Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн

Отперев ворота, Сол дружески обнял Натали.

– Все прошло хорошо? – спросил он.

– Замечательно, – кивнула она. – Симон Визенталь просил передать тебе привет.

– Он здоров?

– Для его возраста он находится в прекрасной форме.

– Симон смог указать тебе необходимые источники?

– Лучших и не придумать, – ответила Натали. – Он сам провел поиски. То, чего не оказалось в его собственном офисе, он попросил принести из различных венских библиотек и архивов своих служащих.

– Отлично, – улыбнулся Сол. – А остальное?

Натали указала на большой чемодан, лежавший на заднем сиденье машины:

– Он целиком набит фотокопиями. Это страшные вещи, Сол. Ты по-прежнему дважды в неделю ходишь в Яд-Вашем?

– Нет. – Он покачал головой. – Неподалеку отсюда есть одно место, которое строили поляки: Лохамей-ха-Гетаот.

– Это то же, что и Яд-Вашем?

– Только более мелкого масштаба. Но этого достаточно – там есть имена и биографии людей. Проезжай, я закрою ворота.

Дом на вершине холма был очень большим. Натали миновала его, не съезжая с дороги, спустилась по южному склону и притормозила у небольшого бунгало рядом с апельсиновой рощей. Вид отсюда открывался потрясающий. К западу, за обработанными полями, раскинулись песчаные дюны, развалины древних зданий и зубчатые волнорезы синего Средиземного моря. К югу, мерцая в знойном мареве, вздымались покрытые лесом скалы Натаньи. На восток убегала целая череда холмов и благоухающая апельсинами долина Шарон. К северу, за крепостями, которые считались древними даже во времена Соломона, и зеленым гребнем горы Кармель, лежала Хайфа с ее узкими улочками, вымощенными умытым дождем булыжником. Натали ощутила ни с чем не сравнимую радость оттого, что вернулась сюда.

Сол придержал дверь, пока она вносила сумки. В маленьком коттедже ничего не изменилось с тех пор, как она покинула его восемь дней назад: небольшая кухня, объединенная со столовой, образовывала одну длинную комнату с камином, вокруг скромного деревянного стола стояли четыре стула, беленые стены утопали в жарком солнечном свете, лившемся через два окна. Помимо этой гостиной, в доме имелись две спальни. Натали отнесла сумки к себе в комнату, бросила их на широкую кровать и обратила внимание на свежие цветы в белой вазе на ее ночном столике.

Когда она вернулась на кухню, Сол варил кофе.

– Хорошо съездила? – спросил он. – Без проблем?

– Да. – Натали положила одну из папок на грубо отесанную поверхность стола. – Похоже, Сара Хэпшоу увидит все те места, где никогда не бывала Натали Престон, – рассмеялась она.

Сол кивнул и поставил перед ней большую белую чашку с густым черным кофе.

– Здесь тоже ничего не происходило? – поинтересовалась Натали.

– Нет, – откликнулся Сол. – Ничего и не могло произойти.

Она положила себе сахар и только теперь поняла, насколько устала. Сидя напротив, Сол протянул руку и ободряюще похлопал ее по плечу. Несмотря на его худое, покрытое морщинами лицо, Натали подумала, что сейчас он выглядит гораздо моложе, чем с бородой. Всего три месяца прошло, а кажется, целое столетие.

– Есть новые сведения от Джека, – произнес он. – Не хочешь прогуляться?

Она бросила взгляд на недопитый кофе.

– А ты возьми чашку с собой, – предложил Сол. – Мы пойдем к ипподрому.

Он встал и на минуту удалился в свою спальню. Вернулся он в свободной рубашке навыпуск, которая не смогла полностью скрыть выпирающую кобуру, засунутую за ремень, с пистолетом сорок пятого калибра.

Они двинулись по склону на запад, мимо изгородей и апельсиновых рощ, туда, где песчаные дюны подползали к обработанным полям и зеленым лужайкам частных вилл. Сол перешел на акведук, который вздымался на двадцать футов над песком и простирался на многие мили по направлению к груде развалин и новым строениям, видневшимся на побережье. Юноша в белой рубашке, крича и размахивая руками, бросился к ним, но Сол что-то тихо сказал ему на иврите, тот кивнул и отошел. Сол и Натали двинулись дальше по грубому покрытию акведука.

