Кей Хупер - Кровавые узы

Интересно…

Было почти десять часов вечера, когда Миранда вышла из комнаты на балкон второго этажа, который огибал здание Викторианской эпохи с трех сторон. Она еще не оделась для сна, и это хорошо, так как температура была всего на несколько градусов выше нуля. Чувствуя себя уверенно в свитере и джинсах, она оперлась на высокие перила и посмотрела вниз на тихую, залитую мягким светом Главную улицу Серенад.

— Похоже на открытку? — Тихий голос раздался сзади, от угла здания, где балкон поворачивал на другую сторону. — Идеальный вид «приезжайте и навестите нас», Торговая палата хотела бы, чтобы именно такую картинку видел весь остальной мир.

Миранда не оглянулась, но тихо ответила:

— Так часто делается, эти маленькие милые городки — выглядят идеально как на открытке и настолько же притягательно. Может поэтому монстры охотятся в них. — Это была правда, которую она узнала несколько лет назад[10].

— Да. Такие городки изолированы географически и технологически. В них, даже если люди и закрывают двери, то замки легко открыть или сломать, а единственная система безопасности — семейная собака, спящая в ногах постели. Городок достаточно маленький, чтобы большинство знало своих соседей, но не настолько, чтобы незнакомцы воспринимались, как угроза, тем более что они приносят туристические доллары, когда приезжают в Блу Ридж [11].

— Я бы сказала, сюда немногие приезжают. Здесь еще парочка гостиниц, и обе меньше этой.

— И один вшивый мотель. Да, я видела.

— Так и подумала. Что еще ты видела?

— За вами наблюдали. Всю дорогу от управления шерифа. А также пока вы были в ресторане.

— Переулок на другой стороне улицы?

— Да, он не настолько умен, как считает. Что, конечно же, не делает его менее опасным. А может даже более. Я позволила мельком увидеть себя, чтобы заставить его взять передышку. Но конечно так, чтобы он не смог меня опознать. Он в том паршивом мотеле. Платил наличными, использовал вымышленное имя, чтобы зарегистрироваться. Джон Смит, можешь поверить? Думаю, он отправился спать.

— Именно он стрелял сегодня?

— Практически уверена.

— Ты нашла его позицию?

— Гейб сделал это.

Габриель Вульф был оперативником Убежища. Как и его сестра-близнец Роксана. И они вместе составляли уникальную команду.

— Квентин оказался прав?

— Да. Старая охотничья беседка. Никаких улик, включая следы от ног, шин и копыт. В засаде не было найдено ничего стоящего, что можно было бы отнести в суд, за исключения маленькой вмятины. Гейб считает, что оно могло быть оставлено биноклем.

— Значит, за нами наблюдали целый день.

— Похоже на то. Должно быть, парень двигался пешком по хребту, придерживаясь гранитных пластов, чтобы не оставлять следов. И судя по тому, как хорошо ему это удалось, и насколько извилистой и сложной была его дорога, мы предполагаем, что он очень дисциплинирован и решителен. И хорошо знает местность в этом районе.

— А эту особенно?

— Да.

— Тогда возможно он не тот убийца, которого мы преследуем.

— Пока ты не найдешь чего-то, что более прочно свяжет эти тела, с обнаруженными ранее, будем считать, что ответ «нет». У предыдущих мест, где он оставлял тела, есть одна общая деталь — они были близко к дороге. Сегодняшние — не особо. Но это не все «хорошие» новости. Учитывая расстояние между позицией стрелка и местом обнаружения второго тела, этот парень — профессиональный снайпер. То есть прекрасно обученный и хорошо экипированный. Вероятно бывший военный. А солдаты с подобными навыками не склонны оставлять работу только потому, что сняли униформу.

— Частный подрядчик.

— Война создала огромное количество подобных подрядчиков. А с современной вшивой экономикой, становятся все тяжелей найти законную работу в этой области.

— Платный убийца?

— Мы так предполагаем. Об этом лучше поговорить с Демарко, но в этом предположении есть смысл, учитывая какое мастерство необходимо для того, чтобы сделать подобный выстрел. Если мы правы, за голову Холлис вероятно назначили цену. Это самое простое объяснение. Дело в том…

— Что самое простое объяснение редко оказывается самым верным в нашем мире, — закончила Миранда. — Но почему выбрали именно Холлис? Она принимает на себя удар куда чаще, чем любой другой агент, но не потому что находилась на передовой. Обычно она держится в тени. У нее, конечно, есть враги, но это враги отдела, а не ее личные. Она никогда не была ведущим агентом в каком-либо расследовании и не работала под прикрытием.

