алексей. – Все немедленно обернулись к нему. – Сказал, что он упал на прогулке, сломал ногу и не может двигаться. Он сообщил свои координаты, поэтому нам нужно немедленно идти к нему. Я уже всех оповестил, что с Алексеем – беда.

Каминная наполнилась людьми. Пришел и персонал гостиницы – Марья Ивановна и Николаем Даниловичем.

– Как же так! – восклицала Лилька. – Как он упал? По неосторожности что ли?

– Бывает, – чуть распевно сказала Марья Ивановна. Ее руки все время находились в движении, словно она только что оторвалась от домашних дел и не знала, чем себя занять. На полном лице выделялись серые глаза, которые излучали спокойствие. Рядом с такими женщинами кажется, что ничего плохого случится не моет. А если и бывает что-то неприятное, то это – временное.

– Какой толк теперь выяснять, – резонно заметил Петр Васильевич, – нужно к нему спешить, пока не стемнело. Иначе будем блуждать в потемках. А человек там лежит, обездвиженный, заметьте. И это дикий лес, а не город. Здесь зверье всякое водится.

– Я тоже пойду, – бросил Иннокентий.

– И я, – откликнулась Александра.

Он смерил ее взглядом.

– Вы уверены, что вы там необходимы? Мы пойдем быстро!

– Она на лыжах ходит – каждому бы так, – вступился за нее Вячеслав. Александра уставилась себе под ноги, чтобы скрыть смущение. А когда подняла глаза, то увидела, что во взгляде Иннокентия промелькнуло удивление. «Наверное, он думал что – городская фифа ни на что не годная», подумала Александра. Она вздернула подбородок вверх, но здесь услышала Лилькин голос:

– Можно тебя на минуту!

– Конечно, Лиль, сейчас.

Она отвела Александру в сторону и жарко зашептала:

– И когда ты с ним успела познакомиться?

– Но ты тоже скажешь – «познакомилась»! Просто на лыжне столкнулись, перебросились парой слов и все.

– А… Я бы пошла с вами, но голова болит.

– Тогда – оставайся.

– Кирилл пойдет.

В итоге они выступили в следующем составе: Петр Васильевич, Иннокентий, Кирилл, Вячеслав, Игорь, и она, Александра.

Игорь и Вячеславу предлагали остаться, но они наотрез отказались.

Взяв в холле лыжи, все вышли из гостиницы и резкий порыв ветра чуть не сбил с ног Александру. Для транспортировки Алексея пришлось взять сани, стоявшие тоже в холле. Их повез Иннокентий.

– Кажется, вьюга поднимается, – пробормотал Петр Васильевич. – Налегаем, ребята, четко идем, никто не отстает от другого. А то…

Свою мысль он не закончил, но все поняли его и без слов. Темнело, а если еще поднимется вьюга – тогда совсем будет трудно найти человека, попавшего в беду.

С неба сыпались сухие трескучие горошины. Порыв ветра с силой швырял их в разные стороны, и приходилось то и дело увертываться от ледяных стекляшек.

Впереди шел Петр Васильевич, за ним – Иннокентий с санями, потом Вячеслав, Кирилл, Игорь, замыкала шествие Александра.

Мерный взмах лыжных палок, спина Игоря впереди. Ветер щипал щеки, обжигал горло, от него слезились глаза, и было неприятно дышать. Внезапно все остановились.

– Стой! – скомандовал Петр Васильевич. – До Ледяной Сопки идем, он где-то там лежит. Подналяжем. Все тут?

– Да, все тут. Не будем останавливаться, – сказал Вячеслав, – Только время теряем, а то ветер вконец разгуляется.

И они рванули. Александре хотелось вырваться вперед, ей почему-то казалось, что все тащились ужасно медленно, но она понимала, что лучше – вести себя тихо и никого не обгонять, чтобы не получить очередную порцию «любезностей».

Местность пошла неровная, деревья то близко подступали к лыжне, то удалялись от нее.

Ветер уже швырял в лицо снег с каким-то ожесточением: свирепо, без передышки. Александра стиснула зубы.

И здесь резко зазвонил мобильный. Колонна остановилась.

– Да… да…. Понял…. Скоро будем… – донеслось до Александры.

– Алексей звонил. Мы почти у цели, – кратко бросил Петр Васильевич, а потом раздалось зычное:

– Налега-а-а-й!

Ветер кружил вокруг них со скрипучим бормотаньем, небо стремительно затягивалось хмурой пеленой. Игорь охнул, и резко затормозил, Александра чуть не налетела на него.

– Кажется, оступился. Ногу повело… сейчас пройдет. Иди вперед.

