Джон Гришем - Пора убивать

– Хотите ли вы, чтобы присяжные осудили его? Подпрыгнув, Бакли заревел:

– Протестую! Протестую! Такие вопросы задавать нельзя!

– Нет! – выкрикнул Луни. – Я не хочу, чтобы его осуждали. Он – герой. Он...

– Прекратите свой ответ, мистер Луни, – завопил Нуз. – Не отвечайте далее!

– Протестую! Протестую! – Стоя на цыпочках, прокурор вытягивал шею.

– Он герой! Отпустите его! – рявкнул Луни.

– К порядку! К порядку! – воззвал Нуз, стуча молотком.

Бакли смолк. Луни тоже успокоился. Джейк спокойно сказал:

– Я снимаю свой вопрос.

– Прошу вас не обращать на этот вопрос внимания, – обратился к присяжным судья.

Улыбнувшись жюри, Луни заковылял к выходу.

– Можете вызвать следующего свидетеля. – Нуз снял очки.

Медленно поднявшись, Бакли драматическим голосом ответил:

– Ваша честь, больше свидетелей у обвинения нет.

– Хорошо. – Нуз повернулся к Джейку: – Вижу, мистер Брайгенс, вы хотите сделать какое-то заявление, если не два?

– Да, ваша честь.

– Отлично. Тогда пройдем в кабинет.

Отпустив присяжных с теми же инструкциями, что и накануне, судья объявил перерыв до девяти утра.

Глава 37

Джейк проснулся в темноте с ощущением легкого похмелья и головной болью, вызванной отчасти усталостью и «Коорсом», отчасти далеким, но въедливым звоном, доносящимся от входной двери, – как если бы кнопка звонка была намертво вдавлена в стену чьим-то крепким большим пальцем. Подойдя в ночной рубашке к двери, Джейк распахнул ее и попытался сфокусировать взгляд на двух фигурах, стоявших на крыльце. Оззи и Несбит – сработало наконец в мозгу.

– Чем могу служить? – Он распахнул дверь шире, приглашая их войти.

– Они собираются убить тебя сегодня, – сказал Оззи.

Джейк сел на диван, принялся тереть виски.

– Может, им это и удастся.

– Джейк, я говорю серьезно. Они запланировали твое убийство.

– Кто?

– Клан.

– Микки-Маус?

– Да. Позвонил вчера, сказал, что-то готовится. Позвонил полчаса назад, сказал, что счастливчиком назначили тебя. Сегодня большой день. Сегодня они будут развлекаться. Утром в Лойдсвилле состоятся похороны Стампа Сиссона, а потом начнется – око за око, зуб за зуб.

– Почему меня? Почему бы им не прикончить Бакли, или Нуза, или еще кого-нибудь, кто больше заслуживает?

– Боюсь, у нас мало времени, чтобы рассуждать сейчас на эту тему.

– Какой способ они изобрели на этот раз?

– Он не сказал.

– А он знает?

– Деталей было мало. Он просто сообщил нам, что они попытаются сделать это сегодня в течение дня.

– Что же остается мне? Сдаваться?

– Во сколько ты уходишь в офис?

– А сколько сейчас?

– Почти пять.

– Мне нужно принять душ и одеться.

– Мы подождем.

В половине шестого утра все трое вошли в офис Джейка и закрыли входную дверь на замок. В восемь под балконом выстроился взвод солдат – они ждали. В окне второго этажа здания суда виднелись две головы – Гарри Рекса и Эллен. Солдаты окружили плотным кольцом Джейка и находившихся по его бокам Оззи и Несбита, вся группа направилась через Вашингтон-стрит к суду. Рыскающие повсюду, как гиены, репортеры явно что-то почуяли и устремились следом.

В двух кварталах к северо-востоку от центра, у подножия самого высокого в Клэнтоне холма, у давно заброшенной колеи железной дороги, находилась старая мельница. Мимо нее проходила изрытая оспинами рытвин улица, которая после пересечения с Седар-стрит становилась более широкой и более приличной и, устремляясь далее вниз и соединяясь с Куинси-стрит, превращалась в восточную границу центральной площади города.

Наблюдатель, занявший свою позицию на чердаке заброшенной мельницы, имел возможность четко, хотя и в некотором удалении, видеть тыльную часть здания суда. Скорчившись в темноте, человек смотрел в оптический прицел через небольшое слуховое оконце, уверенный в том, что сам он остается для всего мира невидимым. Поддерживать эту уверенность помогали виски и трубочка прицела – в течение получаса, с половины восьмого до восьми, он успел приложиться к тому и к другому уже неоднократно. В восемь его глаз заметил возле дома этого защитника ниггеров какую-то суету.

В кабине пикапа, спрятанного под навесом полуразрушенного склада, находившегося вплотную к мельнице, его ждал приятель. Двигатель был включен, мужчина за рулем одну за другой курил «Лаки страйк» в ожидании хлопков выстрелов охотничьего ружья.

