Дженнифер Арментроу - Список возмездия

– Угадала.

Мне хотелось заползти под стол и умереть.

Вытянув ногу, он коснулся меня коленом.

– Я слышал, сегодня утром у вас с Венди случилась легкая стычка?

Хейди поставила бутылку на стол и нахмурилась.

– Это правда?

Я вздохнула.

– Не думаю, что это серьезный повод, достойный всеобщего обсуждения.

– Она развлекает весь стол рассказами о том, какая ты стерва, – добавил Дженсен, и его глаза блеснули.

– Я? – Разом забыв всю эту историю с раздеванием глазами, я повернулась к нему, и его колено скользнуло по внутренней стороне моей ноги. У меня перехватило дыхание, и наши взгляды скрестились. Я все ждала, что он уберет ногу, но он не шелохнулся. Как и я. Усмешка на его лице стала чуть шире.

Он опустил ресницы.

– Ты.

Я растерялась, понятия не имея, о чем он говорит. Что-то про… ах, да. Стервозность.

– Венди сказала, что мне нужно прикрыть лицо.

Уголки его губ опустились.

– Что она сказала?

Я показала на клубничную отметину.

– Сказала, что ей противно на это смотреть.

– Ну, это уже хамство. – Хейди выпятила нижнюю губу. – Как будто ты виновата.

– Она такая милашка, – пробормотал Дженсен.

– И ты еще с ней встречался. – Я усмехнулась, когда его губы сжались в тонкую линию. – Это я так, к слову.

Он заерзал на стуле, и наши ноги потерлись друг о друга. Слава богу и будде, что Хейди этого не видела, потому что Дженсен явно раздевал меня ногой.

– Я бы не сказал, что встречался с ней.

Кожу закололо. Нет, я не испытывала никакой ревности. Ничуть.

– Вот и славно.

Он пожал плечами, бросив взгляд на Хейди, которая смотрела на нас так, что хотелось поставить перед ней миску попкорна для полноты картины.

– Значит, Элла раздевала меня глазами?

– Боже мой! – Я выстрелила в нее убийственным взглядом, когда она приготовилась отвечать. – Никого я не раздевала. Что ты вообще здесь делаешь? Это не твой столик.

– А разве столики за кем-то закреплены? – спросил он.

Хейди поджала губы.

– Да вроде нет.

Я закатила глаза.

– Ты всегда сидишь с ними, с тех пор как вернулся.

Его взгляд снова стал насмешливо-ленивым.

– И что?

– Что? – Я глотнула воды. – А то, что сейчас ты здесь.

– Да, здесь. – Он снова коснулся меня коленом. – Хотел повидаться с тобой.

– Вау, это так мило, – проворковала Хейди.

Вцепившись пальцами в края столешницы, я метнула в нее очередной выразительный взгляд.

– Что? – надулась подруга. – Это мило с его стороны. Он пересек жестокое море кафетерия, чтобы увидеть тебя.

– Я тоже думаю, что это чрезвычайно мило, – сказал Дженсен, закусывая нижнюю губу.

Мои губы дрогнули в попытке сдержать улыбку.

– Послушайте, вы, оба…

Высокий пронзительный крик заставил меня замолчать. Он пронесся по кафетерию, заглушая шумный гомон, и все разом затихли. Мы с Дженсеном одновременно вскочили на ноги.

Крик повторился, и доносился он из-за столика Брока. Не задумываясь, я бросилась на помощь, но Дженсен вдруг оказался на моем пути. Он схватил меня за руку и потянул обратно.

Венди застыла у столика Брока, прижимая руки к бледным щекам. Она все еще кричала – не переставала кричать. И все, кто сидел за столиком, повскакивали со своих мест и пятились назад, с одинаковым выражением ужаса и отвращения на лицах. Моника согнулась в талии и, прячась за пеленой длинных черных волос, сражалась со рвотными позывами.

– Какого?.. – Я осеклась, когда увидела, что лежит на столе, рядом с сумкой Венди. – О боже.

Я высвободила руку, которую держал Дженсен, и зажала ладонями рот. На столе валялась красная птица – кардинал, символ штата[14]. Крылья были аккуратно сложены за спиной, а маленькая грудка утыкана десятком колышков. Некоторые пронзали ее насквозь.

Глава 7

Это был жуткий розыгрыш.

Так сказали в администрации школы, когда оттуда прибежали на крик Венди. Так говорили учителя на послеобеденных уроках, читая нам лекции о зрелости.

Я не знала никого, кто мог бы заколоть птицу и смеха ради подбросить ее в чью-то сумку. От такой тошнотворной шутки попахивало психозом, и назвать ее остроумной язык не поворачивался. Меня больше беспокоило, когда это случилось? Венди все утро ходила с сумкой. Неужели она бы не заметила дохлую птицу еще до обеда?

