Октябрьская ярмарка - Ольга Николаевна Шивер

казалось ей сном, кошмаром, чем-то нереальным… Это просто не могло происходить по-настоящему… Не может случиться с ней, здесь, со всеми этими ни в чём не повинными людьми…

– Что ты делал на кладбище в тот день? – бесцветным тоном спросила она Игоря.

– Какое это теперь имеет значение?! – закричал он. – Твоя чёртова игра! Смотри, что она сотворила! Пять человек, Лида! Пять человек мертвы!

– Что ты делал на кладбище в тот день? – повторила вопрос Лида, но уже с бо́льшим нажимом в голосе. Пазл в её голове начинал складываться.

Пистолет Хлопы направил своё дуло на Игоря.

– Лида?! – в ужасе отпрянул Игорь.

– Что ты делал на кладбище в тот день?! – боясь услышать ответ, закричала Лида. – Кто этот человек? Почему моё лицо казалось ему знакомым?! – кивнула она на труп Хлопы.

– Лида, он сумасшедший! – развёл руками Игорь. – Я понятия не имею, что за чушь он тут нёс! Положи пистолет, пожалуйста. Давай спокойно обо всём поговорим.

– Крути стрелку! – приказала Лида, полная решимости. – Живо! Я не шучу.

– Хорошо, хорошо. Я сделаю ход, но обещай, что потом мы с тобой мирно всё обсудим, ладно?

Лида кивнула.

Игорь взял карточку.

– Читай!

– Ты уверена, что…

– Читай! – Руки Лиды дрожали.

– Доводилось ли вам оставлять человека в смертельной опасности? – прочёл Игорь.

– Нет, этого не может быть… – мотала головой Лида. – Только не ты… Господи!

– Прости… – вымолвил Игорь. – Да, это был я, – сказал он. – Каждый свой день я виню себя за это.

– Я поверить не могу, – прошептала Лида. – Все эти годы ты вместе со мной навещал его в больнице! Все эти годы я водила тебя к НЕМУ! Он же всё понимал… Всё! Датчики реагировали, пульс подскакивал! Теперь мне ясно, что это не от радости из-за нашего визита. Ты – ублюдок!!!

– Прости, Лида, прости! – Игорь упал на колени. – Мы были детьми! Всё эта чёртова бандитская романтика. Мы налетели на него толпой, отобрали фотоаппарат и ноутбук. Он должен был прийти в себя… Мы не хотели того, что произошло, это было просто ограбление! Но он стянул с меня шарф… Бог знает, как ему это удалось: я наклонился, чтобы проверить, жив ли он. Я испугался, мы все испугались – сбежали… Он меня запомнил. Это нелепая случайность…

– Хлопа был с вами? – Мозг Лиды был готов разорваться. Её самый близкий человек, помогавший пережить горе, её муж…

– Нет, – ответил Игорь. – Хлопа был главным. Мы пришли к нему, всё рассказали…

– И?

– Он сказал, что разберётся. Решит проблему, – потупил взгляд Игорь.

– Разберётся?! – не поверила своим ушам Лида. – Контрольный удар битой по голове – решит проблему?! Мой брат полумёртвый лежал в снегу в новогоднюю ночь! Он потерял все конечности от обморожения и никогда больше не сможет говорить! Его интеллект теперь как у пятилетнего ребёнка! Это ты называешь нелепой случайностью?! А я, как дура, ходила с тобой к нему в больницу! Господи… Он ведь помнит тебя!

– Прости! Пожалуйста, прости! Я знаю, мне нет оправдания! Я не думал, что всё так обернётся! Когда я увидел тебя на похоронах…

Лида выстрелила. Воспоминания о смерти матери, не пережившей горя, случившегося с её сыном, больно ужалили сердце. Синяя точка из круга исчезла. Затем и фиолетовая – её. Игра была окончена.