– Что ты ему сказал? – поинтересовалась она.

– Я упомянул, что знаком с Фровой, Ави-Йоном и Негевом, – пояснил он. – Все трое занимались здесь раскопками, начиная с пятидесятых годов.

– И все?

– Да. – Он остановился и огляделся.

Справа от них синело море, а впереди, на расстоянии мили, в солнечном свете купалось целое скопление белых новых домов.

– Когда ты рассказывал мне о своем доме, я представляла себе хижину в пустыне, – сказала Натали.

– Так оно и было, когда я приехал сюда сразу после войны. Сначала мы строили и расширяли кибуцы Гааш, Кфар-Виткин и Мааган-Михаэль. А после Войны за независимость Давид и Ребекка обосновали здесь свою ферму…

– Это же настоящее поместье! – воскликнула Натали.

Сол улыбнулся и допил остатки кофе.

– Поместье – это место обитания барона Ротшильда. Теперь там расположен пятизвездочный отель «Дан Кесария».

– Мне нравятся эти развалины, – призналась Натали. – Акведук, театр, город крестоносцев – все такое древнее.

Сол кивнул:

– Когда я жил в Америке, мне очень недоставало этих временных слоев разных эпох.

Натали сняла с плеча красную сумку и положила в нее пустые кофейные чашки, предварительно аккуратно завернув их в полотенце.

– Я скучаю по Америке, – вздохнула она и, обхватив руками колени, взглянула на море песка, расстилавшееся внизу. – Мне кажется, я скучаю по Америке, – поправилась она. – Эти последние дни был сплошной кошмар…

Сол ничего не ответил, и в течение нескольких минут оба сидели молча.

Первой заговорила Натали:

– Интересно, кто был на похоронах Роба?

Сол искоса взглянул на нее, и солнечный свет отразился от стекол его очков.

– Джек Коэн написал, что шерифа Джентри похоронили на чарлстонском кладбище в присутствии представителей местной полиции и нескольких местных агентств.

– Нет, я имела в виду близких ему людей. Присутствовали ли там члены семьи? Его приятель Дэрил Микс? Кто-нибудь из тех… кто любил его? – Она умолкла.

– Это было бы безумием, если бы ты отправилась туда, – тихо промолвил он после паузы. – Они бы тебя узнали. Кроме того, ты все равно не могла этого сделать. Врачи в иерусалимской больнице сказали, что у тебя был очень тяжелый перелом. – Сол с улыбкой глянул на девушку. – А сегодня я что-то не замечаю, чтобы ты хромала.

– Да. – Натали улыбнулась в ответ. – Нога стала гораздо лучше. – И, переводя разговор на другую тему, тряхнула головой. – О’кей, так с чего начнем?

– Мне кажется, у Джека довольно интересные новости, но сначала я бы хотел все узнать о Вене.

Натали кивнула:

– Регистрационные книги отеля «Империал» подтвердили, что они были там – мисс Мелани Фуллер и Нина Хокинс, это девичья фамилия Дрейтон, – в тысяча девятьсот двадцать пятом, двадцать шестом и двадцать седьмом годах. А в отеле «Метрополь» – в тридцать третьем, тридцать четвертом и тридцать пятом. Они могли ездить в Вену еще несколько раз, останавливаясь в других отелях, архивы которых пропали во время войны или по разным другим причинам. Мистер Визенталь продолжает поиски.

– А фон Борхерт? – осведомился Сол.

– Записей в регистрационных книгах нет, но Визенталь подтвердил, что Вильгельм фон Борхерт с двадцать второго по двадцать девятый год арендовал небольшую виллу в Перхтольдсдорфе, неподалеку от города. Она была разрушена после войны.

– А относительно… другого? – спросил Сол. – Убийств?

– Обычный набор уличной преступности, политические убийства, убийства на почве ревности и так далее. Потом, летом двадцать пятого года, три странных, необъяснимых случая. Двое аристократов и известная светская львица убиты своими знакомыми. Во всех трех случаях у преступников не было ни мотивов, ни алиби, ни каких-либо предлогов. Газеты назвали это «летним помешательством», поскольку убийцы клялись, что не помнят, как совершали свои преступления. Все трое были признаны вменяемыми и виновными. Один казнен, второй покончил с собой, а женщину отправили в сумасшедший дом, где она через неделю утопилась в пруду.