Дуглас Престон - Гора Дракона

Ознакомительный фрагмент

Карсон откинул голову и на мгновение закрыл глаза, вдыхая напоенный острыми ароматами воздух пустыни, охлажденный закатом: смесь креозота, пыли и соли. Перед тем как уехать на восток, он замечал этот запах только после дождя. Но сейчас он для него был как откровение. Он снова открыл глаза и стал смотреть в огромный купол ночного неба, уже усыпанного сверкающими звездами: Скорпион, яркий и четкий на юге, Лебедь прямо над ним, а над всем — Млечный Путь.

Колдовское благоухание ночной пустыни в сочетании с хорошо знакомыми созвездиями разбудило тысячи воспоминаний, и он задумчиво потягивал свой бурбон.

Услышав шаги со стороны одного из переходов за кафетерием, Карсон отбросил посторонние мысли. Он решил, что это Сингер, который идет к нему из жилого комплекса. Но из темноты безмолвно появился не директор — тот был невысокого роста, — а мужчина выше шести футов в безупречном костюме, сшитом на заказ. Охотничья шляпа совсем не подходила к волосам, отливавшим серым металлическим блеском в холодных лучах натриевых ламп, установленных вдоль дорожек. Длинные волосы незнакомца, собранные в хвост, струились между лопаток. Если он и заметил Карсона, то вида не подал и спокойно зашагал дальше мимо террасы в сторону центральной площади из известняка.

За спиной ученого послышался глухой стук, и он узнал голос Сингера.

— Красивый закат, — сказал директор. — Я ненавижу здешние дни, а вот ночи заставляют меня с ними мириться. Почти.

Он шагнул вперед, держа в руке чашку с дымящимся кофе.

— Кто это? — спросил Карсон, кивком показав на удаляющуюся фигуру.

Сингер несколько мгновений вглядывался в ночь, а потом нахмурился.

— Най, глава службы безопасности.

— Значит, это и есть Най, — проговорил Карсон. — А что он за птица? Он смотрится довольно странно в этом костюме и шляпе.

— Это еще мягко сказано. Я считаю, что он выглядит смешно. Но я не советую тебе с ним связываться. — Сингер подтащил стул и сел рядом с Карсоном. — Раньше он работал в атомном комплексе Уиндермира, в Англии. Помнишь несчастный случай, который там произошел? Ходили слухи о саботаже служащих, и так получилось, что Най, директор службы безопасности, стал козлом отпущения. Никто после этого не хотел иметь с ним дело, и ему пришлось искать работу где-то на Ближнем Востоке.

Но у Брента очень необычные представления о людях. Он посчитал, что Най, свято чтящий все правила, будет особенно осторожен после того, что с ним случилось, поэтому он нанял его в британское отделение «Джин-Дайн». Най оказался таким фанатиком мер безопасности, что Скоупс перевел его сюда, когда здешний комплекс только начал работать. С тех пор он тут. Никогда никуда не уезжает. Впрочем, это не совсем так. На выходных он часто отправляется в долгие прогулки верхом по пустыне. Иногда даже остается там на ночь, что у нас строго запрещено. Скоупс, естественно, об этом знает, но, похоже, он не против.

— Может, ему нравятся местные пейзажи, — предположил Карсон.

— Если честно, мне становится не по себе, когда я его вижу. На работе все охранники трепещут перед ним. Кроме Майка Марра, его заместителя. Похоже, они друзья. Но я думаю, такому комплексу, как наш, требуется собственный капитан Блай[21] в роли главы службы безопасности.

Мгновение он молча смотрел на Карсона.

— Похоже, ты сильно разозлил Розалинду Брендон-Смит.

Карсон взглянул на Сингера и увидел, что директор снова улыбается, а в глазах у него пляшут веселые искорки.

— Я нажал не на ту кнопку интеркома, — сказал ученый.

— Я так и понял. Она подала жалобу.

Карсон выпрямился на своем стуле.

— Жалобу?

— Не волнуйся, — заговорив тише, успокоил его Сингер, — ты вступил в клуб, членом которого я тоже являюсь, а также почти все, кто здесь находится. Но правила требуют, чтобы я провел с тобой беседу. Это моя версия вызова на ковер. Хочешь еще выпить? — Он подмигнул. — Дело в том, что Брент очень высоко ценит гармонию в команде. Возможно, тебе придется извиниться.

— Извиниться? — Карсон почувствовал, как его охватывает гнев. — Это я должен подать на нее жалобу!

Директор рассмеялся и поднял руку.

— Сначала докажи, что она тебя оскорбила, а потом жалуйся, сколько пожелаешь. — Он встал и подошел к перилам. — Думаю, ты уже просмотрел лабораторный журнал Барта.

