Сидни Шелдон - Звезды сияют с небес

– Верно, – кивнула Лара. – Строительство «Камерон-тауэр» будет завершено в следующем году.

– Что должна чувствовать женщина, окажись она на вашем месте? Ведь у вас позади осуществление таких невероятных проектов, а вы все еще молоды и прекрасно выглядите. По сути, вы являетесь тем идеалом, к которому так стремятся многие женщины.

– О, вы преувеличиваете, – рассмеялась Лара. – У меня просто нет времени думать о себе как об идеале. Уж слишком много дел.

– Вы считаетесь одним из самых удачливых предпринимателей в сфере операций с недвижимостью, а такого рода бизнес обычно считается прерогативой мужчин. Как вам все это удается? Как, например, вы принимаете решение, где построить свое новое здание?

– Я не выбираю место, – заявила Лара, – место выбирает меня. Вот, скажем, еду я в автомобиле мимо пустыря, но я его как будто бы и не вижу. То, что встает перед моими глазами, – это великолепный административный корпус или уютный жилой дом со всеми удобствами, в котором счастливо живут люди. Я мечтаю…

– И свои мечты вы делаете явью. Чудесно. А мы продолжим передачу после рекламной паузы.

Японские банкиры должны были приехать в 7.45. Они прилетели из Токио вечером предыдущего дня, и Лара назначила встречу с ними на столь ранний час, чтобы не дать им прийти в себя после более чем двенадцатичасового перелета. Когда же они стали протестовать, Лара спокойно сказала:

– Извините, джентльмены, но боюсь, что другого времени у меня не будет. Сразу после наших переговоров я улетаю в Южную Америку.

И японцы неохотно согласились. Их было четверо, маленьких и вежливых, и у каждого ум острый, как самурайский меч. Лет десять назад финансисты имели глупость недооценивать японцев. Теперь такую ошибку они уже не совершали.

Встреча состоялась в «Камерон-центре» на Америк-авеню. Гости намеревались вложить сто миллионов долларов в строительство осуществляемого Ларой нового комплекса отелей. Японцев проводили в просторный конференц-зал, в руках у каждого из них был сувенир. Лара поблагодарила банкиров и, в свою очередь, преподнесла им подарки, которые она заранее велела своей секретарше завернуть в простую коричневую или серую бумагу, ибо для японцев белый цвет – это цвет траура, а яркая пестрая обертка была в данном случае неприемлема.

Трисия, помощница Лары, подала гостям чай. Ларе же – чашечку кофе. Вообще-то японцы предпочли бы тоже кофе, но они были слишком вежливыми, чтобы сказать об этом. Когда чай был выпит, Лара распорядилась вновь наполнить их чашки.

В конференц-зал пришел Говард Келлер, компаньон Лары. Это был человек лет пятидесяти, бледный и худой, с рыжеватыми волосами, в слегка помятом костюме и выглядевший так, будто он только что встал с постели. Лара представила его гостям, и Келлер раздал гостям копии предлагаемого проекта инвестирования.

– Как видите, джентльмены, – заговорила Лара, – мы уже получили первую ссуду под закладную. Весь комплекс будет иметь семьсот двадцать гостиничных номеров, около тридцати тысяч квадратных футов жилых помещений для деловых встреч и гараж на тысячу автомобилей.

В голосе Лары слышалась прямо-таки неуемная энергия, в то время как изучавшие проект инвестирования японцы из последних сил боролись со сном.

Через два неполных часа переговоры закончились, они прошли чрезвычайно успешно. Давным-давно Лара усвоила одну истину: гораздо легче заключить сделку на сто миллионов долларов, чем получить взаймы пятьдесят тысяч.

Как только отбыла японская делегация, Лара встретилась с Джерри Таунсендом. Этот высокий человек, бывший голливудский рекламный агент, отвечал в «Камерон энтерпрайзиз» за связи с общественностью.

– Ваше сегодняшнее утреннее интервью по телевидению прошло просто великолепно. Уже была масса звонков.

– Как насчет «Форбз»?

– Все улажено. На следующей неделе ваш портрет будет на обложке журнала «Пипл». Видели посвященную вам статью в «Нью-йоркере»? Здорово, правда?

– Неплохо, – подойдя к своему столу, кивнула Лара.

– Сегодня на час назначено интервью журналу «Форчун».

– Я внесла некоторые изменения.

– Почему? – удивленно спросил Джерри.

– Встречусь с их репортером за ленчем.

– Хотите его немножко «подмазать»? Лара нажала кнопку интеркома.

– Зайди, Кэти.

– Хорошо, мисс Камерон, – раздалось в ответ. Лара снова повернулась к Таунсенду:

– Все, Джерри. Я хочу, чтобы вы и ваши люди сосредоточились на «Камерон-тауэре».

