Милосердие - Рада Джонс

у меня бы не получилось его убить.

Иду на ланч и вижу пациента в третьей палате. На лице кислородная маска. Пока он спит, ему помогает дышать аппарат НИВЛ[6]. Это пациент Карлоса. Снимаю с больного маску.

Нет, стоп, я ведь могу придумать кое-что и получше. Возвращаю маску на место и отключаю ее от аппарата.

Смотрю, как стремительно падает сатурация. Девяносто. Восемьдесят пять. Семьдесят девять.

Лицо у мужчины приобретает очаровательный лиловый оттенок.

Семьдесят четыре.

Так, пожалуй, пора сваливать, пока меня тут не застукали.

Уже шестьдесят восемь.

Глава 32

Когда Эмма вернулась в отделение, чтобы заступить на вечернее дежурство, то обнаружила в четвертой палате Фейт, играющую с ребенком. При виде заведующей медсестра улыбнулась. В зеленой отутюженной униформе Фейт показалась Эмме особенно красивой. Сейчас девушка будто бы вся лучилась изнутри. Ни печали, ни слез, ни страдания на лице. Перед Эммой была прежняя счастливая Фейт.

— Привет, как у тебя дела?

— Отлично, доктор Стил! А у вас?

— Тоже неплохо. Еще раз хотела тебя поблагодарить. Если бы не ты, меня сейчас тут не было бы.

— Да о чем вы говорите? Это ведь я затащила вас на ту гору. Я просто была обязана вернуть вас живой и невредимой.

Эмма рассмеялась:

— Ладно тебе, скромница.

— Может, еще куда-нибудь сходим? — предложила Фейт.

— Я только за. Главное, не спускай с меня глаз.

— Само собой, доктор Стил! Вы… Я… я хочу стать такой же, как вы!

Эмма покраснела.

— Только не забудь заранее назначить место и время для вылазки.

Подобные прогулки полезны для здоровья. Да и дружба с Фейт мне не повредит.

«Доктор Стил, зайдите в первую палату!» — раздалось по громкой связи.

Пациентке в первой палате приходилось несладко. Равно как и Джуди со Сьюзи, которые пытались пересадить ее с инвалидного кресла на койку. Ступня женщины имела насыщенный лиловый оттенок и была неестественно вывернута. Стоило медсестрам приподнять пациентку, как она тут же взвыла. Эмма поспешила на помощь. Она наклонилась, подхватила бедняжку под колено, а Джуди со Сьюзи — под руки. На счет «три» ее удалось пересадить на койку. Но стоило больной ступне коснуться матраса, как женщина издала еще один вопль.

— Наложить шину. Капельницу. Морфин. Ортопеда, — отрывисто произнесла Эмма.

Джуди бросилась выполнять распоряжения.

— Стул для сопровождающего.

Мужчина, державшийся обеими руками за раковину, был бледен как полотно. Сьюзи пододвинула ему стул, и он тут же на него осел. Эмма, взяв ступню больной за пятку, как можно осторожнее придала ей положенное природой положение. Постепенно стенания и всхлипы женщины стихли. Ступня тоже поменяла цвет, сперва побелев, а потом порозовев. Значит, восстановился нормальный кровоток.

— Я очень вам сочувствую. У вас перелом лодыжки. Нужно было ее вправить, чтобы обеспечить нормальное кровоснабжение тканей. Мы дадим вам болеутоляющее.

— Мне уже лучше.

— Что с вами случилось?

— Упала с коня. Он у меня занервничал, встал на дыбы. Вот я и свалилась. А он наступил мне на ногу.

Эмма поежилась.

— У вас еще что-нибудь болит?

— Нет, больше ничего.

Перелом голеностопного сустава. Ортопед явно не будет в восторге.

Так, собственно, и случилось. С Эммой он разговаривал как с идиоткой, но пациентку в ортопедическое отделение все же забрал. Вернувшись на свое рабочее место, Эмма обнаружила, что ее ждет Алекс.

— У тебя есть свободная минутка?

— Разумеется, — соврала она, вспомнив свое расписание.

Алекс многозначительно огляделся по сторонам. Повсюду сновали люди. Пятая палата была свободной. Они отправились туда и затворили за собой дверь.

— Эмма, у нас в отделении творится что-то неладное. Ты слышала, что вчера случилось с моим пациентом?

— Пока нет.

— Пациент поступил из дома престарелых. Деменция. Курильщик с огромным стажем, задыхается, без кислорода жить не может. Я сделал все, что мог. Буквально все. И стероиды, и антибиотики, и магний. Подключил его к аппарату НИВЛ. Состояние стабилизировал. Ладно. Пошел проведать другого пациента. Возвращаюсь, а этот уже синий. Пришлось его интубировать.

— При деменции такое бывает. Человек не соображает, но на уровне подсознания маска ему не нравится. Он ее инстинктивно пытается снять. Бац! Кислород падает, диоксид углерода взлетает, и делу конец.

— Да, он был плох, но не до такой степени. Когда его привезли, он даже не был синим. Более того, ему полегчало. Впрочем, самое паскудное не это. Маска была на месте. Ее кто-то отключил от аппарата.

— Очень странно.

— Мягко сказано. Ты заметила, что у нас пациенты мрут как мухи? Причем сплошь старики с деменцией.

— За исключением моего, с болями в спине.

— Да, этот не вписывается в общую картину. Зато остальные…

— Алекс, они все были тяжело больны и в солидном возрасте. У них изначально был не самый благоприятный прогноз. Да, такие пациенты порой умирают. Это естественно.

— Эмма, ну ты же сама прекрасно понимаешь… — Алекс закатил глаза.

— Да. Понимаю. И я согласна, что в отделении в последнее время творится неладное. У тебя тоже возникли подозрения?

— Их кто-то убивает. Из милосердия, — кивнул Алекс.

— А как насчет пациента с болями в спине? Какой был смысл его убивать?

— Согласен, этот случай не похож на остальные. Может, он и не имеет отношения к другим смертям.

— А может, как раз его гибель и есть ключ к разгадке. Зачем его понадобилось убивать?

Алекс пожал плечами и задумался. Наконец он произнес:

— Знаешь, я смотрел один детектив. Убийца отправил на тот свет кучу народа только для того, чтобы скрыть одно-единственное преступление. Вдруг у нас все наоборот? Что, если пациент с болями в спине был единственным, кого убийца изначально не желал трогать?

— Ну и почему же он умер? — нахмурилась Эмма.

— Очень правильный вопрос. Не исключено, что ответ на него нам и нужен.

Глава 33

Смена у Эммы закончилась в полночь. Когда она шла на выход по коридорам, больница казалась вымершей. Ее машина на парковке стояла в гордом одиночестве. Эмма вспомнила кровавую баню, случившуюся в феврале, и почувствовала, как по спине пробежал озноб. Всё уже позади. Всё в прошлом.

А может, позвонить Загаряну?

Они не общались уже несколько недель. С тех пор, как она занесла его номер в черный список.

Сейчас ей требовалась помощь настоящего профессионала, а к кому обратиться, как не к Загаряну? Он толковый, остроумный, хорош собой. Вдобавок Загарян — детектив и умеет держать язык за зубами.

Одна беда: Эмме крайне не хотелось с ним разговаривать и уж тем более видеть его.

Несколько недель они ходили на свидания.