— Вчера утром. Знаете, это еще то произведение, — ответил Карсон.

— Да уж, — проговорил Сингер. — Повесть с трагическим концом. Но надеюсь, ты сумел понять, какой он человек. Мы были близкими друзьями. После его ухода я прочитал эти записи. Хотел понять, что произошло.

Карсон услышал искреннюю грусть в его словах. Сингер пил кофе и смотрел на бескрайнюю пустыню.

— Это необычное место, мы необычные люди, и проект, над которым мы работаем, тоже необычный. Генетики мирового уровня пытаются решить задачу, научное значение которой трудно переоценить. Можно подумать, что все здесь должны думать только о высоком. Ничего подобного. Ты даже представить себе не можешь, какие мелкие склоки у нас случаются. Барт сумел подняться над всем этим. Надеюсь, ты тоже сможешь.

— Я постараюсь.

Карсон подумал о своем взрывном темпераменте и решил, что ему придется держать себя в руках, если он намерен жить в «Маунт-Дрэгон». Он уже получил двоих врагов, не прикладывая к этому никаких усилий.

— Брент с тобой связывался? — почти равнодушным тоном спросил директор.

Ученый колебался, пытаясь понять, читал ли Сингер электронное письмо, которое Скоупс прислал ему.

— Да, — ответил он.

— И что он написал?

— Несколько слов поддержки и предупреждение, чтобы я не слишком много о себе думал.

— Очень похоже на Брента. Он из тех генеральных директоров, кто старается держать руку на пульсе, а Х-грипп его любимый проект. Надеюсь, тебе нравится работать в аквариуме. — Он сделал еще глоток кофе. — Есть какие-нибудь проблемы с протеиновой оболочкой?

— Мне кажется, я с ней разобрался.

Сингер повернулся и посмотрел на него испытующим взглядом.

— В каком смысле?

Карсон встал и подошел к директору, стоящему около ограждения.

— Вчера я провел всю вторую половину дня, делая собственную экстраполяцию на основании записей Барта. Мне стало гораздо проще увидеть моменты удач и поражений, как только я отделил их от других его рассуждений. Доктор Барт очень близко подошел к решению проблемы, прежде чем потерял надежду и опустил руки. Он обнаружил активные рецепторы вируса Х-гриппа, которые делали его смертоносным, а также комбинацию генов, кодирующих полипептиды таким образом, что они вызывают перепроизводство спинномозговой жидкости. Он сделал все самое сложное. Для своей диссертации я разработал технологию рекомбинации ДНК, в ней используется определенная длина волны дальней области ультрафиолетового спектра. Нам осталось только отсечь смертоносную цепочку генов специальным энзимом, активируемым ультрафиолетом, создать новую комбинацию ДНК — и готово. Все последующие поколения вируса будут безвредны.

— Но это еще не сделано, — заметил Сингер.

— Я проводил такой опыт по меньшей мере раз сто. Не с этим вирусом, разумеется, а с другими. Доктор Барт не знал об этом методе. Он пользовался более старым способом сплайсинга[22] генов, который выглядит довольно грубым по сравнению с новым.

— Кто про это знает? — спросил Сингер.

— Никто. Я только вчерне набросал план работ, но пока не проводил никаких экспериментов. Впрочем, я не вижу причин, по которым мы могли бы потерпеть неудачу.

Директор замер на месте, внимательно вглядываясь в лицо ученого. Затем он бросился вперед, схватил его правую руку и принялся энергично ее трясти.

— Фантастика! — возбужденно воскликнул он. — Поздравляю!

Карсон сделал шаг назад и прислонился спиной к перилам; его немного смутил энтузиазм Сингера.

— Ну, для поздравлений еще рано, — сказал он, вдруг засомневавшись, правильно ли поступил, что так рано поделился своими мыслями с начальником.

Но директор его не слушал.

— Я должен немедленно отправить электронное письмо Бренту, сообщить ему новость, — сказал он.

Карсон открыл рот, чтобы возразить, но тут же снова его закрыл, ведь только сегодня Скоупс предупреждал его, чтобы он не забывал о скромности. Но интуиция подсказывала ему, что его метод принесет результаты. Работа над диссертацией это подтвердила множество раз. К тому же энтузиазм Сингера был приятным разнообразием по сравнению с сарказмом Брендон-Смит и холодным профессионализмом де Ваки. Карсон обнаружил, что ему нравится Сингер, этот лысеющий, полный, добродушный профессор из Калифорнии. Он был так мало похож на бюрократа и так забавно искренен. Карсон сделал еще глоток бурбона, окинул взглядом террасу, и у него загорелись глаза, когда он увидел старую гитару «мартин», принадлежавшую Сингеру.