Лида прошла в кухню, откупорила бутылку коллекционного розового вина из бара, взяла кубинскую сигару оттуда же, закурила её и села на диван рядом с трупами Игоря и Саши.

– Прошу прощения, что отвлекаю, – раздался знакомый мягкий голос позади Лиды. – Если вы закончили, я бы хотел забрать игру. Полагаю, вы выяснили всё, что желали, и она вам теперь без надобности.

Не оборачиваясь, Лида кивнула.

– Меня теперь посадят, да? – спросила она спокойным тоном у хозяина лавки.

– Что вы, что вы! – воскликнул он. – Отныне вы включены в программу лояльности для наших клиентов. А это значит, что…

Рассудок Лиды помутился, перед глазами всё поплыло, она слабо различала слова хозяина лавки.

* * *

Лида моргнула.

– Ага, жду тебя здесь. Только недолго, хорошо? – улыбнулся Игорь, поджимая губы.

Лида сидела в машине и смотрела на мужа, позади которого за стеной метели через стекло проглядывался силуэт неопрятного мужчины в чёрном пуховике, спешащего к ларьку.

Оглядевшись по сторонам, Лида отбросила наваждение. Дача Гуська исчезла, хозяин лавки тоже таинственным способом испарился.

– Прости, я передумала, – вдруг сказала Лида. – Забей, пожалуйста, в навигатор ближайшее отделение полиции. Кажется, я стала жертвой мошенников. Хочу написать заявление. Меня очень долго и умело обманывали…

Новая технология

Тёмно-бордовый рюкзак аккуратно опустился на письменный стол и зашуршал молнией, выпуская на свободу ноутбук, спрятанный в плотный чехол.

– Тебе письмо, – вместо приветствия сказал Роман, с задумчивостью наблюдая, как его коллега настраивает своё рабочее место.

– Письмо? – поднял брови Глеб.

Роман протянул ему пухлый конверт.

– Ух, ты! – присвистнул Глеб. – Вот это я понимаю, начало рабочего дня. Последний раз держал в руках почту на бумажном носителе классе в седьмом, наверное. Да и то это оказался счёт за коммуналку.

– Согласен, интригует. – кивнул Роман. – Расскажешь, кто такая Самарская Анна Васильевна?

– Понятия не имею, но звучит романтично, – отшутился Глеб и, спустив рюкзак под стол, положил конверт перед собой, силясь вспомнить, откуда он мог знать отправителя, но так и не вспомнил. Хотя фамилия Самарская и казалась ему смутно знакомой.

Глеб Скорняков и Роман Конышев больше десяти лет работали в «Петербургском вестнике» – новостном онлайн-канале – и почти все эти годы делили один кабинет на двоих, что обоих вполне устраивало. Роман вёл блок политических новостей, Глеб же занимался в основном сводками чрезвычайных происшествий и журналистскими расследованиями.

– Самарская… Самарская… – повторял Глеб, не оставляя попыток выудить из закоулков памяти ускользающее имя и вскрывая конверт. – Да у нас тут лонгрид! – изумился он, доставая стопку исписанных с обеих сторон листов бумаги из конверта. – С ума сойти… И всё от руки… Тут страниц десять.

Роман провёл большим и указательным пальцами по седеющим усам, будто стараясь их разгладить, и, описав круг, сомкнул пальцы под нижней губой. Было очевидно, что он крайне заинтересован и весьма не прочь тоже ознакомиться с рукописным текстом гражданки Самарской.

– Так-с, с этим мы, пожалуй, повременим. – Глеб отложил письмо. – У меня статья про обрушение стройплощадки в Екате горит.

– Какое кощунство, – разочарованно закатил глаза Роман, а затем добавил: – Если уж ты так занят, я бы мог…

– О, нет-нет, старый лис, – ухмыльнулся Глеб. – Это моё письмо, даже не думай!

– Ну, попробовать стоило, – пожал плечами Роман с нарочито безразличным