Лицемеры - Андрей Но

с затейницей и в одиночестве двинула к выходу из парка. Пожалуй, не стоило ее так откровенно преследовать. Но зато у него на руках зацепки — фотографии с ее лицом. Чипу должно хватить.* * *

Толстяк спал в кресле, запрокинув голову и ужасно храпя. По полу вокруг него валялось с дюжину пустых банок Элдер-Дива, а на коленях опасно накренился ноутбук. На экране Дик увидел застывший взрыв какой-то бронетехники и большую надпись — ВЫ ПРОИГРАЛИ.

Дик громко зааплодировал. Чип подавился слюной и закашлялся.

— Так это и было то самое дело, что могло стоить жизни?

— Боже, как мне плохо, — прохрипел толстяк, продирая заплывшие глаза. — Пожалуйста, дай мне поспать…

— Мне нужна твоя помощь прямо сейчас.

— Я никакой, — Чип снова запрокинул голову.

— Жаклин не так проста… Как же я был прав, когда говорил, что она лишь притворяется стервой. И все ради того, чтобы проверить серьезность моих намерений…

— Давай после того как немного посплю…

— Она подослала ко мне незнакомку в парке, — нетерпеливо продолжал Дик. — Наверное, решила, что я заглядываю под каждую юбку. Я должен точно убедиться, что они с этой девушкой заодно…

Синие глаза широко расхлопнулись, зрачки сузились. Титаническим усилием вернув голову в вертикальное положение, Чип потряс ей, пару раз грузно выдохнул, будто перед прыжком в воду, и, героически взревев, встал с кресла.

— Тебе хватило ума ее сфотографировать?

— Да! — Дик открыл галерею на своем телефоне и протянул толстяку. Тот перенес фотографии на ноутбук и полез в закрытую базу данных ЦРУ.

— Лицо состоит из восьмидесяти узловых точек с уникальной конфигурацией, и все их координаты конверсированы в числовой код, что пылится в огромной библиотеке разведывательного управления. Так что узнаваемыми в наше время могут быть не только звезды блокбастеров, — хохотнул Чип, бесстрастно наблюдая, как OpenCV обрабатывает и анализирует фотографию девушки.

— Это что ж выходит? — опешил Дик. — По твоим словам, камеры сейчас повсюду, прослушка тоже… То есть, сейчас нет ни одного преступления, которое прошло бы для них незамеченным?

— Да.

— Тогда почему все преступники до сих пор не пересажены?

— Экономически невыгодно каждого сажать. Да и вообще, под каким тогда еще предлогом будут выделяться деньги из бюджета, если не на бесконечные поиски преступников и предотвращения их деятельности? Всех пересажать, это ж всю отлаженную экосистему разрушить, — широко зевнул толстяк. — Но если уж кому приглянешься из силовых структур или встанешь там, где не надо, тебе припомнят вообще всё, даже те случаи, где бросал туалетную бумагу в унитаз, а не в урну, как того требовала табличка.

— Так значит, когда в телевизоре какая-нибудь толстая ряха из ЦРУ разводит ручками, мол, работаем сутками, но не знаем где искать очередного маньяка, все это гнусная ложь и притворство?

— Так точно. Вопреки людским стереотипам, деятельность ЦРУ направлена вовсе не на поиск и обезвреживание преступников, а скорее на подбор индивидуального рычага давления на каждого…

— Чертовы лицемеры, — вскипел Дик. — А ведь как заливают на телевидении о своем долге перед страной. Отец за столом любил их покритиковать, но это больше походило на бредни…

— Так они и выполняют свой долг. Регулировать всю нашу капиталистическую систему необходимо не только благими делами. Там вообще нет никакой морали… Только сплошная алгебра и подсчеты убытков, где люди и их проблемы — это просто числа и переменные в многоэтажных уравнениях экономики. Все очень сложно. Но не буду отрицать, лицемерия там столько, что даже мне не проглотить…

Анализ фотографии испуганной незнакомки завершился. Чип внес цифровой отпечаток ее лица в реестр закрытых данных для поиска соответствий. Почти сразу нашлось нечто похожее.

— Лили Шаес, двадцать один год. Вот список всех ее аккаунтов в социальных сетях.

— Да, это точно она, — пролепетал Дик. Лили смотрела на него заигрывающим взглядом с фотографии, но больше этому взгляду Дик не доверял. — Глянь, связана ли она как-нибудь с Жаклин.

Чип развернул список ее друзей. Девушка с таким именем там была всего одна. Та самая, что уже несколько дней не шла из мыслей Дика.

— Ну всё, попалась.

Дик выхватил телефон и импульсивно набрал номер Жаклин. Та сбросила.

— Переживает, — фыркнул толстяк.

Дик продолжал звонить, пока она, наконец, не взяла.

— Что?! Что тебе, Дик?!

— Тише, Жаклин, — плавно произнес Дик. — Тише. Не торопись так с выводами. Лили неправильно все поняла и рассказала тебе глупости…

— Чтоты несешь?! Какая еще Лили?!

— Жаклин, пожалуйста, давай обойдемся без резких движений, — голосом психолога попросил он. — Я в курсе всего. Меня не стоит проверять, и все мои мысли только о тебе…

Произнося последние слова, Дик ощутил жар и понял, что краснеет. Жаклин помолчала.

— Дик… — твердо сказала она. — Тебе больше не стоит мне звонить.

— Ты все неправильно поняла! Она исказила тебе всю ситуацию! Что я должен был, отказать ей в фотографии? Я задал то ей всего пару безобидных вопросов!

— Ты чертов больной на голову псих!..

— Она пыталась спровоцировать меня, но у нее не вышло! Если я с ней заговорил, это еще не значит, что хотел залезть к ней в трусы!

Жаклин истерически расхохоталась.

— Оставь меня в покое и больше никогда сюда не звони.

— Почему ты не можешь хотя бы признаться в вашем глупом сговоре? — вскричал Дик. Жаклин бросила трубку.

Дик снова ей попытался набрать, но понял, что его заблокировали.

— Если признается, то выставит себя в глупом свете, — назидательно сказал Чип. — Когда ты уже наконец поймешь, что нет смысла клянчить у человека правду прямо тебе в лицо…

— И как тогда быть?!

— Подслушать.

Толстяк вбил команду на ноутбуке.

— Пока вы разговаривали, я настроил удаленное управление абонентом, как тогда с твоим начальником. В свою очередь, настройку на твоем телефоне я производил так же удаленно, в этот раз через ноутбук, — щеки Чипа разъехались в самодовольной улыбке.

— Почему мы ее тогда не слышим?

— Услышим, как только она кому-нибудь позвонит, — заверил толстяк.

Через несколько