Сизовград - Владислав Белик

– Правильно. Один раз он еле дополз до дома, истерзанный собаками. Мы отвезли его к ветеринару, где он умер.

– Как умер? Он же вот тут, лежит перед нами на полу.

– Да, лежит, но тогда он умер. Нам дали белый сверток и мы ушли оттуда как можно скорее. Сидя на лавочке, я попросила этот сверток, чтобы проститься с Пушистиком. Но как только он оказался в моих руках, кот ожил. Его все раны затянулись.

– Ты мне рассказываешь какой-то бред. Ты можешь воскрешать животных? – Коломов подорвался с кровати.

– Видимо, да. Я не знаю, как это у меня получилось, – говорила девушка.

– Бред какой-то. Извини, но я не верю, – сказал Коломов.

София разозлилась и приказала коту кусать Лешу, пока она не скажет «хватит». Кот подчинился, и теперь по комнате бегал Коломов от бешеного кота. Софию эта ситуация позабавила. Леша просил остановить его, но девушка молчала.

– Пока ты не примешь хотя бы то, что я могу управлять котом – твои ноги будут все в шрамах.

– Принимаю я, честно. Скажи, чтобы он прекратил. – Леша отбивался от кота подушкой.

Софа приказала коту остановиться.

– Спасибо. Если ты уверена в том, что можешь воскрешать мертвых, то давай проведем эксперимент. Завтра найдем для тебя жертву, и ты ее воскресишь. – Леша положил подушку на место.

– Меня посадили под домашний арест, – печально сказала Софа.

Коломов сел на кровать и задумался. Софа обняла его и опустила голову ему на плечо.

– Придумал. У нас недалеко от школы есть болото. Там много всяких тварей обитают. Тебя же в школу пустят?

– Конечно пустят.

– Тогда и проверим. Если честно, то, что ты мне рассказала, вызывает у меня дрожь. Если все так, как ты говоришь… У тебя в руках безграничная власть, Соф. Только представь: больше нет медицины, ты, одним прикосновением, возвращаешь к жизни людей, – философствовал Коломов.

– Да, но давай дождемся проверки. Я сама начинаю сомневаться в этом. Это очень страшно.

Ребята легли вместе на кровать. София закрыла глаза и почти сразу уснула. Коломов еще ворочался, но через пятнадцать минут спал мертвым сном.

***

Отделение полиции был переполнено людьми. Как только открылись двери – все повалили как ненормальные. Из кабинета в кабинет бегала женщина лет сорока с длинными белоснежными волосами. Пальто ее развевалось, а сумка болталась то влево то вправо. Забежав по лестнице на второй этаж, она открыла кабинет номер двадцать один.

– Вас не учили стучаться? – грозно спросил майор Синицын.

– Простите меня, пожалуйста. Мне нужен следователь Синицын. Очень срочно, – быстро и жалостливо говорила женщина.

– Что произошло? Я Синицын. Садитесь и вкратце мне объясняйте. Дел много, так что долго я вас не послушаю, – майор указал на стул.

Женщина быстро села и начала:

– Меня зовут Елена Степановна Бонифеева. Вчера моя дочка не вернулась домой. Я обзвонила все морги, больницы, подруг, друзей, по крайней мере тех, кого знала. Ни у кого ее нет. Мне очень страшно. Я не хочу потерять свою единственную дочку. Сделайте что-нибудь. Я вас умоляю. Мне без нее жизни нет…

– Хватит! – закричал Синицын. – Начнем с того, что вы можете обратиться за помощью спустя трое суток с момента исчезновения. И во-вторых, пока не нужно переживать. Может она действительно у кого-то задержалась. У вас с дочерью были разногласия? Она могла уйти из дома на ночь, например, и ничего вам не сказать?

– Бывали такие случаи. Не спорю, мы с ней не идеально живем. Но тем не менее. По городу маньяк ходит и сдирает с людей кожу, – говорила женщина, смотря на Синицына.

– Так зачем вы ее отпустили на улицу, если знаете о маньяке? Вы в своем уме, мамочка?

– Я ее не отпускала. Я была на работе, прихожу домой, а ее нет! – Елена начала плакать.

– Значит, нужно было воспитывать свою дочь, чтобы такого безобразия не было! Лучше принесите мне ее биоматериал, на всякий случай. Там, волосы или ногти.

– Вы еще одно тело нашли?! – разревелась мамаша.

– Успокойтесь! Альберт, дай ей воды! – говорил Синицын. – Тело мы нашли вчера утром, и никакого отношения к вашему ребенку оно не имеет! Вы же все прекрасно знаете! Наше городское СМИ растрезвонило по всему городу! Гребаные идиоты! Пугают все население!

Альберт поднес воды женщине. Она выпила залпом стакан.

– Оставьте ваш номер телефона. Если что-то произойдет – вам позвонят, а сейчас, придете домой и ищите ее биоматериал. Так будет вам спокойней, если он не совпадет с возможным будущим телом, и нам проще.

От услышанного женщина еще сильнее заревела. Синицын никогда не умел деликатно общаться с людьми.

– До свидания, – сказала женщина.

– Лучше говорить прощайте, чтобы в вашей жизни никогда не было таких моментов, из-за которых обращаются к нам.

Как только женщина вышла за дверь, Синицын закричал на весь кабинет:

– Какой идиот пустил человека внутрь здания?!

Он сорвал телефон и сразу набрал диспетчеру. Диспетчер рассказал о шумихе, что творится на первом этаже, по всей видимости, кто-то не уследил. Женщина сама прошла через турникет и побежала по кабинетам.

– Ладно, – Синицын немного успокоился. – Пригласите ко мне ту женщину, как ее… Кругову.

Синицын повесил трубку и обратился к Птенцову.

– Сравнительный анализ готов?

– Да, все совпадает, – грустно проговорил Альберт.

– Печально, что сказать. Вот бы найти этого ублюдка и обломать ему все рога. Содрать кожу живьем, как он сделал это с детьми.

Стук в дверь.

– Входите.

В кабинет зашла Екатерина Сергеевна. Выглядела она очень старой. Волосы поседели, появилось куча морщин на лице. Голову она завернула в платок, чтобы никто не видел ее седину. Она прихрамывала на одну ногу. Сев на стул напротив Синицына, женщина поинтересовалась, зачем ее вызвали. Лучик надежды блеснул в ее глазах. Синицыну стало не по себе. Он старался отвести взгляд. Майор собирался с мыслями и пытался в голове выстроить слова так, чтобы не сильно ранить женщину. Но как можно не ранить мать, дочь которой освежевали возле частных домов.

– Прошу меня извинить за такие слова… – начал майор. Екатерина Сергеевна сразу заплакала. Уже вторая женщина за последние десять минут плачет в его кабинете. – Экспертиза подтвердила, что тело, найденное вчера – ваша дочь.

Екатерина Сергеевна сняла платок с головы, обнажив свои седые волосы, и поднесла его к лицу. Она вытирала слезы, которые ручьем лились из ее красных, не спавших глаз.

– Когда я смогу забрать ее? – спросила Екатерина.

– Не нужно вам смотреть на нее. Лучше пришлите к нам человека, оказывающего ритуальные услуги, а мы обо всем позаботимся.

– Там все так плохо?

– Очень, Екатерина Сергеевна. Лучше вам этого не видеть.

Птенцов подумал про себя, какая же мразь Синицын, но он и понятия не имел, как долго тот подбирал слова, сказанные Екатерине Сергеевне. Альберт подошел к женщине и обнял ее. Екатерина Сергеевна плакала не переставая. Синицын наблюдал за всем происходящим и жалел, что в нем нет ни