Никки Френч - Что делать, когда кто-то умирает (в сокращении)

— С днем рождения! — подхватил нестройный хор.

— Речь! — потребовал кто-то.

— Просто спасибо, — сказала я. — Всем вам.

— Выпьем! — скомандовал Джо.

— Сейчас. — В другом углу комнаты Фергюс вытащил пробку из бутылки, и струя пены ударила ему в шею и обдала столик у окна. — Ах, черт, я тут все облил… кстати, что это?

— А-а, это, — откликнулась я, мысленно ругая себя за то, что не удосужилась убрать результаты своих трудов. — Это… словом, моя таблица.

Фергюс склонился над листами ватмана.

— Очень красочно. Это для работы?

— Нет… — Я помедлила. — Вообще-то здесь показано, как Грег провел последние несколько недель своей жизни.

— Серьезно?

— Да.

— Потрясающе, Элли, — ошеломленно выговорил он. — Дни расписаны буквально по минутам! Но зачем?

— Затем, чтобы… — Хорошо, что за таблицу для Милены я еще не принималась: сначала следовало собрать информацию. Я сделала глубокий вдох. В конце концов, я среди друзей. — Мне хотелось выяснить, когда именно Грег мог встречаться с этой женщиной. И как видите, — я взмахнула рукой в сторону таблицы, — он с ней не встречался. В таблице практически нет пробелов.

Я уставилась на собравшихся. Никто не улыбался и не кивал.

— Значит, произошло нечто совсем другое, — зловещим тоном продолжала я, слушая, как мои слова падают в тишину. — Что-то страшное. Я думаю, его убили.

Стало так тихо, что казалось, мы услышим, как упадет булавка.

— Дай-ка я налью тебе вина, — наконец спохватился Джо и отобрал бутылку у Фергюса.

— Спасибо, не надо. Я же вижу: все вы считаете, что я спятила.

— Нет! — поспешил заверить Фергюс. — Мы думаем, что ты… — он помолчал, подыскивая верное слово, — всецело предана мужу, — заключил он.

— Я испекла торт, — объявила Мэри, прерывая неловкую паузу. — Резать уже пора?

Все разразились преувеличенно радостными возгласами, я задула символическую свечку на кофейном бисквите с грецкими орехами и взялась за нож.

— Если мы услышим, как нож звякнет о тарелку, — плохая примета, — предостерегла Ди, и как раз в эту секунду раздался отчетливый стук по фарфору.

Джо бросил в сторону Ди многозначительный и недовольный взгляд и обнял меня за плечи.

— Отныне пусть все приметы будут для тебя добрыми, — пожелал он, целуя меня в макушку.

— Ты думаешь, я свихнулась?

— Не свихнулась. Просто горюешь.

— Познакомься с Дэном, — вмешалась Гвен, подходя ко мне. — Дэн, это Элли.

Дэн был рослым и широкоплечим, с негромким рокочущим голосом. Мне сразу понравилось, как он смотрел на Гвен.

— Джош хочет прямо сейчас запустить фейерверки, — сообщила Гвен, взяв меня под руку. — Пойдем посмотрим, а потом отправим всех по домам, ладно?

— Ладно, — согласилась я, вдруг ощутив страшную усталость, будто силы покинули меня разом. И кроме того, меня охватило чувство одиночества — более острое теперь, чем в те минуты, когда я действительно оставалась одна.

До постели я добралась в третьем часу ночи, но это не имело значения, потому что наступала суббота. В мои планы, если это можно назвать планами, входило проспать сколько получится, проснуться и снова заснуть. Если я и выползу из постели, то лишь затем, чтобы перекусить и снова впасть в спячку. Но осуществить свой замысел мне не удалось: меня разбудил звонок в дверь. Набросив халат, я поспешила вниз, бормоча все известные мне бранные слова. Распахнув дверь, я увидела Фергюса.

— Разбудил? — спросил он.

Я еще не успела толком проснуться.

— А который теперь час?

— Пора завтракать, — сообщил он. — Можно мне войти?

Я чуть было не выпалила «нет», но посторонилась, вернулась наверх, приняла душ и натянула джинсы. Выбрав старую теплую футболку Грега, я нашарила под кроватью шлепанцы. По дому уже распространился аромат кофе.

Спустившись на кухню, я увидела, что Фергюс расчистил место на столе и расставляет кружки и тарелки.

— Я нашел в морозилке булочки, — сообщил он. — И разморозил их. Или тебе яичницу с беконом?

— Мне и булочку не хочется, — ответила я.

— Захочется. — Он вынул из микроволновки булочку, намазал ее маслом и малиновым джемом, положил на десертную тарелку и поставил передо мной. Потом налил кофе мне и себе и устроился за столом напротив меня. — Мы тут посовещались…

— Кто это «мы»?

— Обычные подозреваемые: мы с Гвен и Джо с Мэри. Мне поручили поговорить с тобой.

— Из-за той таблицы, да? Напрасно я не убрала ее с глаз долой.

