Rulez - Гарри Поттер и двойной капкан

— А Малфой? — спросил Гарри. — Куда посадят его?

— Об этом не скажут по моей просьбе, — ответил Дамблдор. — В газетах напишут, что его тоже посадили в Азкабан.

— Приманка? — догадался Гарри.

— Да, в Азкабане уже никого нет, — сказал Снэйп, — когда оттуда ушли Дементоры, всех заключенных перевели в другие тюрьмы. Причем, многие из них в других странах.

— Вот как? — удивился Гарри. — Тогда куда же отправят Крэбба и Гойла?

— Хочешь передать им гостинцев, Поттер? — съязвил Снэйп.

— Пока всех троих будут содержать в министерстве магии, — ответил Дамблдор.

— Потом их перевезут куда-нибудь, — перехватил Снэйп. — Не думаю, что Лорд будет тратить силы на освобождение отпрысков своих незадачливых подручных.

— А вдруг? — сказал Гарри. — Малфой, вроде у Лорда на хорошем счету…

— Уж не проникся ли ты жалостью к Драко? — снова съязвил Снэйп. — Тебе так хочется, чтобы его вытащили из тюрьмы?

— Нет, пусть он там сгниет, скотина, — жестко сказал Гарри, и Дамблдор укоризненно покачал головой.

— Где твои манеры, Поттер? — одернул его Снэйп. — А не отметить ли вам маленькую победу над моим факультетом, Дамблдор?

— Ваш торт еще ждет нашего чаепития, сэр, — подхватил Гарри.

— Он еще жив? — удивился Снэйп.

— Несомненно, сэр, — ответил Гарри.

Глава 30. Изо всех сил…

Гарри вернулся в Хогвартс вместе с Дамблдором и Снэйпом к обеду. Они вошли в Большой зал втроем, чем сильно удивили школу. Едва Гарри сел за стол Гриффиндора, как на него тут же посыпались вопросы, где он был, да еще в такой компании. Гарри постарался увильнуть от ответов, но тут Дамблдор взялся держать речь, представ перед школой.

— Друзья мои, — начал он, — позволю себе сообщить вам новость, которая появится в газетах только завтра. Все вы знаете, что в феврале месяце на одного из наших шестикурсников было совершено предательское нападение. После матча Гриффиндор — Хаффлпафф, в раздевалке на Гарри Поттера напали трое неизвестных, едва не убив его. К великому сожалению сообщаю вам, что это были трое наших учеников с факультета Слизерин — Драко Малфой, Грегори Гойл и Винсент Крэбб. Так как их действия вышли за рамки устава правил школы Хогвартс, им было предъявлено обвинение в нарушении уголовного магического кодекса. Сегодня я присутствовал вместе с Гарри на суде, где трое напавших на него бывших учеников нашей школы были признаны виновными по всем обвинениям. К тому же, Драко Малфой сознался в связях с Темным Лордом и еще одной угрозе убийства мистера Поттера. Несомненно, что такие обстоятельства негативно скажутся на авторитете нашей школы, но виновные должны были понести заслуженное наказание. Прошу у вас прощения, что прервал обед. Спасибо.

Дамблдор сел за преподавательский стол, а школа принялась обсуждать услышанное. Гарри не мог спокойно поесть, потому что его со всех сторон дергали, прося рассказать подробности. Через двадцать минут у него лопнуло терпение.

— Да отстаньте вы от меня все! — закричал он на весь зал. — Вам что, доставляет удовольствие слушать о том, как они издевались надо мной? Для самых любопытных могу открыть персональные курсы уроков пытки Лорда Волдеморта! Есть желающие ощутить на себе его проклятия пыток? Нет? Тогда отвалите все от меня!

— Гарри, подойди ко мне, пожалуйста, — спокойно сказал Дамблдор.

Гарри перешагнул скамью и подошел к директору, пылая от гнева на всю школу.

— Гарри, тебе надо успокоиться, — мягко сказал Дамблдор.

— Да? Да их всех просто прикалывает представлять себе, как мне было больно! — крикнул Гарри. — Я не намерен этого терпеть!

— Гарри, я знаю, что тебе тяжело, но возьми себя в руки, — настойчиво сказал Дамблдор. — Северус, я попрошу тебя дать Гарри успокоительного зелья — он на грани срыва.

