Сидни Шелдон - Звезды сияют с небес

– Верно, – кивнул Келлер.

– Знаете, Говард, – серьезно сказала она, – придет день, и я построю небоскреб выше этого. Он ей поверил.

Ужин проходил в «Уайтхолле». Вместе с ними за столом сидел Стив Райс.

– Скажите, а что будет дальше? – спросила Лара.

– Ну, – начал Райс, – первым делом мы расчистим интерьер здания. Мрамор мы сохраним, а вот окна выставим и распотрошим ванные комнаты и туалеты. Затем снимем все электрооборудование и трубы для замены их новыми. И только когда работы по демонтажу будут закончены, мы приступим к переделке вашего отеля.

– А сколько человек будут там работать? Райс рассмеялся:

– Целая толпа, мисс Камерон. Бригады плотников, стекольщиков, слесарей, каменщиков – все они будут отделывать этаж за этажом, начиная с верхнего.

– И сколько потребуется на все это времени?

– До полного завершения – «под ключ», – думаю, уйдет месяцев восемнадцать.

– Если управитесь за год, получите премию.

– Отлично. «Фестивальный»…

– Название я изменяю. Теперь отель будет называться «Камерон-палас». – При этих словах Лара почувствовала, как внутри нее все затрепетало. Она испытала почти сексуальное наслаждение. Ее имя будет красоваться на здании, чтобы каждый мог его видеть.

Дождливым сентябрьским утром, в шесть часов, началась реконструкция отеля. Лара жадно смотрела, как бригады рабочих вошли в вестибюль и принялись его расчищать.

К ее удивлению, вскоре явился Келлер.

– Еще так рано, а вы уже на ногах, – сказала ему Лара.

– Не мог заснуть. – Келлер слегка улыбнулся. – У меня такое чувство, что это начало чего-то грандиозного.

Через двенадцать месяцев «Камерон-палас» распахнул двери, вызвав восторженные отклики газет.

Обозреватель по строительству и архитектуре «Чикаго трибюн» писал: «Наконец-то в Чикаго есть отель, девиз которого „Ваш дом вдалеке от дома!“, созданный стараниями Лары Камерон…»

К концу первого месяца в отеле не осталось ни одного свободного номера, и даже образовалась очередь ожидающих.

– Если так дальше пойдет, – воодушевленно заявил Говард Келлер, – через год отель окупится. Это просто здорово! Мы…

– Могло бы быть и получше, – перебила его Лара. – Я поднимаю цены. – Она посмотрела на удивленное лицо Келлера. – Не волнуйтесь. Заплатят. Где еще они найдут номера с двумя каминами, сауной и роялем?

Через две недели после открытия «Камерон-палас» у Лары состоялась встреча с Бобом Вэнсом и Говардом Келлером.

– Я знаю еще одно великолепное место для создания отеля, – заявила она. – Он будет такой же, как «Камерон-палас», только больше и лучше.

Келлер улыбнулся:

– Пожалуй, я взгляну на это место.

Место оказалось идеальным, но возникла одна проблема.

– Вы опоздали, – сказал Ларе агент по недвижимости. – Один предприниматель, его зовут Стив Мерчисон, уже побывал здесь утром. Он собирается приобрести этот участок.

– А сколько он вам предложил?

– Три миллиона.

– Я дам вам четыре. Подготовьте бумаги. Агент только глазами заморгал.

– Будет сделано.

Вечером следующего дня в апартаментах Лары раздался телефонный звонок.

– Лара Камерон?

– Да.

– Это Стив Мерчисон. Слушай меня внимательно, сука. На этот раз я тебя прощаю, потому что, думаю, ты сама не ведаешь, что творишь. Но впредь лучше не стой у меня на пути, а то может не поздоровиться. Линия разъединилась.

Шел 1974 год. В мире происходили важные события. Дабы избежать импичмента, ушел в отставку президент Никсон, и в Белом доме обосновался Джералд Форд. ОПЕК сняла эмбарго на поставки нефти, и госпожа Перон стала президентом Аргентины. А в Чикаго Лара приступила к строительству своего второго отеля «Чикаго Камерон-плаза». Через восемнадцать месяцев он был готов и имел даже больший успех, чем «Камерон-палас». После этого Лару уже ничто не могло остановить. Как впоследствии писал журнал «Форбз», «Лара Камерон – это феномен. Ее инновации меняют само понятие отеля. Мисс Камерон захватила традиционно мужское поле деятельности, коим являются сделки с недвижимостью, и доказала, что в этом бизнесе ей нет равных».

Ларе позвонил Чарльз Коэн.

– Поздравляю, – сказал он. – Я горжусь вами. Прежде у меня никогда не было протеже.