— Мы плохо заботились о тебе, — заявил Фергюс.

— Все вы только и делали, что окружали меня заботой, — возразила я. — Устроили вечеринку в день моего рождения, приглашали меня в гости. Думаю, этого больше чем достаточно.

— Отказ я не приму, — сообщил Фергюс.

— Кто это решил?

— Мы вместе с Гвен, Джо, Мэри и остальными.

— После вечеринки успели?

— Отчасти — да, но сама идея возникла раньше.

— Могли бы просто поговорить со мной. Ну выкладывай: что вы задумали?

— План заключается в том, чтобы сначала убедить тебя съесть булку, а потом пройтись с тобой по всему дому.

Я жевала булочку, чувствуя себя наказанным ребенком.

— Умница, — спустя некоторое время удовлетворенно заявил Фергюс. — А теперь идем наверх.

Поднимаясь по лестнице вместе с ним, я думала о том, что потратила несколько дней, улаживая свои дела, разбирая вещи Грега, приводя дом в порядок. Но теперь, попытавшись увидеть спальню, чулан и свободную комнату глазами Фергюса, я была вынуждена признать, что дом стал захламленным и неопрятным. В спальне кучей лежала одежда Грега. В свободной комнате громоздились папки, стопки бумаг и книги.

— Понимаю, выглядит неряшливо, — сказала я, — но я как раз сейчас разбираю вещи.

Добавить мне было нечего: не могла же я заявить в свое оправдание, что запустила дом по единственной причине — потому что наводила порядок в офисе Милены Ливингстоун!

— Ничего, — откликнулся Фергюс, — мои осведомители мне уже рассказали.

— Кто? Ручаюсь, это Мэри проболталась.

— Речь не об этом. Если хочешь, могу объяснить, в чем заключается наш план.

— Какой план?

— Ты сегодня никуда не уходишь?

— Пока не решила.

— Вот и хорошо. Жди гостей. Думаю, ты их узнаешь. Они тебе помогут. Кое-что можно сделать сразу, но мы бы не хотели навязывать тебе свои решения. Мы можем собрать все, что понадобится, увезти и рассортировать. Конечно, если ты нам доверишься.

— Это очень мило с вашей стороны, — ответила я. — Но я должна справиться с этим делом сама. Не хочу, чтобы Грега удаляли из моей жизни хирургическим путем. Хочу, чтобы меня окружали его вещи. Не обязательно кучами на полу.

— Не в этом суть. Мы просто хотим помочь тебе. Если мы вторгаемся в твою личную жизнь, если ты не хочешь, чтобы мы лезли не в свое дело, только скажи, и мы оставим тебя в покое.

— Мне нечего скрывать от своих друзей. Для этого уже слишком поздно. Но все равно мне неловко.

— Напрасно, — покачал головой Фергюс. — Разреши нам хоть что-нибудь сделать для тебя.

Час спустя прибыли Джо, Гвен и Мэри. Я призналась, что чувствую себя хуже некуда: ведь у них выходной. А как же семьи, обязательства перед ними?

Джо дружески подтолкнул меня в бок.

— Не все так плохо. Считай, что просто пришло время сделать в доме косметический ремонт и что мы взялись переклеить обои.

— Хотите, чтобы я показала вам, где что лежит? — спросила я.

— Если мы и хотим чего-нибудь, — вступила в разговор Гвен, — так это чтобы ты прошлась по магазинам, съездила в бассейн, побаловала себя еще чем-нибудь, а тем временем мы здесь все переберем, кое-что сложим в коробки и увезем. Через пару дней мы привезем их обратно.

На минуту я задумалась.

— Следовало бы отказаться или хотя бы рассердиться, но если бы вы знали, насколько легче мне стало!

— В таком случае иди развлекайся, — скомандовала Мэри, и я подчинилась, но прежде украдкой сунула себе в сумку заготовки таблицы для Милены.

Я поплавала в общественном бассейне, вымыла голову в душевой и переоделась в чистую одежду. Затем нашла тихое кафе, заказала чайник чаю и прочла газету. К тому времени, как я вернулась домой, там уже никого не было. Поспешив наверх, я замерла в изумлении: почти все разбросанные по дому вещи Грега исчезли, а оставшиеся были аккуратно разложены на полках в шкафу или на столе. Кто-то пропылесосил полы, заправил постель и выстирал накопившееся белье.

На следующее утро позвонил Джо. Он взял на себя сортировку вещей Грега, имевших отношение к работе, для чего увез их в офис. Личное имущество он обещал привезти позднее на неделе. Днем ко мне заскочила Гвен с кипой счетов и других домашних бумаг в папке. Она перебрала их, пересмотрела, разложила по порядку и составила список дел: кого обзвонить, какие счета оплатить, кому отправить письма. Я узнала в ней ту самую Гвен, которой притворялась в присутствии Фрэнсис. Но, конечно, признаться в этом настоящей Гвен я не могла.