– Мы уже это делаем…

– Значит, надо делать больше. Мне надо, чтобы об этом писали в каждой газете и в каждом журнале. Поймите, ради Бога, это же будет самый высокий небоскреб в мире. В мире! Я хочу, чтобы все говорили о нем. К тому времени, когда мы его откроем, я хочу, чтобы люди умоляли меня предоставить им там апартаменты и магазины.

– Ясно, – вставая, произнес Джерри. В офис вошла Кэти, ответственный секретарь Лары, – привлекательная, со вкусом одетая негритянка лет тридцати.

– Ты узнала, что он любит?

– Этот человек – настоящий гурман. Предпочитает французскую кухню. Я позвонила в «Ле сирк» и попросила Сирьо доставить ленч сюда к двум часам.

– Хорошо. Пусть накроют в моей личной столовой.

– А сколько продлится ваше интервью? Дело в том, что в два тридцать у вас встреча с банкирами в «Метрополитэн».

– Передвинь на три и скажи, чтобы они приехали сюда. Кэти сделала пометку в блокноте.

– Желаете, чтобы я прочитала вам полученные на ваше имя сообщения?

– Давай.

– Двадцать восьмого числа Детский фонд хотел бы видеть вас своим почетным гостем.

– Нет. Передай им, что я польщена, и пошли чек.

– Ваша встреча в Тульсе назначена на вторник в…

– Отменить.

– В следующую пятницу вас приглашает на официальный завтрак Женский комитет Манхэттена.

– Нет. Если просят денег, пошли им чек.

– Коалиция за всеобщую грамотность хотела бы, чтобы вы выступили с речью на торжественном завтраке четвертого числа.

– Я подумаю.

– Есть еще приглашение быть почетным гостем на учреждении Фонда борьбы против мышечной дистрофии, но здесь не получается с датами. В это время вы будете в Сан-Франциско.

– Пошли им чек.

– В следующую субботу С, устраивают ужин.

– Постараюсь быть. – Кристиан и Дебора С, были забавными людьми и добрыми друзьями. Лара любила бывать у них. – А теперь скажи, Кэти, скольких ты видишь?

– Что, простите?

– Ну, посмотри хорошенько. Сколько человек перед тобой?

Кэти уставилась на Лару.

– Вы одна, мисс Камерон.

– Правильно. Только я одна. Так как же ты хочешь, чтобы в два тридцать я встретилась с банкирами из Метрополитэн, в четыре побывала в городском Комитете по планированию, затем в пять встретилась с мэром, в шесть пятнадцать с архитекторами, в шесть тридцать явилась в Департамент жилищного строительства, в семь тридцать присутствовала на коктейле, а в восемь – на собственном дне рождения? В следующий раз, когда будешь составлять для меня расписание, постарайся шевелить мозгами.

– Простите, мисс Камерон. Вы хотели, чтобы я…

– Я хотела, чтобы ты думала. Бестолковые сотрудники мне не нужны. Перенеси встречи с архитекторами и в Департаменте жилищного строительства.

– Слушаюсь, – подавленным голосом проговорила Кэти.

– Как малыш?

Вопрос застал секретаршу врасплох.

– Дэвид? Он… С ним все хорошо.

– Наверное, большой уже.

– Почти два годика.

– Ты уже решила, в какую школу его отдать?

– Пока нет. Ведь еще слишком рано…

– Ошибаешься. Если хочешь, чтобы он ходил в приличную школу, надо позаботиться об этом еще до его рождения. – Лара что-то написала на листке. – Я знаю директора школы в Дальтоне. Скажи ему, чтобы записал Дэвида к себе.

– Я…, я вам очень благодарна. Лара не потрудилась даже взглянуть на свою секретаршу.

– На этом все.

– Да, мэм. – Кэти вышла из офиса, не зная, любить ей своего босса или ненавидеть. Когда она впервые пришла в «Камерон энтерпрайзиз», ее предупреждали по поводу Лары Камерон. «Железная Бабочка – это настоящая сука, – говорили Кэти. – Ее секретари носятся так, что теряют счет времени. Да она же тебя живьем сожрет».

Кэти помнила свою первую встречу с ней. Портреты Лары Камерон она видела в десятках журналов, но ни один из них не отображал ее облик в полной мере. В жизни эта женщина была так красива, что дух захватывало.

Лара Камерон как раз читала анкету Кэти. Она поднялась и слегка хрипловатым голосом сказала:

– Садитесь, Кэти.

Казалось, от нее исходит какая-то всепоглощающая энергия.

– Анкета что надо.

– Спасибо.

– А многое ли из этого правда?

– Простите?

– Большинство подобного рода документов, проходящих через мои руки, – просто липа. Вы хорошо знаете свое дело?

– Я очень хорошо знаю свое дело, мисс Камерон.

– Только что уволились двое моих секретарей, так что дела наворачиваются как снежный ком. Справитесь?