— Все так. Именно так. Но мы не можем обойти тот факт, что он наблюдал весь день. Холлис достаточно долго была неподвижна и часто находилась на открытой местности, чтобы он мог выстрелить, если это было его единственной целью, единственной причиной, по которой он сидел там в засаде. Но он ждал. Весь день и даже после того как была найдена вторая жертва. Можно подумать именно этого он и дожидался.

— Может, надеялся, что мы не найдем жертву. Или может Дайана права, предположив, что он ведет с нами интеллектуальные игры.

— Может быть и так. Особенно если он узнал в ком-то из вас агента ООП. — Собеседница Миранды сделала паузу, а затем саркастически добавила: — Становится похоже на Дикий запад, только в вашем случае отчаянный молодой стрелок, въезжающий в город, чтобы кинуть вызов знаменитому ветерану, оказывается извращенным серийным убийцей, который желает противопоставить свои навыки и умения ООП.

— Я действительно надеюсь, что все не так.

— Вот именно.

Миранда довольно долго молчала, ее взгляд рассеяно скользил по тихой, мирной картине Главной улицы маленького города США. Наконец она проговорила:

— Если Холлис была целью, значит, она стала для кого-то угрозой. Реальной угрозой для какого-то конкретного лица. И мне трудно поверить, что это абсолютно не связано с нашим расследованием в последние недели.

— Не похоже на то.

— Нет. Не похоже.

— Возможно, стрелок просто следовал за вами двумя, пока вы вели расследование. И получил приказ ничего не делать пока…

— И это вопрос, верно? Пока что? Может… где-то по дороге, своими действиями или просто своим присутствием Холлис стала помехой для убийцы. Но она обладает не слишком агрессивными и угрожающими способностями. Она медиум, самоцелитель и видит ауры. И в чем угроза?

— Мы этого не узнаем, пока не обнаружим, кому или чему она угрожает.

Миранда глубоко вздохнула и затем медленно выдохнула, с ее губ сорвалось облачко пара.

— Да. А тем временем, у нас есть эти убийства, которые надо расследовать.

— Это точно.

— И в то же время мы должны защищать Холлис.

— Вероятно, легче было бы убрать стрелка.

— Легче, возможно, но не правильнее. Убери его и появится шанс, что для этой работы пришлют кого-нибудь другого. Кого-нибудь, кого мы можем не увидеть, пока не станет слишком поздно. По крайней мере, этот парень враг, которого мы знаем, за которым мы можем наблюдать.

— Верно. Значит, будем наблюдать за ним? Прилипнем к нему?

— Как банный лист. И, Роксана, будь осторожна. Будь очень осторожна. И ты, и Гейб.

— Поняла. Отдохни сегодня, хорошо? Вы ребята бродите в тумане, а это плохо.

— Знаю.

— У тебя есть оружие — опасная штука в руках не выспавшегося человека.

— И это говоришь мне ты мне.

— Ладно. Сегодня мы будем наблюдать. Завтра будет достаточно времени, чтобы попытаться решить эту задачку.

— Надеюсь, ты права, — проговорила Миранда.

— Что вы ее решите?

— Что у нас достаточно для этого времени.

Дайане давно не требовалось снотворное, чтобы уснуть, но ей все еще требовалось время, чтобы расслабиться. И что-то скучное, чтобы занять мысли, пока ее тело и мозг постепенно избавлялись от напряжения. Обычные средства, такие как горячая ванна или душ и стакан теплого молока, не слишком ей помогали.

Она предпочитала несколько раз разложить пасьянс, причем по старинке, или посмотреть какой-нибудь скучный документальный фильм по телевизору. Обычно это работало.

Но не в эту ночь. И хотя она была очень уставшей, ничего не помогало.

Дайане достался один из трех двухместных номеров с двумя кроватями царского размера[12]. Окна выходили в красивый маленький внутренний дворик в задней части здания. Здесь было приятно и удобно. Номер состоял из спальни и огромной ванной комнаты. В гостинице было восемь номеров, и каждый агент получил свое собственное пространство. А они давно поняли, что иметь отдельную комнату и некоторое уединение во время расследования — совсем не мелочь. Это давало некую иллюзию нормы.

Большую часть времени.