Шарлатаны - Робин Кук

— Однажды на первом курсе университета я купил в интернете лабораторную работу и представил ее как свою. Понимаю, это нехорошо, но поначалу мне трудно было войти в ритм учебы, и я не успевал сделать работу в срок.

Напряженно-тревожное выражение на лице доктора Кантора сменилось облегчением. Он как будто ожидал худшего, но, услышав покаянное признание Ноя, расслабился.

— И это все? — переводя дух, спросил директор ординатуры. — В начале учебы в университете вы купили лабораторную работу и выдали за свою?

— Да, именно так. Другие тоже так делали, но я понимаю, что это не оправдание.

Переглянувшись с коллегами, которые, по мнению доктора Кантора, должны были испытать такое же облегчение, глава ординатуры растянул губы в улыбке — по-отечески теплой и снисходительной.

— Спасибо, доктор Ротхаузер, за откровенность, И хотя мы ни в коем случае не можем мириться с плагиатом, однако, думаю, каждый из нас помнит, как сложно было в начале долгого и трудного пути к профессии врача. — Доктор Кантор снова окинул взглядом коллег, желая убедиться, что говорят и от их имени, и доктор Хироси энергично закивал, поддерживая директора. — Еще какие-нибудь провинности, доктор Ротхаузер? — поинтересовался председательствующий.

— Нет, это все.

— Ну, значит, мы закончили. — Кантор откинулся на спинку стула и, вытянув вперед руки, легонько хлопнул ладонями по полированной поверхности стола. — Рад, что все разъяснилось. Спасибо и добро пожаловать обратно в клинику. Сознаюсь — полагаю, коллеги меня поддержат, — нам вас очень не хватало.

— Спасибо, доктор Кантор. — Ной неуверенно поднялся и позволил себе бросить короткий взгляд в сторону доктора Мейсона. Судя по всему, его заклятый враг не разделял радужного настроения директора, но в сложившихся обстоятельствах предпочитал помалкивать.

Не говоря больше ни слова и ни на кого не глядя, главный ординатор развернулся и на ватных ногах направился к выходу. У него было такое чувство, словно ему только что удалось отскочить в сторону и не попасть под несущийся на него поезд. Неожиданный вопрос доктора Кантора совершенно выбил Ноя из колеи и заставил понервничать. Ему требовалось время, чтобы прийти в себя. К счастью, в распоряжении молодого врача снова было любимое лекарство — работа, в которую он собирался погрузиться с головой.

* * *

15:10

Устрашающего вида черный бронированный фургон с надписью на борту «Полиция Бостона» выкатился на Скул-стрит и, взвизгнув шинами, остановился. Задняя дверца кузова распахнулась, и оттуда, к удивлению нескольких десятков туристов, лениво слонявшихся по площади перед зданием Старой ратуши, высыпали шестеро бойцов спецназа, вооруженных автоматами. Двигаясь синхронно и четко, группа побежала ко входу в ратушу — изящное здание Викторианской эпохи, украшенное портиками со стройными колоннами. Несмотря на августовскую жару, спецназовцы были в плотных черных комбинезонах и бронежилетах, с притороченными к поясу светошумовыми гранатами и дубинками-электрошокерами. Лица всех бойцов, кроме командира, были скрыты под черными балаклавами, отчего облик отряда делался еще более зловещим.

Люди в черном двигались молча: ни разговоров, ни случайных возгласов. Бойцам не требовалось уточнять действия: операция была разработана до мельчайших деталей, каждый знал свою задачу и занимал определенную позицию. Командир отряда распахнул входную дверь, и спецназовцы один за другим проскользнули внутрь; офицер последовал за ними.

Бойцы быстро пересекли холл и рванули вверх по лестнице. Они бежали по ступенькам, синхронно переступая ногами, словно группа танцоров в театре-кабаре. Оказавшись на площадке четвертого этажа, отряд свернул в длинный коридор, промчался по нему рысью и остановился возле офиса частной охранной фирмы Эй-би-си. Спецназовцы выстроились плотной цепью. Второй с краю парень вытащил тяжелый молот с короткой ручкой, укрепленный в специальном держателе на спине у номера первого. Тот мгновенно отступил в сторону. Спецназовец взмахнул молотом и одним сокрушительным ударом снес дверную ручку вместе с замком. Дверь с треском распахнулась. В тот же миг двое его товарищей ворвались в кабинет, вскинув автоматы и положив палец на спусковой крючок.

— Полиция! Не двигаться! — крикнул один из солдат, беря под прицел правую часть комнаты, тогда как второй контролировал левую. Еще двое бойцов шагнули в помещение следом за ними; эти были вооружены автоматическими пистолетами, держа их прямо перед собой в вытянутых руках.

В кабинете находилось трое сотрудников Эй-би-си. Джордж Марлоу расположился на кушетке справа от входа, пристроив на коленях раскрытый ноутбук. Кейон Декстер стоял у окна и, засунув руки в карманы брюк, рассеянно глазел на здание Королевской часовни и раскинувшееся рядом старинное кладбище. Оба были без пиджаков, в белых рубашках с закатанными до локтя рукавами. Шарлин Вашингтон, секретарь, сидела за столом в дальнем левом углу кабинета. Троица ошеломленно уставилась на ворвавшихся полицейских.

— Лежать! — скомандовал командир, направляя на Джорджа свой «глок», а его напарник сделал то же, взяв на мушку Кейона. — На пол! Все на пол! Лицом вниз, руки на затылок.

Кейону и Джорджу потребовалось меньше секунды, чтобы прийти в себя от первого шока, — сказалась многолетняя солдатская выучка. Однако действовать уже было поздно. Они покорно опустились на пол и положили руки за голову. Другое дело Шарлин: парализованная страхом девушка так и осталась сидеть, уставившись широко раскрытыми глазами на ствол направленного на нее пистолета.

Теперь настала очередь двоих спецназовцев, отвечавших за взлом двери. Они вошли в кабинет, быстрыми отточенными движениями надели наручники на лежащих на полу Кейона и Джорджа, вытащили у них оружие из наплечной кобуры, а из карманов брюк — телефоны и липовые значки фэбээровцев, после чего рывком подняли обоих на ноги. Никто из мужчин не произнес ни слова. Только после того, как с этим было покончено, бойцы, державшие арестованных на мушке, сняли палец со спускового крючка и опустили автоматы.

Командир отряда, первым ворвавшийся в помещение и единственный, на ком не было черной маски, снова выступил вперед и извлек из кармана потрепанную картонную карточку с напечатанным на ней уведомлением о правах задержанных. Подойдя к Кейону Декстеру, полицейский назвал задержанного полным именем и сообщил, что тот арестован по обвинению в убийстве Роберты Хинкл в Лаббоке, штат Техас, похищении человека, использовании фальшивого значка агента ФБР. Затем, перейдя к Джорджу Марлоу, повторил обвинение, после чего зачитал обоим права.

Далее полицейский отступил назад и намеренно сделал паузу, глядя на стоящих перед ним мужчин в наручниках. Даже зная о праве хранить молчание, задержанные при аресте часто начинали болтать и выдавали компрометирующую информацию — нормальная реакция на стресс. Но только не в случае с Кейоном и Джорджем. Профессионалы, обученные держать язык за зубами, прекрасно знали: в течение нескольких часов, как только в штаб-квартире Эй-би-си узнают об