Сара Шепард - Невероятные

— Доктор сказал, что такое давление совсем не способствует моему восстановлению.

После паузы она провела руками по кашемировому одеялу и глубоко вздохнула.

— Если бы вы могли вернуться во времени до того, как произошло убийство Эли, вы бы могли это предотвратить?

Эмили огляделась.

Ее подруги казались сбитыми с толку этим вопросом.

— Да, конечно, — тихо пробормотала Ария.

— Конечно, — сказала Эмили.

— И вы бы до сих пор хотели этого? — спросила Ханна.

— Хотели бы мы сейчас видеть Эли? Сейчас, когда мы знаем, что Эли скрывала от нас секрет Тоби и встречалась с Йеном за нашими спинами? Сейчас, когда мы выросли и поняли, что Эли была натуральной стервой?

— Конечно, я бы хотела этого, — резко ответила Эмили.

Но когда она посмотрела на остальных, они просто стояли, ничего не говоря.

— Ну, в любом случае, мы не хотели ее смерти, — наконец пробормотала Спенсер.

Ария кивнула и начала сдирать фиолетовый лак с ногтей.

Ханна обернула шарфом от Hermеs свой гипс, что, как подумала Эмили, было попыткой сделать его более привлекательным.

Часть гипса была разрисована.

Каждый в Розвуде уже расписался на нем, — здесь была размашистая подпись от Ноэля Канна, опрятная от сестры Спенсер Мелиссы, острая надпись от мистера Дженнингса, учителя математики Ханны.

Кто-то написал только одно слово "Чмок!" со смайликом вместо точки у восклицательного знака.

Эмили пробежала пальцами по слову, будто оно было написано шрифтом Брайля.

После нескольких минут молчания Ария, Эмили и Спенсер, понурив головы, вышли из палаты.

Они молчали до лифта.

— Откуда взялась вся эта чушь, которую она говорила об Эли? — прошептала Эмили.

— У Ханны был сон об Эли, пока она была в коме.

Спенсер пожала плечами и нажала на кнопку лифта.

— Мы должны помочь ей вспомнить, — прошептала Ария.

— Она знает кто такой Э.

Было почти восемь утра, когда вышли на парковку.

Машина скорой помощи пронеслась мимо них, телефон Спенсер заиграл "Четыре сезона" Вивальди.

Она раздраженно полезла в карман.

— Кто может звонить мне так рано?

Тут телефон Арии тоже завибрировал.

Как и телефон Эмили.

Девушек овеял холодный ветер.

Флаги на крыше больницы вздымались от ветра.

— Нет, — задохнулась Спенсер.

Эмили быстро посмотрела на сообщение.

В нем было написано: "Чмок!", как на гипсе Ханны.

"Скучали по мне, сучки? Хватит искать ответы, или я сотру и вашу память.

— Э".

Новая жертва

В среду утром Спенсер стояла на патио кантри-клуба Розвуда в ожидании, чтобы начать планировать вместе с Моной Вандерваал вечеринку-маскарад по случаю возвращения Ханны.

Она рассеяно просматривала эссе по экономике, которое было номинировано на Золотую Орхидею.

Когда она украла эссе у Мелиссы из ее школьных бумаг, Спенсер не поняла и половины слов… да и сейчас не понимала.

Но поскольку судьи Золотой Орхидеи должны были прийти к ней в пятницу на завтрак, она решила выучить его слово в слово.

Насколько трудно это может быть? Она постоянно запоминала целые монологи для драмкружка.

К тому же она надеялась, что это отвлечет ее от Э.

Она закрыла глаза и идеально пересказала по себя первый абзац.

Затем она представила, что оденет на интервью для Золотой Орхидеи, — точно что-нибудь от Calvin или Chanel, может с какими-нибудь нетонированными заучманскими очками.

Может, она даже принесет статью из Philadelphia Sentinel, которую они про нее написали, и оставит ее совсем немного выглядывающей из ее сумочки.

Интервьюеры увидят это и подумают "Оу, она уже была на обложке крупной газеты!"

— Привет.

Мона стояла напротив нее в милом оливковом платье и высоких черных ботинках.

У нее на плече висела большая темно-фиолетовая сумка, а в руке она держала коктейль из Jamba Juice.

— Я слишком рано?

— Нет, как раз вовремя.

Спенсер убрала книги с сиденья напротив себя и сунула эссе Мелиссы в сумочку.

Ее рука снова задела телефон.

Она боролась с мазохистским намерением вытащить его и снова посмотреть сообщение от Э.

"Хватит искать ответы".

После всего, что случилось, после трех дней радиомолчания, Э все еще следила за ними.

