Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн

— Потому что меня убьют, если я не обзаведусь настоящими колесами, чтобы убраться отсюда.

— Кто это тебя убьет? — спросила К. Т. — За тобой летят черные вертолеты?[120]

Ник улыбнулся. Она была ближе к истине, чем думала.

— Ты читала материалы для жюри присяжных.

— Еще одна причина, чтобы не говорить с вами, мистер. А тем более — идти ради вас на преступление.

Ник кивнул.

— Если предположить, что они сфабрикованы, — ну предположи это на минутку, — то спроси себя, кто мог изменить записи телефонных разговоров, подделать свидетельские показания, сделать все необходимое, чтобы жюри вынесло нужный вердикт? Покойный мэр и бывший окружной прокурор Мэнни Ортега?

К. Т. прыснула со смеху.

— Кто, если не он? — гнул свое Ник. — Губернатор? Кто?

— Кто-то на уровне офиса советника Накамуры, — сказала К. Т., кинув взгляд на часы и нахмурившись. — Но зачем Накамуре было тратить столько времени шесть лет назад, фабрикуя дело против тебя, расходовать силы и деньги, а потом нанимать тебя для поисков своего драгоценного сопляка?

— Я над этим работаю.

— Но это если допустить, что материалы для присяжных сфабрикованы, — отрезала К. Т. — Что есть чистая брехня.

Лейтенант Линкольн повернулась, собираясь уходить. Ник знал, что К. Т. ненавидит, когда к ней прикасаются: он видел, как однажды до нее дотронулся начальник отдела — и тут же отступил под взглядом К. Т., а попутно она дубинкой выбила зубы умолявшему о чем-то преступнику. И все же Ник ухватил ее за предплечье и развернул.

— Из папки для жюри присяжных следует, что я убил мою жену. Ты много лет знала нас, К. Т. Ты можешь себе представить, как я убиваю Дару? — Он встряхнул ее обеими руками. — Черт побери, неужели можешь?

К. Т. высвободилась и недовольно посмотрела на него, но потом опустила глаза.

— Нет, Ник. Ты не мог убить Дару. Никогда.

— Так вот, найду я убийц Кэйго Накамуры или не найду, — а отчитаться я должен уже сегодня вечером, — советник Накамура все равно собирается прикончить меня. Я уверен. Но будь у меня быстрая машина…

— Ты рехнулся, — сказала К. Т. Но голос ее теперь звучал мягче. — Почему ты сказал вчера по телефону, — я, кстати, так потом и не уснула, — что пытаешься спасти Вэла и себя? Вэл что, вернулся из Лос-Анджелеса?

— Я искал его с понедельника до вчерашнего вечера. Очень возможно, что они с дедом бежали из города, пока там не началось все это дерьмо.

— И он приедет сюда… к тебе? Почему, Ник?

«Не исключено, что он хочет меня убить», — подумал Ник, но вслух этого не сказал, а только пожал плечами.

— Я знаю одно: если он появится сегодня, мне нужно средство, на котором можно быстро убраться из города. Машина с яйцами.

— И как далеко тебе нужно… убраться… из города? — спросила К. Т.

— На триста шестьдесят четыре мили — где-то так.

— Триста шестьдесят… Ник, ни одна машина в наши времена не проедет столько без ночной зарядки или без водородного движка. Что там такого, за триста шестьдесят миль отсюда, куда ты должен… — Она замолчала, широко раскрыв глаза. — Техас? Ты мне совсем мозги засрал.

— Ничего не засрал, лейтенант Линкольн.

— Республика Техас не принимает объявленных в розыск преступников. И флэшнаркоманов тоже не принимает. А еще они…

К. Т. снова замолчала. Ник ничего не ответил. Она подошла поближе.

— Ты стал… другим. У тебя глаза… Ты что — соскочил с этого дерьма, с флэшбэка?

— Кажется, да, — тихо проговорил Ник. — В последние девять дней было столько дел, что я забыл про флэшбэк.

— Целых девять дней…

В ее голосе слышался сарказм — как и всегда, но за насмешкой Ник различил заданный всерьез вопрос.

— Это только начало, напарник, — сказал Ник.

Он вспомнил, как несколько месяцев помогал ей избавиться от анальгетиков и сигарет — после одной небольшой перестрелки. Отказаться от никотина было труднее, чем от наркотиков. Дара понимала Ника, когда тот просиживал вечера со своей напарницей, слушая ее стоны и брань. Он знал, что и К. Т. помнит это.