Когда темная масса людей, двигавшихся от офиса адвоката, ступила на проезжую часть Вашингтон-стрит, снайпер забеспокоился. Он едва видел качающуюся голову своей жертвы в окружавшем ее зеленом море солдат, на пятки которым наступала толпа репортеров. «Ну, давай же, – подсказывало и торопило его виски, – расшевели-ка их». Стараясь как можно тщательнее совместить перекрестие прицела с мишенью, человек нажал на спуск в тот самый момент, когда цель уже готова была перешагнуть порог задней двери здания суда.

Винтовочный выстрел прозвучал негромко, но четко. Половина окружавших Джейка солдат бросилась на землю, оставшиеся на ногах с силой толкнули его под навес над задней дверью. Один из охранников закричал от боли. Репортеры и телевизионщики распластались по земле, но камеры свои продолжали держать так, чтобы они фиксировали происходящее. Раненый схватился за шею, громко застонал. Последовал еще один выстрел, за ним – третий.

– Его ранили! – Несколько гвардейцев по-пластунски ползли к своему упавшему товарищу.

Джейк в это мгновение успел скрыться от пуль за стенами суда. В изнеможении он опустился на пол, закрыл лицо руками. Оззи стоял рядом и смотрел на то, что происходит во дворе.

– Его ранили в горло! – раздался чей-то голос.

Раненого подняли и понесли к джипу.

– Кто пострадал? – спросил Джейк, не отнимая от лица ладоней.

– Один из гвардейцев, – ответил Оззи. – С тобой все в порядке?

– Надеюсь. – Ощупав голову руками, Джейк принялся осматривать пол вокруг себя. – Где мой кейс?

– Валяется вон там, на земле. Сейчас его подберут.

Оззи снял с пояса рацию и резким голосом отдал несколько приказаний, что-то насчет того, чтобы всех людей направили к суду.

Снайпер спустился вниз, бросил винтовку за спинку сиденья, и через несколько минут пикап затерялся на проселочных дорогах. Им еще нужно было успеть на похороны.

Когда стало ясно, что выстрелов больше не будет, Оззи вышел на улицу к группе солдат. Несбит остался рядом с Джейком и спросил:

– Ну как ты?

Из-за угла вышел полковник и тут же разразился криками и бранью:

– Какого черта? Что здесь происходит? Мне послышались выстрелы!

– Макенвэйла ранили, – ответил ему кто-то.

– Где он?

– Повезли в больницу. – Сержант указал на удаляющийся по улице джип.

– Тяжело?

– Похоже, да. Пуля попала в горло.

– В горло! С чего это они выбрали его?

Ответа не последовало.

– Хоть кто-нибудь что-то видел?

– Судя по звукам, стреляли откуда-то со стороны холма, – повернулся к полковнику Оззи, указывая рукой вдоль Седар-стрит. – Может, стоит послать туда джип и посмотреть?

– Хорошая мысль.

Полковник принялся отдавать своим подчиненным команды, перемежая их ругательствами и непристойностями. С оружием наперевес гвардейцы разошлись по всем направлениям, готовые к схватке с невидимым противником, в поисках неизвестного убийцы. Когда солдаты принялись осматривать здание мельницы, стрелявший уже давно находился на территории соседнего округа.

Оззи поставил кейс на пол рядом с Джейком.

– Он в норме? – шепотом осведомился шериф у Несбита.

На лестнице, на том самом месте, где упали Кобб и Уиллард, стояли Гарри Рекс и Эллен.

– Не знаю. Он сидит так уже минут десять.

– Джейк, с тобой все в порядке? – громче спросил Оззи.

– Да, – медленно ответил Джейк, не раскрывая глаз.

Раненый находился вплотную к Джейку, слева. «Как глупо, а?» – успел он сказать, когда пуля разорвала ему горло. Он повалился на Джейка, хватаясь руками за шею, при каждом крике кровь толчками вытекала из раны. Джейк упал и этим спас свою жизнь.

– Он умер, да? – негромко спросил Джейк.

– Пока не знаем, – ответил ему Оззи. – Он в больнице.

– Он мертв. Я знаю, что он мертв. Я своими ушами слышал, как у него лопнуло горло.

Оззи бросил взгляд на Несбита, затем на Гарри Рекса. Светло-серый костюм Джейка местами был залит кровью. Сам Джейк этого еще не заметил, но всем остальным пятна бросались в глаза.

– Джейк, у тебя запачкан костюм, – проговорил наконец Оззи. – Давай-ка сходим к тебе, чтобы ты переоделся.

– Почему это так важно? – пробормотал Джейк.

Стоявшие вокруг переглянулись.

Делл и другие, высыпавшие из кафе, стоя на тротуаре, смотрели, как Джейка ведут через улицу, не обращая никакого внимания на неистовство репортеров. Оказавшись внутри, Гарри Рекс запер на ключ дверь, оставив охранников у входа. Джейк поднялся наверх.