Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн

– Что это означает, черт побери?

– Кто-то пропорол шины их грузовика, – пояснил Кеплер.

Хэрод рассмеялся:

– Почему же они не последовали дальше пешком?

Джозеф откинулся на спинку кресла и сложил руки на плоском животе.

– Во-первых, потому, что Золотая бригада целиком состоит из белых и они решили, что привлекут к себе слишком много внимания. Во-вторых, им было приказано не покидать грузовик.

– Почему?

Кеплер едва заметно улыбнулся:

– Неблагоприятные районы. Колбен и остальные опасаются, что машина может быть разграблена.

Хэрод разразился хохотом, потом, немного успокоившись, спросил:

– Кстати, а где малыш Чак?

Кеплер кивнул на передатчик, стоявший у северной стены кабинета. Из него доносился фоновый шум и обрывки разговоров.

– Он наверху, в вертолете.

– Понятно. – Хэрод тоже сложил руки и усмехнулся. – Хотел бы я посмотреть, как выглядит этот шериф.

Кеплер включил переговорное устройство и что-то произнес. Через тридцать секунд на экране монитора появился Джентри с компанией. Хотя изображение было окрашено в зеленовато-белые тона, Хэрод различил грузного человека в окружении молодых негров. Внизу экрана мерцали цифры, коды и время записи.

– Я с ним еще встречусь, – прошептал Хэрод.

– Одна из бригад уже отправилась на поиски пешком, – заметил Кеплер. – И мы почти уверены, что вся компания вернется в общинный дом, где обычно банда и собирается.

Внезапно заработало переговорное устройство, и оттуда послышался возбужденный голос Чарльза Колбена:

– Красный лидер – Замку. Красный лидер – Замку. У нас пожар на улице возле ОД-один. Повторяю, у нас… нет… два источника возгорания на улице возле ОД-один.

– Что такое ОД-один? – спросила Мария Чэнь.

– Общинный дом. – Кеплер переключал каналы на мониторе. – Большой старый дом, о котором я только что говорил, там находится штаб банды. Чарльз называет его Осиной Дырой – один.

На экране показалось пламя, полыхавшее на расстоянии в полквартала. Камера, вероятно, находилась в машине, припаркованной неподалеку. Было видно, как возле дома толпятся темные фигуры, грозно потрясая оружием.

– Прием, Красный лидер. Говорит Зеленая бригада от ОД-один, – раздался незнакомый голос. – Признаков вторжения не наблюдается.

– Черт побери! – снова заорал Колбен. – Возьмите Желтых и Серых и окружите район. Багряный, у вас с севера никого не видно?

– Нет, Красный лидер.

– Замок, вы записываете происходящее?

– Да, Красный лидер, – послышался усталый голос агента из контрольного помещения трейлера.

– Возьмите фургон СП, которым мы пользовались вчера, и потушите пожар, пока в это дело не вмешались городские власти.

– Есть, Красный лидер.

– Что такое фургон СП? – поинтересовался Хэрод.

– Фургон «скорой помощи». Колбен переправил его из Нью-Йорка. Это одна из причин, почему операция обходится в двести тысяч долларов в день.

Хэрод покачал головой:

– Сотня федеральных легавых, вертолет, фургон «скорой помощи»… И все ради того, чтобы загнать двух стариков, у которых и зубов-то не осталось.

– Может, и не осталось, – отозвался Кеплер, кладя ноги на стол Колбена и устраиваясь поудобнее, – но по крайней мере один из них все еще здорово кусается.

Хэрод и Мария Чэнь откинулись на спинки кресел, приготовившись смотреть представление.

Во вторник утром на девять часов Колбен назначил конференцию, которая должна была состояться в пяти тысячах футов над землей. Хэрод не преминул продемонстрировать свое отвращение к этому мероприятию, но в вертолет все же залез. Кеплер и Мария Чэнь, все еще разгоряченные после своей шестимильной пробежки вокруг «Каштановых холмов», обменялись улыбками. Ричард Хейнс устроился в кресле второго пилота, а нейтрал Колбена был абсолютно непроницаем за толстыми стеклами очков. Когда вертолет взмыл вверх, взяв курс на юг к реке и парку Фермонт, Колбен развернулся в своем откидном кресле и обратился к троице, сидевшей сзади:

– Нам до сих пор неизвестно, из-за чего вчера разгорелась драка и почему они начали стрелять друг в друга. Возможно, каким-то образом в этом замешаны Вилли и эта старая шлюха. Но решать – дело Барента. Пока нам дан зеленый свет. Операция продолжается.

– Отлично, – ухмыльнулся Хэрод. – Что до меня, то я сваливаю отсюда сегодня вечером.

– Исключено, – сказал Колбен. – У нас осталось сорок восемь часов, чтобы отыскать твоего друга Вилли. А затем мы переключимся на эту суку Фуллер.

– Вы даже не знаете, здесь ли Вилли, – заметил Хэрод. – Лично я продолжаю считать, что он мертв.

Колбен покачал головой и погрозил Хэроду пальцем:

– Ты так не считаешь. Тебе известно не хуже, чем нам, что этот сукин сын где-то здесь и что он что-то затевает. Мы не уверены, работает Фуллер с ним или нет, но к утру четверга это уже не будет иметь никакого значения.

– А к чему ждать так долго? – осведомился Кеплер. – Хэрод здесь. Ваши люди на месте.

Колбен пожал плечами:

– Барент хочет использовать еврея. Если Вилли заглотнет наживку, мы тут же начнем действовать. Если нет – ликвидируем еврея, прикончим старуху и тогда поглядим, что из этого получится.

– Какого еще еврея? – спросил Тони Хэрод.

– Одна из старых пешек твоего дружка Вилли, – ответил Колбен. – Барент провел с ним соответствующую обработку, а теперь хочет натравить его на этого фрица.

– Хватит называть его моим дружком! – рявкнул Хэрод.

– Конечно-конечно, – откликнулся Колбен. – Твой шеф. Так тебя больше устроит?

– Эй вы, заткнитесь оба! – попросил Кеплер. – Объясни Тони план действий.

Колбен наклонился и что-то сказал пилоту. Вертолет завис на высоте пять тысяч футов над серо-коричневым геометрическим рисунком Джермантауна.

– В четверг утром мы заблокируем весь город, – произнес Колбен. – Чтобы ни одна душа не вошла и не вышла. Более точно определим местонахождение Фуллер. Ночи она обычно проводит в этой Ропщущей Обители на Джермантаун-стрит. Хейнс возглавит тактическую бригаду и возьмет дом штурмом. Агенты позаботятся о Бишоп и о парне, которого она Использует. Так что остается одна Мелани Фуллер. Она полностью в твоем распоряжении, Тони.

Хэрод сложил на груди руки и посмотрел вниз на пустые улицы:

– И что?

– Ты ликвидируешь ее.

– Всего-то?

– Да, всего-то. Барент говорит, что ты можешь Использовать кого угодно. Но ею придется заняться тебе.

– Почему мне?

– Твой вклад, Тони.

– Мне казалось, вы захотите ее допросить.

– Мы обдумаем эту возможность, – заметил Кеплер, – но мистер Барент считает, что гораздо важнее ее нейтрализовать. Наша главная цель – выманить из укрытия старика.

Хэрод погрыз ноготь и снова взглянул вниз на крыши домов.

– А что, если мне не удастся… ликвидировать ее?

Колбен улыбнулся:

– Тогда мы ее заберем, а в Клубе по-прежнему останется вакантное место. Это не разобьет никому сердца, Тони.

– Но пока мы еще можем испытать еврея, – добавил Кеплер. – Мы не знаем, к чему это приведет.

– Когда приземлится эта штука? – спросил Хэрод.

Колбен посмотрел на часы:

– Операция уже началась. – Он сделал знак пилоту, чтобы тот опустился пониже. – Хотите взглянуть?

Глава 28

Мелани

Уик-энд прошел тихо.

В воскресенье Энн приготовила для нас очень вкусный обед. Фаршированные свиные отбивные удались на славу, но овощи она немного перетушила. Пока мы с Энн пили чай из ее лучших фарфоровых чашек, Винсент убрал со стола. Я вспомнила о своем веджвуде, который пылится в Чарлстоне, и меня захлестнула ностальгия по дому.

В тот вечер я слишком устала, чтобы отправлять куда-нибудь Винсента, хотя меня и мучило любопытство насчет той фотографии. Но нет дел, которые не могли бы подождать. Гораздо важнее были голоса в детской. С каждым днем они становились все отчетливее, уже почти достигнув той границы, когда можно различить слова. Накануне вечером, искупав Винсента перед тем, как лечь спать, я смогла выделить в общем шепоте голоса детей. По меньшей мере их было трое – мальчик и две девочки. Я не видела ничего удивительного в том, что в детской старинного дома звучали детские голоса.