Каролина Фарр - Тайна замка Грэнит-Фолли

От этого нового ужаса я вскрикнула и кинулась обратно. Но в двери что-то зашевелилось, и я увидела человека. Рядом с ним стояла собака. Доберман с красными сверкающими глазами.

Охваченная страхом, я инстинктивно бросилась к человеку, как к меньшему из зол, но тотчас же услышала резкую команду:

— Держать, Демон! Следовать по пятам! Пес прыгнул. Я закричала, он с яростью навалился на меня всей своей массой. Я подалась назад и упала. Красные глаза сверкнули, и, несмотря на мое неистовое сопротивление, у моего горла очень быстро оказались крепкие белые зубы. В этот момент я, к своему счастью, потеряла сознание…

Глава 7

Я медленно открыла глаза и огляделась. Я лежала на боку, на жестком каменном полу. От ударившего в нос мерзкого запаха плесени и разложения мне стало нехорошо. Где-то неподалеку я услышала какое-то рычание. Это был тихий, зловещий звук, и я крепко зажмурилась, страстно надеясь, что скоро проснусь и обнаружу, что это был всего лишь кошмарный сон. Но когда я действительно открыла глаза, ничего не изменилось. Рычащий пес, мерцающая лампа и оскалившийся череп были на своих местах, а я по-прежнему находилась в мавзолее капитана Грэнита! Более того, дверь была закрыта.

Я слегка пошевелилась, пытаясь лечь поудобнее, но ужасное животное рыкнуло и сделало шаг по направлению ко мне. Я тотчас же застыла, опасаясь даже дышать.

Не знаю, как долго я пролежала так, призывая на помощь все свое мужество и самообладание, но мне казалось, что прошли часы. Псу не могли приказать убить меня. В конце концов, это была собака Фелтона. Следовательно, если пес поймет, что я не пытаюсь бежать, он не нападет на меня, а будет лишь пугать своим рыком.

Я с любопытством начала экспериментировать. Что-то заподозрив и встревожившись, пес зарычал, но, видимо, я оказалась права, потому что он не кинулся на меня. Я медленно, поднимаясь дюйм за дюймом, села. Пес все время продолжал рычать, злобно скалить зубы, но держался на расстоянии. Это позволило мне постепенно отползти к стене. Прислонившись к ней, я почувствовала себя увереннее. Осмотревшись, я начала продумывать план побега, какой бы невероятной ни казалась эта возможность, Коробочка исчезла. Я посмотрела на дверь: цепь была закрыта изнутри новым маленьким висячим замком. Старый, ржавый замок, вероятно, висел снаружи, и для всех непосвященных мавзолей был заперт. Поразмыслив об этом, я решила, что это может означать только одно: тот, кто пользуется этим мавзолеем, проникает в него изнутри. Тогда в нем где-то должен быть второй выход!

Я осторожно огляделась, не забывая о присутствии пса. Противоположная стена состояла из сплошных каменных блоков, как и та, в которой была дверь в мавзолей. Я повернулась налево и рассмотрела стену, возле которой сидел пес.

Два ряда ниш в сплошной каменной стене. Там ничего. Значит, выход находится в стене за моей спиной. Я сидела, прислонившись к углу гробницы, в которой стоял гроб капитана Грэнита. Здесь в стене было две ниши: в одной из них стояли гроб и лампа и другая, совсем пустая. Но в ней не было никаких восьмиугольных украшений, на которые я так надеялась!

Оставалась только ниша с гробом капитана Грэнита. Меня охватила дрожь. Если я встану, пес может напасть, а я уже знаю, насколько это ужасно. Без оружия я с ним не справлюсь…

Когда я начала подниматься, он снова зарычал, но я была настойчива. Двигаясь почти незаметно, я встала на колени. Правой рукой оперлась на край гробницы капитана Грэнита, стараясь ни до чего не дотрагиваться. Постепенно, не спуская глаз с пса, мне удалось встать на ноги. Пес, злобно рыча, сделал шаг вперед. Я тотчас же замерла, и он успокоился, хотя продолжал порыкивать.

Если бы только у меня было оружие…

Теперь я стояла прямо и, не отводя глаз от пса, правой рукой ощупывала за спиной степу. Вдруг я наткнулась на какой-то восьмиугольный деревянный выступ, торчащий в камне. Я нашла ручку! Вспотев от возбуждения и страха, я потянула за нее.

Но ничего не произошло.

От разочарования я чуть не лишилась сил, но вовремя вспомнила, что на панелях в доме шла целая линия ручек. Протянув руку дальше, я нашла еще одну, затем еще одну. Пальцы коснулись чего-то мягкого и влажного, крошащегося и прилипшего к моим пальцам. Я вздохнула, а пес приготовился к прыжку. Их семь! Надо попробовать каждую! Если бы только у меня было оружие против собаки!

Вдруг я подумала о лампе, и тут же одна из резных ручек начала двигаться. Я потянула за нее и начала медленно поворачивать. Раздался скрежет, и пес навострил уши. Он протяжно завыл, неотрывно глядя красными глазами за нишу. Там был лаз! Вероятно, он подумал, что возвращается хозяин!

Мои руки схватили лампу.

«Вот! — подумала я. — Вот оно!»

— Я бы на вашем месте не делал этого, мисс Уолтон, — произнес мужской голос почти рядом со мной. — Лампа не остановит Демона. А теперь у него есть помощь. Поставьте лампу и посмотрите сюда!

Я машинально вскинула голову. Это был человек, который запер меня в мавзолее; я узнала его голос. Но тогда я не смогла рассмотреть его. У него были коротко остриженные, тронутые сединой каштановые волосы, удлиненное, невозмутимое лицо и холодные, немигающие, голубые глаза. Худой, крепкий человек в серо-зеленой спортивной куртке и серых широких брюках.

Он был не один. Рядом с ним стояли еще два добермана-пинчера.

— Поставьте лампу на место, мисс Уолтон, спокойно приказал он. — Демон нервничает. Собаки, знаете ли, инстинктивно реагируют на угрозу насилия.

— Я тоже, — мягко ответила я.

Я медленно поставила лампу и отдернула руку от полки. Чтобы у меня не дрожали колени, я прислонилась к стене и как можно спокойнее посмотрела на него.

— Что это значит, мистер Фелтон? Вы совершили большую ошибку, заперев меня в этом… ужасном месте! Полагаю, вы понимаете, что вам придется отвечать за это перед канадской полицией?

— Значит, вызнаете, кто я, — сказал он, растянув губы в улыбке. — Я знал, что кто-нибудь проболтается о доберманах. Но это вы совершили ошибку, и очень грубую. Можно сказать, почти роковую. Что же касается вашего второго замечания, то я не намерен что-либо объяснять полиции — как канадской, так и американской!

Я уставилась на него:

— Роковую?

Он медленно кивнул:

— К сожалению, да. Хотелось бы мне, чтобы был другой выход. Но я не могу придумать ни одного. Я приготовился купить у вас этот замок по благоприятной цене. Но вы сделали это невозможным. Вы и Хаммонд. Плохо, что Вы вообще приехали сюда, но когда вы позволили этому молодому человеку бродить по ходам — это уже было слишком! Он мог бы вчера вечером все разрушить, если бы его не схватили собаки, когда он хотел убежать!

— Собаки? — встревожилась я, сделав шаг к нему. — Они разорвали его?

— Не двигайтесь, маленькая дурочка! — крикнул Фелтон. — Если не хотите, чтобы вас разорвали на куски!

Я застыла, но неуемная, безотчетная ярость окончательно овладела мной.

— Если вы искалечили Адриана Хаммонда, вы за это заплатите! Это вы дурак! Он работает по заданию канадского правительства! Вы не думаете, что, если он вовремя не доложит о своей работе, его начнут искать? Впрочем, как и мои друзья, если они завтра не услышат обо мне!

Фелтон оставался неподвижным.

— Мне все известно об Адриане Хаммонде и ведомстве, на которое он работает, — пренебрежительно произнес он. — И мне также известны некоторые ваши странные привычки, мисс Уолтон. Вас обоих задержат на некоторое время. Вот это я и должен купить! Теперь, когда вы помешали мне более цивилизованно приобрести вашу собственность, я должен купить время! Если точнее, мне нужно около четырнадцати дней. Поскольку я был готов заплатить вам за Грэнит-Фолли около ста тысяч долларов, вы понимаете, что здесь замешаны большие деньги. Моя прибыль должна составить сумму по меньшей мере в шесть раз большую, а для меня это означает, что ваше с Хаммондом исчезновение довольно небольшая цена за это!

— У меня есть друзья, — быстро сказала я. — Очень много друзей! Одна из моих подруг рассчитывает увидеться со мной завтра. Мой адвокат ждет моих указаний относительно продажи Грэнит-Фолли. Он сразу же начнет наводить справки, если я исчезну!

Фелтон покачал головой:

— Это не очень убедительно. Поскольку вы девушка импульсивная, склонная срываться с места, повинуясь внезапным порывам, ваши друзья не удивятся, если вы не явитесь на встречу, если, конечно, такая встреча назначена, в чем я сомневаюсь. Что же касается Деверсона, то он настолько привык к вашим капризам, что ваше отсутствие примет за очередной вояж в Европу! Ваши друзья, мисс Уолтон, начнут беспокоиться о вас месяца через три, не раньше! У Хаммонда же вообще нет семьи. Его работодатель — государственное учреждение, контролируемое ведомством, которое собирается только раз в месяц и все решает с помощью рекомендаций, решений и резолюций. Ни ведомство Хаммонда, ни ваши заботливые друзья его не волнуют! К тому времени, когда они начнут о вас беспокоиться, я рассчитываю быть далеко отсюда, в стране, у которой нет с Канадой договора о выдаче преступников!