— Хорошо, директор, — безразлично ответил Снэйп, расправляясь с куском мяса.

— Мне не нужна нянька! — бросил Гарри, окончательно потеряв контроль над эмоциями.

— Вот как? — бросил Снэйп, даже цвет его лица изменился. — Хорошо, Поттер, я больше не буду тебе помогать… ни в чем, раз ты так говоришь.

— Северус, прошу тебя, не принимай его слова близко к сердцу, — тут же спохватился Дамблдор. — Он на взводе, пойми его.

— Это не дает ему право так говорить со мной, — Снэйп бросил нож и вилку на стол, кинул в тарелку салфетку, и встал из-за стола. — Больше не рассчитывай на меня, Поттер.

И Снэйп стал уходить из зала, даже не взглянув через плечо. Гарри резко развернулся и побежал за Снэйпом, профессор еще не вышел из зала.

— Сэр! — крикнул Гарри, несясь со всех ног. — Сэр!

Но Снэйп не оглянулся, сделав вид, что не слышал голоса Гарри. Юноша догнал Мастера Зелий, когда тот уже спускался в подземелья.

— Сэр, подождите! — кричал Гарри. — Профессор Снэйп!

Снэйп резко затормозил и повернулся к Гарри лицом. Юноша даже оторопел, увидев выражение лица профессора: Снэйп был чернее тучи, брови слились в одну длинную черную полоску, черные глаза смотрели на парня с такой неприязнью, которая была знакома Гарри с первого курса.

— Простите меня, сэр, — сказал Гарри, глядя в глаза Снэйпу. — Я не хотел.

— Ты умолял меня вернуться ради тебя, Поттер, — почти шепотом сказал Снэйп, и Гарри понял, что профессор в степени крайнего раздражения и разочарования. — Я вернулся только из-за тебя, я простил предательство Дамблдора ради тебя, Поттер! А ты, ты снова меня разочаровал, напомнив мне твоего отца. Ты не смог измениться, как и он. Я больше не желаю заниматься с тобой в частном порядке; я освобождаю тебя от статуса моего ассистента на уроках зелий; я закрываю дуэльный клуб; и, как я сказал тебе ранее, не рассчитывай больше на мою помощь, Поттер.

Снэйп развернулся и продолжил спускаться, кинув Гарри через плечо:

— Да, и я не желаю с тобой даже разговаривать, Поттер. Никогда больше не подходи ко мне. Для тебя я стал глухим, слепым и немым.

Снэйп ушел, оставив Гарри в полном смятении. Гарри простоял на том месте, где расстался со Снэйпом минут двадцать, снова и снова повторяя в голове слова профессора. Снэйп слов на ветер не бросает, и если он сказал, что не будет замечать Гарри, так и будет. Гарри прислонился к стене, и медленно сполз вниз.

— Что я наделал, — сказал он сам себе в отчаянии, — что же я наделал…

Он просидел там несколько часов, пытаясь найти себе оправдание, но так и не нашел такового. Мимо Гарри проходили ученики, шедшие либо «на», либо «с» уроков зелий. Никто ему ничего не сказал, да он бы и не услышал — все его мысли были там, где он обидел Снэйпа.

— Какой же я дурак, — сказал Гарри вслух. — Как же я умею терять тех, кто мне помогает. И я действительно так похож на своего отца, как ты говоришь, Снэйп. Я такой же идиот, как и он — всегда думаю только о себе.

Гарри уже замерз, но сил встать у него уже не было — потрясение сначала от суда над троицей Слизерина, потом ссора со Снэйпом выбила из него весь дух. Он потерял счет времени; уроки закончились, и Гарри надеялся, что встретит Снэйпа, когда тот пойдет на ужин.

Но надежды Гарри не оправдались — Снэйп, видимо, решил не ходить на ужин или пошел другим путем. Гарри услышал, как к нему приближаются чьи-то шаги. Это был Дамблдор; он присел на корточки рядом с юношей, и положил руку на его левое плечо.

— Гарри, пойдем на ужин, — тихо сказал старик. — Идем, ты замерз, сидя на холодном камне.

— Я не хочу, — крайне расстроенным голосом ответил Гарри. — Какой же я болван! