Брижит Обер - Укус мрака

– О чем вы думаете, моя пригожая дама?

– О моем сухом мартини, – ответила Рут с гримаской, достойной Скарлетт О'Хара.

Кетер обнажил свои безупречные искусственные зубы и приподнял бровь.

– Я предчувствую, Рут, что это будет волшебный вечер.

– Неужели вы думаете, что в этом бардаке его можно будет найти? – проворчал Уилкокс, уступая дорогу чете жирных толстяков, нагруженных хот-догами, за которыми с плачем плелись пятеро жирных мальчуганов с набитыми сосисками ртами.

– Мы даже не знаем, здесь ли он, – продолжал Уилкокс. – Он мог где угодно выйти из трамвая.

С того самого момента, как они вошли в парк, наводненный туристами, Уилкокс чувствовал, что его настроение все ухудшается и становится похожим на грозовое небо.

– Герби, помолчи хоть немного! – взмолилась Саманта. – Ты как старый барбос, которого согнали с любимого кресла! Ведь сам же говорил, что восемьдесят процентов за то, что Лори укрылся именно здесь.

Уилкокс гневно взглянул на Саманту:

– Это было до того, как мне в сотый раз отдавили ноги.

Она улыбнулась и легко поцеловала его в губы.

– Старый медведь. А ты не думаешь, что я больше тебя заслуживаю сострадания, если вспомнить о моем отвращении к толпе?

– Ты лечилась и получила свидетельство, что все прошло. А я ревниво берегу свои неврозы. И мне уже тошно.

К ним подошел Хейс, с его пальцев стекал кетчуп.

– Эти поганые бургеры южан текут со всех сторон. Держите. Ну, что?

– Ничего. Кроме трех или четырех тысяч четырнадцатилетних чернокожих парнишек, – отмахнулся Уилкокс, вгрызаясь в резиновый гамбургер.

– Ну будьте же хоть немного оптимистом, Герби. Радуйтесь зрелищу! – заметил Хейс, указывая на монгольфьер в форме сигары, красиво взлетающий в огнях прожекторов.

Лори задрал голову, наблюдая за подъемом шара.

– Оболочка из прочного нейлона, обработанного полиуретановым лаком, – объяснял голос за его спиной.

Он обернулся и увидел женщину лет тридцати, с наголо обритой головой, в комбинезоне, которая беседовала с каким-то типом с младенцем в рюкзачке-кенгурушке. Они обменялись еще несколькими словами, потом тип с младенцем ушел, а женщина подошла к палатке, перед которой огромный негр в розовой парке варил кофе. Из палатки вышла крупная женщина, и Лори подумал, что она очень похожа на актера Эррола Флинна. Эррол Флинн в вечернем платье и в оранжевом парике. И плохо выбритый. Наверняка ряженый статист, нанятый для развлечения публики.

– Я хочу знать правду, – сказала женщина, похожая на мужчину.

– Не тяни меня за яйца, – ответил мужчина, похожий на Эррола Флинна в женской ипостаси.

Лори отошел в тень. Сейчас начнется крутая перепалка.

– Бадди! – продолжала настаивать женщина. – Что же ты все-таки сделал с парнишкой?

– Изнасиловал, разрезал на куски и сжег их в горелке.

– Послушай-ка меня хорошенько! Первое: ты берешь с собой незнакомого пацана, возвращаешься один и просишь ничего не говорить фараонам… Второе: ты сбиваешься с пути и оказываешься в пятидесяти кэмэ от Лас-Вегаса. «Наврал вариометр… » Черт побери мою задницу, я сама его проверяла, твой вариометр… Так вот, я хочу знать, что у тебя там произошло! – заключила она, тыкая ему в грудь указательным пальцем.

Эррол Флинн вздохнул, ероша волосы парика.

– Сэнди, ты просто нудила. Что, совсем уже нет воображалки? Если я улетаю с парнем, а возвращаюсь один, и если допустить, что я не убил его и не выкинул из корзины, то остается предположить, что он решил продолжить свой путь самостоятельно, понятно?

– Но почему ты полетел в том направлении?

– Испортился вариометр.

– Иногда мне хочется придушить тебя, Бадди. Ты что, вконец уже засранный чертов педик?

– А ты – воплощение женственности и изысканных манер…

Женщина расхохоталась и ушла в палатку. «Засранный чертов педик» закурил сигарету и стал смотреть в небо.

Сердце Лори бешено забилось. Этот ряженый взял с собой в полет парнишку, долетел почти до Лас-Вегаса и вернулся один. И ничего не сказал копам. Это уже некоторый прогресс в поисках.

– Мистер…

Странный тип обернулся, выдохнув облачко дыма.

– Н-н-да?

– Я случайно слышал ваш разговор. Парень, которого вы взяли с собой, он блондин? Это потому, что я ищу моего приятеля, он исчез и…

– Кажется, это просто road movie…[15] – словно для самого себя, прошептал тип. – И во что же это вы играете с твоим корешем?

– Ни во что, просто… мне необходимо его разыскать.

– Что, и за тобой тоже гонятся убийцы? И что ты таскаешь в своей сумке? Атомную бомбу?

Лори напрягся. Джем выдумал, видимо, классную штуку.

– Где вы его высадили?

– Ведь слышал же, в Баркервилле, в пятидесяти кэмэ от Лас-Вегаса. Не хочешь ли случаем, чтобы я и тебя туда доставил?

– Это было бы суперздорово, – неуверенно подтвердил Лори.

– Ну, дает!

Тип разглядывал его с насмешкой.

– Как тебя зовут?

– Ло… э-э-э, Луи.

– Луи? А я Бадди, Ричи Бадди Коул. Смотри, у тебя на сумке таракан.

Все последующее случилось так быстро, что Бадди подумал, уж не снится ли ему это. Парнишка повернулся как ужаленный, швырнул сумку на землю и стал остервенело по ней прыгать; потом посмотрел вдаль, похоже, увидел там что-то жуткое и нырнул под «корвет».

Бадди вынул сигарету изо рта и глубоко вздохнул. В Альбукерке полно спятивших пацанов. Три человека вышли из аллей и, оживленно беседуя, прошли мимо него.

– Я уже сыт всем этим по горло. И так хватает всяких проблем, чтобы еще целыми часами гоняться за этими малолетними недотепами! – говорил мужчина индейского типа, низкорослый и коренастый как дерево.

– Мы должны найти их раньше, чем копы, – возразила хрупкая молодая рыжеволосая женщина в костюме горчичного цвета. – Им ведь грозит опасность, Герби.

– А нам тоже грозит опасность, да и всему миру грозит опасность, Сэм. Надо найти этих… этих тварей и уничтожить их.

Уничтожить этих двух пацанов? Бадди тихонько пошел за группой.

– Вся беда в том, что Джем и Лори думают, будто мы ловим их. Они не понимают, что нам известно о возобновлении всего этого, – заметил огромный негр в костюме цвета антрацита.

– Возобновлении чего?

– Вся беда в том, что мы, как идиоты, часами ходим по кругу, а мне нужно помочиться, выпить пива и завалиться спать, – старательно выговорил тип, которого называли Герби.

– Живые мертвецы, – заглушая смешок, пробормотал черный гигант. – Нет, разве я мог предполагать, что когда-нибудь столкнусь с зомби!

Зомби? Это что, теперь так по-новому называют хануриков? Или убийц?

– Представьте себе рожи всех этих людей, если им сказать, что, возможно, среди них бродят мертвецы.

Они повернули в ярко освещенную боковую аллею, и Бадди вернулся обратно.

«Среди них бродят мертвецы… » О чем все-таки говорили эти люди? Он подошел к своей машине и наклонился: подросток негр пропал.

И вот, во второй раз за день, он почувствовал, как что-то уперлось ему в ребра, что-то острое, очень похожее на лезвие ножа.

– Они ушли? – прошептал взволнованный юный голос.

– Да. Тебя не очень затруднит объяснить мне, что все-таки происходит? – спросил Бадди, стараясь сохранять спокойствие.

– Мне придется одолжить вашу машину. Постараюсь ее не испортить.

– Это очень любезно с твоей стороны… Ну а если я откажусь, ты всадишь мне в спину нож?

– Совершенно верно. Сожалею, но мне нужна эта машина.

– Ах так? А это очень нескромно – спросить, сколько тебе лет?

– Четырнадцать, но я умею водить, – уверенно солгал Лори.

– Прощай, моя верная колымага! А если ты убьешься на дороге, – продолжал Бадди, – кто же предупредит твоего друга?

– О чем предупредит? – озадаченно спросил Лори.

– О зомби, которые разгуливают среди нас.

– Так вы знаете?

Парень был так поражен, что давление лезвия опасно усилилось.

– Остынь, Лори, остынь!

– Откуда вы знаете мое имя?

Теперь в его голосе зазвучал панический страх, и Бадди поспешил пояснить:

– Они говорили о тебе и о твоем кореше, о Джеме и о Лори, а ты заявил, что тебя зовут Луи, ну, вот я и подумал, что Луи… Лори… Послушай, мне плевать, как тебя зовут. Забирай тачку и убирайся, о'кей?

– А что они еще сказали?

– Они говорили только об этом, как найти тебя и Джема, да еще о живых мертвецах. Ты ведь торгуешь наркотиками, да?

– Повторите мне слово в слово весь их разговор, ладно?

Бадди со вздохом покорился. Парнишка выглядел совсем чокнутым.

– Что такое, малыш? Ты потерялся?

Хилари наклонилась к маленькому мальчику в черном костюмчике, который шел, спотыкаясь, по темной аллее. Он поднял голову, и она слегка отстранилась. Он был таким бледным, с большими черными кругами под глазами, а губы были влажные и красные… Он улыбнулся, обнажив мелкие, очень острые и очень грязные зубы. И ко всему, от него плохо пахло, очень плохо пахло, а его костюмчик был заляпан грязью и чем-то еще. А кожа… Какая жуткая у него кожа… бледная, с синюшными пятнами… и толстый рубец вокруг шеи: казалось, что в ране еще торчат нитки… Мальчик молча ее разглядывал, помахивая мешочком с чем-то белым. Может быть, с бутербродом?