Образ убитого кардинала преследовал меня целый день, как, подозреваю, и всех остальных. Ну, пожалуй, кроме Линдс, которая в это время находилась на уроке рисования и была крайне разочарована тем, что не увидела, как психует Венди. Но для меня это было больше, чем просто уродливое зрелище. Птица – кардинал – заставила вспомнить прошлое и мысленно вернуться туда, куда совсем не хотелось возвращаться.

Дома после школы меня встретила тишина. Обычно в среду вечером мама уезжала в Хантингтон, но после того, что случилось в выходные, она отменила поездку.

Мама еще не пришла с работы, и я куковала одна.

Пытаясь сосредоточиться, создать хотя бы иллюзию привычной жизни, я плюхнулась на диван, открыла учебник истории и занялась домашним заданием. Поймав себя на том, что уже в четвертый раз перечитываю все те же две страницы, я оставила там маркер вместо закладки и отложила учебник в сторону.

Я помассировала кончиками пальцев виски, чтобы снять легкую боль. Усталость наплывала не меня, призывая свернуться калачиком и вздремнуть, но спать в пустом доме совсем не хотелось.

Может, визит к доктору Оливеру – не такая уж плохая идея?

Открыв глаза, я перевела взгляд на арку, которая вела в коридор и к лестнице, и вдруг меня зазнобило. Я смотрела в открытый дверной проем, и мне казалось, что я слышу какие-то звуки. Возможно, опять разыгралось воображение, но кончики ушей защипало.

Сверху доносился какой-то шум, похожий на тихий топот…

Звонок в дверь едва не оглушил меня, и сердце бухнуло о ребра.

– Господи! – ахнула я, вскакивая с дивана. Я поспешила к двери и привстала на цыпочки, вглядываясь в крошечный глазок. – Ни фига себе, – пробормотала я, различив точеный профиль Дженсена.

Два визита меньше чем за сутки? Э-э, ну, три, если считать эпизод за обедом. А то и четыре, если добавить занятия по самообороне.

Лопаясь от любопытства, я быстро отперла и распахнула дверь. Он повернул голову, и послеполуденное солнце поцеловало его в щеку.

– Привет, – выдавила я.

Полуулыбка мелькнула на его губах.

– Можно войти?

Кивнув, я отступила в сторону, испытывая неловкость от его присутствия. Уже много лет он не бывал у меня дома. Сунув руки в карманы джинсов, он направился в гостиную, но остановился на полпути и обернулся.

Наши взгляды встретились, и мгновение растянулось на целую вечность. Осознание происходящего накрыло меня теплым одеялом. Нас разделяло несколько шагов, но, окаменевшая под его пристальным взглядом, я чувствовала его близость так, словно он стоял прямо передо мной. Почему он здесь? Просто хотел увидеть меня? Когда-то он заходил ко мне просто так, без предупреждения, и я всегда с нетерпением ждала его, но все это осталось в прошлом. И мы уже давно стали другими.

Пожалуй, пора было что-то сказать.

– Не хочешь, мм, присесть?

Он склонил голову набок.

– Конечно.

Ощущая жар в затылке, я провела Дженсена в гостиную. Он шагнул прямиком к дивану, схватил мой учебник истории и осторожно закрыл его, оставив маркер на заложенной странице.

Он сел на диван, откинулся назад и вытянул левую руку вдоль спинки.

– Нам так и не удалось поговорить о том, когда бы ты хотела заниматься.

– О! – Мне хотелось надавать себе по щекам. Разумеется, у него имелась веская причина появиться здесь, никак не связанная с внезапно проснувшимся желанием побыть со мной. Пытаясь вести себя так, будто у меня еще сохранились остатки здравого смысла, я села рядом с ним. – С этой… птицей… все вылетело из головы.

– Да уж, не ожидал увидеть такое за обедом. – Парень замолчал – его челюсти сжались, когда взгляд скользнул ниже, и он выругался себе под нос.

Я напряглась, и до меня не сразу дошло, куда он смотрит. Зачесанные назад волосы открывали мою шею. Я ведь не ждала гостей. Сознавая, что уродливые синяки, почти не видимые под распущенными волосами, теперь предстали во всей красе, я протянула руку, чтобы снять с хвоста резинку, но Дженсен стремительным движением остановил меня.

Он поймал мое запястье и опустил руку.

– Не нужно этого делать.

Тепло прилило к щекам и побежало по венам, когда его длинные пальцы скользнули вверх по моей руке, касаясь чувствительной впадинки на сгибе локтя. У меня пересохло во рту, когда кожа откликнулась дрожью.

– Еще болит? – спросил он.

Я покачала головой.

– Не очень. – На самом деле больше ныло горло, щеки и ребра. – Ничего страшного. Могло быть и хуже.

– Похоже, что болит. – Его большой палец выписывал медленный круг на внутренней стороне локтя. – Ты так… – Дженсен затих, отпуская мою руку, напоследок пробежавшись по ней пальцами, после чего снова откинулся на спинку дивана. – Знаешь, о чем я думал сегодня?