Спенсер хотела поговорить об этом с Уилденом, но она была очень напугана тем, что может сделать с ней Э.

— Ты в порядке? — Мона села и обеспокоенно посмотрела на Спенсер.

— Да.

Спенсер погремела соломинкой в пустой банке из-под диетической кока-колы и попыталась выбросить Э из головы.

Она указала на свои книги.

— У меня просто будет интервью в пятницу.

В Нью-Йорке.

Так что я немного паникую.

Мона улыбнулась.

— Точно, эта Золотая Орхидея? Про тебя говорят во всех объявлениях.

Спенсер притворно-стыдливо опустила голову.

Она любила слышать свое имя в утренних новостях, кроме тех случаев, когда она сама читала о себе, — это выглядело как хвастовство.

Она осторожно посмотрела на Мону.

Мона действительно проделала большую работу, превратившись из ботанки со скутером Razor в шикарную диву, но Спенсер никогда на самом деле не забывала, что Мона была одной из многих, кого Эли нравилось дразнить.

Это, наверное, был первый раз, когда Спенсер вообще разговаривала с Моной один на один.

Мона поправила волосы.

— Я видела твою сестру возле вашего дома, когда сегодня утром шла в школу.

Она сказала, что твоя фотка была в субботней газете.

— Мелисса сказала тебе это? — глаза Спенсер расширились, и она почувствовала волнение.

Она вспомнила испуганный взгляд Мелиссы, когда Уилден вчера спросил ее, где она была в ночь исчезновения Эли.

Чего так боялась Мелисса? Что она скрывает?

Мона растерянно моргнула.

— Да. А что? Это неправда?

Спенсер медленно потрясла головой.

— Нет, правда.

Я просто удивлена, что Мелисса сказала что-то приятное обо мне, вот и все.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила Мона.

— Мы не лучшие подруги.

Спенсер украдкой оглядела внутренний дворик, наполненная жутким чувством, что Мелисса была здесь и подслушивала.

— В любом случае, — сказала она, — что касается вечеринки.

— Я только что говорила с менеджером клуба, и они готовы к пятнице.

— Отлично.

" Мона достала стопку карточек и передала ее через стол.

— Это приглашения, которые я предлагаю.

Они в форме масок, видишь? Но сверху еще есть фольга, так что, когда ты смотришь на них, видишь себя.

Спенсер посмотрела на свое немного туманное отражение в приглашении.

Ее кожа была чистой и светящейся, а недавно поправленный блеск оживлял ее лицо.

Мона просмотрела свою записную книжку от Gucci, сверяясь со своими заметками.

— Мне также кажется, чтобы заставить Ханну чувствовать себя действительно особенной, мы должны ввести ее в комнату в королевском стиле.

Думаю, четверо горячих парней без рубашек могли бы внести ее на накрытом пьедестале.

Или что-то вроде того.

Я позаботилась о том, чтобы несколько моделей приехали завтра к Ханне, чтобы она могла выбрать их сама.

— Потрясающе.

Спенсер обняла свой дневник от Kate Spade.

— Ханне повезло, что у нее есть такая подруга, как ты.

Мона с сожалением посмотрела на поле для гольфа и глубоко вздохнула.

— Учитывая то, что между нами происходило в последнее время, это чудо, что Ханна не ненавидит меня.

— О чем ты говоришь?

Спенсер что-то слышала о том, как Мона и Ханна поссорились на вечеринке по случаю дня рождения Моны, но она была настолько занята и отвлеченна, что не обратила внимание на слухи.

Мона вздохнула и убрала прядь светлых волос за ухо.

— Мы с Ханной не были в лучших отношениях, — призналась она.

— Это только потому, что она вела себя странно.

Раньше мы делали все вместе, но внезапно у нее появились секреты, она начала ломать наши планы и вести себя так, будто ненавидела меня, -

— ее глаза наполнились слезами.

У Спенсер ком встал в горле.

Она понимала эти чувства.

Перед исчезновением Эли сделала то же самое с ней.

— Она проводила много времени с вами, и из-а этого я немного ревновала.

Мона поводила указательным пальцем по краю пустого хлебного блюдца.

— Если честно, я была ошеломлена, когда Ханна захотела дружить со мной в восьмом классе.

Она была частью компании Эли, и Вы все были легендой.

Я всегда думала, что наша дружба слишком хороша, чтобы быть правдой.

Возможно, я все еще чувствую это время от времени.

Спенсер уставилась на нее.

Было невероятно, как дружба Ханны и Моны была похожа на дружбу Спенсер и Эли, — Спенсер была удивлена, когда Эли выбрала ее, как часть ее внутреннего круга.