– Что-то серьезное?

– Что там? – спросил кто-то впереди. Кажется, Иннокентий.

– Ничего страшного, – крикнул Игорь, – небольшая заминка. Идите ребята, я сейчас, крепление поправлю.

– Действительно, все в порядке? – спросила Александра, понизив голос.

– Да. Все нормально. Я догоню.

Александра оттолкнулась палками от земли и покатила вперед.

Через какое-то время она обернулась. Игорь присел на корточки и возился с креплениями.

– Эй! – крикнул Петр Васильевич. И ответ раздалось едва различимо-слабое:

– Эй-э-э-э-й!

Сперва Александре показалось, что откликается эхо и только спустя несколько секунд, поняла, что это голос – Алексея.

Вскоре группа уже была около него. Он лежал в снегу и стонал, повалившись набок.

– Нога болит. И лыжа сломана. Сам не знаю, как все получилось… – виновато сказал он.

– На месте разберемся. – Сказал Петр Васильевич. – Сейчас мы тебя в санки погрузим и повезем в гостиницу, а там уже тебя осмотрят как надо, с толком.

– Даже неудобно как-то… столько хлопот.

– Неудобно только штаны через голову надевать, а так сынок все удобно. Потерпи маленько. Мужики, берите его аккуратно, не травмируйте человека.

Иннокентий и Вячеслав погрузили Алексея на сани, здесь к ним подкатил Игорь.

– Как он?

– С ногой что-то, – ответил Вячеслав. – И лыжа сломана. Где она?

– Где-то тут! В снегу.

Они нашли обломок лыжи и поехали в обратный путь.

Ехали молча, быстро, торопясь вернуться до наступления полной темноты. Когда показались огни гостиницы, Александра с облегчением выдохнула. Успели!

– Вернулись, – подтвердил Петр Васильевич. – Молодцы, ребята! Успели…

Все высыпали в холл.

Лилька, охнув, кинулась вперед!

– Живой?

– Раз перед нами, значит, живой, – съязвила Татьяна. – Что за дурацкие вопросы…

– Хоронить рано еще, – хмыкнул Петр Васильевич. – Скоро пацан оклемается и как огурчик будет. Главное – никому ненужную панику не поднимать. Откуда у тебя телефон-то мой, Лексей?

– А я, когда был в турфирме и заполнял анкету – увидел вашу, там контактные данные, вот и списал телефон на всякий случай. Думал, вдруг пригодится.

– И правильно сделал! Без этого – пропал бы. Интуиция, значит, тебя, сынок вела.

Предварительный осмотр показал, что, скорее всего, у Алексея – растяжение связок. Осматривал его Иннокентий, который сказал, что он в медицине кое-что понимает и оказать первичную помощь – сможет.

– Как же я завтра? – глухим голосом спросил он. – Что с походом-то?

– Какой поход! – громко сказал Вячеслав. – Здесь нужно оставаться в гостинице и ждать нашего возвращения. Поход категорически противопоказан.

– Вот так, – И Алексей закрыл глаза. – Столько времени ждал этого момента и все. Запорол сам, собственными руками, то есть ногами. – и он слабо улыбнулся.

– Ничего страшного! – подхватила Лилька. – Главное, что вы живы и здоровы. У вас еще столько таких походов будет впереди.

Тон Лильки был из разряда, как «нужно разговаривать с маленькими детьми, чтобы они не плакали». Все это почувствовали, подхватили Лильку и стали наперебой уверять Алексея, что на этом походе жизнь не останавливается, хорошо все, что хорошо кончается, главное – он живой, а все остальное – мелочи и детали.

– Ой! – вплеснула руками Лилька. – Что же это я про запеканку забыла? Я принесла из кухни картофельную запеканку. Сейчас чай подогрею.

Лилька ушла…

Алексея перенесли в комнату, туда же ему принесли запеканку и чай. Потом договорились, что поочередно будут дежурить около него, на всякий случай, если ему что-то понадобится. Иннокентий наложил шину на ногу Алексея. Марья Ивановна принесла из аптечки, находившейся на первом этаже, все необходимые медикаменты. Кто-то предложил обратиться за квалифицированной медицинской помощью в турфирму, но Алексей отказался наотрез. Не стоит, поморщился он, не надо. Пройдет и так.

После ужина все перешли в каминную, нужно было обсудить завтрашний день: во сколько выходить, что с собой брать и другие технические детали предстоящего лыжного похода.

К общему удивлению Иннокентий перенес сюда Алексея. Тот извинился и сказал, что таким способом хотел бы быть поближе к остальным участникам похода. Ему уступили место на диване, он лег, подложив под голову гобеленовую подушку.