Серебряный филин - Сергей Аникин

— Прощай! — взмахнув топором и отсекая ей голову, закричал он.

Её голова отлетела и покатилась, как мяч, под ней образовалась лужа крови.

Он схватил ковёр и начал всё её отрубленное тело закатывать в него. Как только закрутил в ковёр, он взвалил её на плечо и, выйдя на улицу, погрузил в багажник. Затем вернулся в дом, перенёс тело Владимира в зал и начал его заворачивать в ковёр. Завернув, он погрузил и его. Достав из багажника канистру с бензином, он начал ходить по дому, разливая её. Разлив полканистры, он зажёг спичку и бросил на пол. Спичка мгновенно всё воспламенила: языки пламени побежали, охватывая пол, стены и потолок дома. Вячеслав покинул дом. Он развернулся и поехал по дороге. Лишь видел в зеркало заднего вида, как из окна вылетела охваченная огненным коконом газовая плита и прогремел взрыв, горящая крыша упала вовнутрь, из окон вылетели фонтаны пламени. Он выехал на дорогу и поехал прямо, включив дальний свет фар. На улице уже начало светать, и он прибавил газу, чтобы успеть до утра. Разогнав машину до двухсот километров, он давил педаль газа в пол. Мотор ревел, точно дикий зверь. Затем он увидел впереди огороженное кладбище и сбавил скорость. Заехав на усыпанную снегом дорогу, он проехал ещё метров сто, а потом достал из багажника стальную лопату с морковной ручкой. Он принялся копать, втыкая на штык. Прошёл час, как он весь вспотел и выкопал могилу длиной два метра, шириной метр и глубиной полтора, а после он вытащил сначала труп Лилии и бросил его в яму, а потом труп Владимира.

— Желаю счастья, голубки! — ехидно произнёс он.

И принялся закапывать могилу. Он накидал сначала обмороженную, как камень, землю вперемешку с глиной, а после ещё и засыпал снегом. Сел за руль и поехал домой. Он быстро выехал на дорогу и тут неожиданно увидел, что его картина с филинами лежит на заднем сиденье. Он чуть не выпустил руль из рук, из картины вылетел филин и присел на приборную панель.

— Я всё сделал, как вы мне велели, — сказал он.

Филин поднял свой огненный взгляд на Вячеслава и посмотрел на него, не сказав ни слова. Он взмахнул крыльями и влетел снова в картину, и она тут же исчезла, будто её и не было.

Вячеслав давил педаль газа, чтобы быстро приехать домой. Наконец он уже подъезжал к дому и выключил фары. Подъехав, он заглушил двигатель. Зашёл в дом и пошёл в ванну. В ванной он вымыл лицо и руки и принялся набирать горячую воду. Пока вода набиралась, он закурил сигарету. Дым начал виться змеёй по ванной комнате. И как только он докурил и затушил окурок, вдруг перед ним из ванны начала вставать прозрачная фигура женщины. Он не знал, что делать, и смотрел на неё, точно приклеенный. Она возвышалась перед ним и полностью встала, всё её тело было прозрачное, точно призрачная душа кого-то из жертв пришла за ним, чтобы утащить его в ад к дьявольскому огню. Он не ошибся: лицо у видения было Лилии. Но оно было изрезано, в шрамах, точно хирург по пластике лица начал свою работу и не закончил её, бросил на полпути. Глаза были точно две голубоватые ледышки.

— Я пришла за тобой, — сообщила она своим тяжёлым голосом.

Она подняла руки вверх, и они начали, разлагаясь, падать в ванну, превращаясь в горячую воду. Она набрала воздуха в грудь, он даже увидел её прозрачные лёгкие, и начала дуть. Из её прогнившего рта и гниющей челюсти вылетела вода, точно из брандспойта. Затем она ещё шире открыла надгробие своего рта, и фонтан воды выбил из ванны Вячеслава. Он вылетел из ванны, точно пробка из бутылки шампанского, и полетел, спиной разбил окно. Он пролетел ещё несколько метров и упал в колодец во дворе. Он упал на сырую землю и неожиданно встал на дне колодца. Внутри от округлых бетонных стен воняло болотом, фекалиями, тиной и сточной водой. Его рвотный рефлекс подошёл к горлу, но он сглотнул. Эта вонь держалась в отвесных металлических стенах, как запах остывшего дыма держится в обоях квартиры заядлого курильщика. Он увидел перед собой ободранные стены, голые и исцарапанные, точно до него легионы пленников пытались ногтями уцепиться за них, цепляясь за единственную надежду выбраться наверх. И тут перед ним появился мешок и начал подниматься, затем мешок растворился, и появился Миша. Затем появилась могила, и из могилы поднялись Наталия и Владимир. И мгновенно появилась и распахнулась туалетная кабинка, и там стоял панк. Все мертвецы взялись за руки, оторвались от земли на метр и начали по воздуху наступать, сужая круг. Он проснулся в горячем поту.

Вячеслав пошёл в душ и долго стоял под горячей водой. У него перехватило дыхание: точно кость остриём впилась в горло, он не мог ничего сказать, дыхание давалось ему с каждой секундой всё сложнее и сложнее. Сердце начало молотить, как отбойник, выпрыгивая из груди. Лоб вспотел, и капли повисли на лбу, точно плоды спелых ягод на ветке. Глазные яблоки расширялись, в них вспыхнул страх. Удары сердца учащались, отдаваясь в горле, вспотевших висках и ушах. Ушные перепонки будто уже вот-вот лопнут, потому что филин взмахнул крыльями во второй раз, и этот свист взмаха точно хлопнул по ушам со всего размаха. Затем филин остановился около его лица и завис в воздухе, точно перед его когтями была какая-то невидимая ветка, на которую он сел, опустив свои серебряные крылья.

— Ты обязан убить всю семью, потому что они смеются над тобой, — властным голосом произнёс Филин.

У Вячеслава сердце заколотилось ещё сильнее, когда он увидел, как клюв филина открывается и закрывается.

— Жена и дети считают тебя бездарностью, а ты талантливый художник. Она держит тебя под каблуком, постоянно унижает на глазах у твоих детей. Я подкину тебе идеи и помогу нарисовать целую галерею картин.

Вячеслав стоял и слушал, не отрывая испуганного взгляда от филина.

— Подумай сам, чего ты хочешь. Славы? Денег? Я дам тебе всё, только уничтожь нечисть в своём доме! — как чревовещатель произнёс филин.

После он взмахнул крыльями и улетел на крышу и остановился на ней, замерев, как памятник. Сердце сбавило ход. Голова перестала болеть, он почувствовал в организме новый прилив сил. Затем он открыл автомобиль и достал из багажника флакон с хлороформом, налил его на белоснежную ветошь и отправился в дом. Внутри он зашёл в спальню и