– А у меня наставника, – засмеялась Лара. – Без вас ничего бы этого не случилось.

– Уверен, вы бы все равно пробили себе дорогу.

В 1975 году страну буквально захлестнул фильм «Челюсти», и люди стали бояться выходить в океан. Население планеты перевалило за четыре миллиарда и сократилось на одного человека, когда бесследно исчез председатель профсоюза водителей грузового транспорта Джеймс Хоффа.

– Вы представляете, сколько нужно домов? – сказала Келлеру Лара, услышав цифру «четыре миллиарда». Он не был уверен, шутит она или говорит серьезно.

В течение следующих трех лет были построены еще два жилых дома.

– Теперь я хочу возвести административное здание, – заявила Келлеру Лара, – в самом сердце прибрежного района.

– Сейчас на продажу выставлен один любопытный участок, – сказал ей Келлер. – Если он вам понравится, мы можем оказать вам финансовую поддержку.

Вечером они отправились осматривать место. Оно находилось неподалеку от берега.

– И сколько же это будет стоить? – спросила Лара – Я уже прикинул: около ста двадцати миллионов долларов.

Она чуть не поперхнулась.

– Такие цифры меня пугают.

– Лара, – проговорил Келлер, – в сделках с недвижимостью главное – это взять денег взаймы.

«Чужие деньги», – вспомнила Лара. Именно это внушал ей Билл Роджерс в общежитии Глейс-Бея. Казалось, с тех пор пролетело столько лет, и столько всего произошло! «А ведь это только начало, – подумала она. – Только начало».

– Некоторые предприниматели строят дома, не имея ни цента в кармане, – убеждал ее Келлер.

– Интересно…

– Идея заключается в том, чтобы сдать в аренду или перепродать недвижимость за такие деньги, которые позволят рассчитаться с долгом да еще кое-что оставить на приобретение новой собственности, если снова занять определенную сумму. Это же перевернутая пирамида, которую вы можете построить, вложив в ее основание очень незначительные средства.

– Понимаю, – кивнула Лара.

– Конечно, вы должны быть очень осторожной. Эта пирамида зиждется на бумагах – на закладных. Если что-нибудь пойдет не так, как надо, если прибыли от вложенного капитала не смогут покрыть долги, она может рухнуть и похоронить вас под своими обломками.

– Ясно. Как я могу приобрести этот участок?

– Мы организуем для вас совместное предприятие. На сей счет я поговорю с Вэнсом. Если нам это окажется не под силу, обратимся в страховую компанию или возьмем ссуду. Вы получите под закладную пятьдесят миллионов долларов, а банк будет иметь с этого пять миллионов прибыли за десять процентов годовых, да плюс амортизация – и банк сделается вашим партнером. Он заберет свой процент с прибыли, но собственность-то будет вашей…

Лара слушала, жадно впитывая каждое слово.

– Вы следите за моей мыслью?

– Да-да.

– Через пять или шесть лет после сдачи в аренду вы его продадите. Если вы получите за него семьдесят пять миллионов, то, рассчитавшись по закладным, вы наварите двенадцать с половиной миллионов долларов. Кроме того, восемь миллионов амортизационных отчислений не подлежат налогообложению, что позволит вам уменьшить налоги на доходы по другим статьям.

– Фантастика! – воскликнула Лара. Келлер улыбнулся.

– Правительство хочет, чтобы вы делали деньги.

– А как насчет того, чтобы вы сделали кое-какие деньги, Говард?

– Что, простите?

– Я хочу, чтобы вы перешли работать ко мне. Келлер неожиданно замолчал. Он понимал, что от решения, которое он примет, зависит вся его жизнь, и дело здесь было вовсе не в деньгах. Дело было в Ларе. Он любил ее. Однажды, когда он попытался признаться ей в этом, между ними произошел разговор, который оставил в его душе горький осадок. Всю ночь он обдумывал, как лучше сделать ей предложение, а на следующее утро пришел к ней и, заикаясь, пробормотал: «Лара, я люблю вас», – но прежде чем он успел что-либо добавить, она поцеловала его в щеку и сказала: «Я тоже люблю вас, Говард. Взгляните на график строительства нового объекта». И он так и не набрался смелости предпринять еще одну попытку.

Теперь она предлагала ему стать ее партнером. Он будет каждый день работать рядом с ней, не смея дотронуться до нее, не смея…

– Вы верите в меня, Говард?

– Надо быть не в своем уме, чтобы не верить в вас.

– Я буду платить вам вдвое больше, чем вы получаете сейчас, и дам вам пять процентов компании.

– Могу я…, могу я подумать?

– Да о чем здесь думать?

– Думать действительно не о чем… – согласился он. – Я – компаньон. Лара обняла его.