Убитые девушки - Хизер Критчлоу

не было. Родители Кэла полностью замкнулись, ушли в себя через год после пропажи Марго, а потом так и не нашли в себе душевных сил вернуться к общению. Родня по его линии – сплошное разочарование: сломленные люди, призраки и отсутствующие кузины. Кэлу нравится, когда дочь упоминает о его сестре и ведет себя так, словно знала Марго, словно для нее это важно. Но ему неприятно, что гнев жены в его отсутствие выплеснулся наружу подобным образом.

– Маме не следовало говорить тебе такое. Это неправда.

– Разве?

– Да. Марго давно нет.

– Но и ответов у тебя нет.

Несколько секунд Кэл молчит, вслушиваясь в дыхание дочери. За окном полная равнодушная луна заливает сельскую глубинку холодным серебром.

– Иногда ответов не находится, – выдавливает из себя Кэл.

Это неправда. Понимает ли дочь, что он лжет? Ответы есть всегда. Найти их – вот проблема. И Кэлу невыносимо думать, что он упустил свой единственный шанс. Что его ответы повисли на дверной ручке больничной палаты.

– Мама дома? – спрашивает он.

Пауза. А затем голос дочери снова становится напряженным, в нем сквозит сожаление:

– Она не может подойти к телефону.

– Но она дома?

– А где ей еще быть?

– Нигде, золотце. – Кэл проклинает себя за то, что впутывает дочь. – Мне пора. Можно позвонить тебе завтра?

Кэл боится, что дочь откажет, сошлется на занятость – например, встречу с друзьями. Но в ответ слышит:

– Я буду дома.

Не в состоянии заснуть, Кэл выходит к машине за сумкой с бумагами. На улице ужасно холодно; ходьба в кромешной темноте – как погружение в бассейн с ледяной водой. Дом обволакивает дымка разреженного тумана. Кэл открывает машину, и включившиеся фары освещают две дорожки.

Кэл наклоняется, чтобы достать с заднего сиденья рюкзак, и замечает лежащие там письма. Неужели он только вчера стоял в конце подъездной аллеи перед почтовым ящиком? Схватив письма, Кэл стремглав бросается обратно – в теплую комнату. Если он не выбросит их здесь, ему все равно придется это сделать, только позже.

В комнате Кэл ставит кипятиться маленький пластмассовый чайник и вываливает бумаги на стол у окна. Пока вода закипает, заставляя крошечный чайник вибрировать и подпрыгивать, Кэл вскрывает конверты, знакомится с их содержимым – навязчивыми предложениями Wi-Fi и страховок – и тут же выбрасывает в мусорную корзину. А вот последнее письмо иного рода: адрес на конверте не напечатан, а выведен аккуратным почерком. Он кажется Кэлу знакомым, но пока указательный палец скользит под клапан, его мысли заняты другим.

А когда Кэл понимает, от кого письмо, он в шоке бросает его на постель, как будто бумага обожгла руку. При виде изящного почерка по коже пробегают мурашки. Это письмо с того света. Кэл, сам того не ведая, ехал с частицей Лесного Убийцы в машине.

Чайник отключается, Кэл вытирает лоб. Внезапно мирная темнота за окном оживает, норовя вторгнуться в комнату. Кэл задвигает шторы, преграждая ей путь. Наливает себе чашку чая. Но, делая все это, он ощущает каждой клеточкой тела письмо, отброшенное на постель. Кэл понимает: изящные строчки лишат его сна. Но как дотерпеть до утра? Сделав глубокий вдох, он садится на кровать и берет листок в руки.

Дорогой мистер Ловетт!

Кристофер!

Вы не против, если я буду вас так величать? Мне было приятно снова повидаться с вами сегодня. Признаюсь, мне нечасто выпадает возможность такой стимулирующей беседы, и я надеюсь пообщаться с вами вскоре вновь.

Я также надеюсь, что не взволновал вас чрезмерно. Тем маленьким сюрпризом. Простите мне потворство моим слабостям. Здесь становится скучновато, а выражение вашего лица – невероятно занятное зрелище. Полагаю, не многие помнят ее до сих пор, не так ли? Человека нет, и о нем забывают как о вещи, выброшенной на свалку. Пожалуй, мы еще поговорим о ней как-нибудь. Возможно, я смогу вам помочь. Мне хотелось бы вам помочь.

Должен, однако, признаться: я разочарован тем, что вам не удалось осознать всю правду о предательстве моей матерью моего отца – человека, который просто старался обеспечить свою семью и не заслужил того, чтобы с ним обошлись так коварно. Надеюсь, вы не собираетесь занудствовать, Кристофер. Уповаю на то, что вы человек с гибким интеллектом и открыты к восприятию нового.

Смело пишите мне, Кристофер. Я уверен, что, как только мы сгладим эту маленькую заминку в нашем взаимопонимании, мы сумеем продолжить наше общение и я смогу пролить свет на то, что от вашего разумения пока скрыто. Это пойдет нам обоим на пользу.

Ваш Марк Дюбуа

Кэл смотрит на письмо, перечитывает его снова и снова, пока буквы не расплываются, а глаза не начинают болеть. Вот опять. Свалка. Это за гранью его понимания. В раздражении Кэл ударяет кулаком о постель. Ему хочется закричать от разочарования, но крик застревает где-то внутри, не может вырваться наружу, грудь сдавливает страх. Постепенно слова в его голове проясняются. Кэл меряет шагами комнату, тщательно изучая послание, пытаясь найти между строчек конкретный намек, зацепку.

Это дразняще недосягаемо, и все же Кэл в глубине души допускает, что сидел за столом напротив убийцы своей сестры. Он купил ему шоколадные батончики, соглашался с его мнением, наблюдал за выражением его лица. Письмо лишь подкрепляет интуитивное предположение Кэла: не Дюбуа срежиссировал свою смерть. Ему было чем себя повеселить, он не спешил на тот свет.

Письмо не отпускает Кэла, дух убийцы витает в комнате. Почувствовав тошноту, он устремляется к окну, распахивает его настежь и делает несколько глубоких, жадных вдохов. От холода его бросает в дрожь, но Кэл еще долго стоит у окна, обуреваемый тоской и печалью. С листком, зажатым между пальцами.

Глава пятнадцатая

Кэл просыпается рано, его охватывает беспокойство. Он заставляет себя встать с постели, пытается унять нервное возбуждение глубокими вдохами-выдохами. Его ум тоже напряжен, мысли вертятся вокруг Дюбуа и утраченной тени Марго. На рассвете Кэл принимает решение: он свяжется с полицейскими и изложит им свою версию.

С еще затуманенными глазами Кэл раздвигает шторы. И от того, что он видит, у него перехватывает дыхание. Мгла покрывает землю толстым белым одеялом, из которого, как восставшие из могил призраки, торчат деревья. А над стелющимся туманом простирается чистое небо и светит яркое солнце, опаляя листья своими лучами. Сцена невероятно красивая! И воображение рисует Кэлу Лейлу, в тумане скачущую по холму, поросшему вереском.

Побрившись и одевшись, он садится в машину и едет к булочной-кондитерской. Заинтересовавшись местными маслеными пирожками, Кэл покупает целый кулек вдобавок к большому стакану кофе. И успевает даже съесть один пирожок, пока садится в машину и заходит в аккаунт своего подкаста. Самые преданные слушатели уже обсуждают темы следующих выпусков.

Первый комментарий. Оказывается, он теряет былую хватку. Над чем он вообще сейчас