— Может быть, — проворчала она. — Но эта затея с машиной — тухлая с самого начала, Ник. Во-первых, в городе только что прошел ежегодный аукцион по продаже машин со штрафплощадки. Так что там почти ничего нет.

— Но ты ведь сумеешь что-нибудь для меня найти, К. Т.

— Черт тебя подери, — прорычала она, сжимая кулаки. — Прекрати так поступать со мной, засранец. Я тебе ничем не обязана.

Ник согласно кивнул, но К. Т. опустила взгляд, чуть не задыхаясь от злости, и произнесла, глядя в землю:

— Кроме моей жизни, Ник. Кроме моей жизни. — Она подняла голову. — Если я найду машину, хоть и не думаю, что найду, куда ее перегнать? В твой молл?

— Нет, — сказал Ник, быстро соображая. Ставить ее нужно туда, где много народа, но нет угонщиков. Туда, где поблизости есть охрана, но только не шумная. — Парковка у «Шести флагов». Как можно дальше к югу. Там не проверяют машин до конца приемного времени, то есть до девяти вечера, но охранники у главных ворот приглядывают за машинами на парковке. Припаркуйся как можно южнее, но рядом с остальными, чтобы машина не привлекала внимания.

— Как ты ее узнаешь? — пробормотала К. Т., снова бросив взгляд на часы.

— Отправь мне эсэмэску. И припаркуй машину задом наперед — чтобы отличалась от других.

— И где я оставлю ключи от машины, которую не смогу добыть? — спросила она. — За противосолнечным козырьком?

Ник вытащил маленькую металлическую коробочку, которую ему дал Ганни Г. тем утром.

— Это магнит. Прикрепи над левым задним колесом… ну, как в «Бешеном Максе».

— Хорошо. Как в «Бешеном Максе».

К. Т. взяла коробочку, открыла ее, потом захлопнула и закатила глаза, выражая недовольство всей этой чепухой.

— Не бери в голову, — посоветовал ей Ник. — Держи коробочку подальше от своего телефона и других компьютерных штук… иначе сильный магнит начисто сотрет память.

К. Т. начала протягивать коробочку ему назад, словно внутри было что-то заразное. Ник выставил вперед ладони и покачал головой:

— Шутка. Магнит такой слабый, что и к машине вряд ли прилипнет. Левое заднее колесо. Договорились?

— Хорошо. — К. Т. повернулась, собираясь уходить. — Но я ничего не обещаю…

Ник снова прикоснулся к ней — на этот раз едва-едва, к плечу.

— К. Т.?

Она сердито вперилась в него, но без настоящей ярости, как прежде.

— Что?

— Найдешь ты машину для нас или нет, если сегодняшний день закончится для меня неважно… а у меня нехорошее предчувствие… — Ник затряс головой и начал снова. — Если со мной что-то случится и вдруг появится Вэл с дедом, не могла бы ты позаботиться о них, ради меня? Найти для них безопасное место, пока…

К. Т. смотрела на него, и в ее темных глазах Ник прозревал истинную боль. Она ничего не сказала. Но и не ушла.

— Ты видела Леонарда, — поспешил сказать он. — Он хороший мужик, но, понимаешь… всю жизнь был ученым. Вывезти Вэла из Лос-Анджелеса — намного больше того, что он может сделать для выживания. А ведь Леонарду уже почти семьдесят пять…

Ник замолчал. Нужные слова никак не шли в голову.

— Ты просишь меня присмотреть за Вэлом, если Накамура или кто-то другой убьет тебя сегодня, — подсказала К. Т.

Ник с глупым видом кивнул. Глаза его увлажнились, в горле стоял комок.

— Ах, Ник, Ник… — печально протянула К. Т., повернулась на каблуках и пошла прочь, к далеким дверям гаража.

Ник знал, что это означает «да». По крайней мере, так он это понял.

Он поставил своего мерина на тридцатиминутную парковку около Капитолия, купол которого сверкал сусальным золотом. С вершины холма открывался вид на север — на равнину, где у слияния Черри-Крик и Платт-ривер расположились тюрьма «Курс-филд» и Центр временного содержания ДВБ «Майл-хай». Ник опустил стекло с водительской стороны и выключил аккумуляторы.

«Что теперь?»

Впервые за две недели с того дня, как Накамура нанял его, у Ника появилось несколько свободных часов — время для себя. Через двенадцать часов или раньше (наверное, раньше, может, даже гораздо раньше) ему придется снова предстать перед миллиардером и либо назвать имя убийцы Кэйго Накамуры, либо признать свою неудачу. В любом случае, подумал он, Накамура не будет вести себя мирно.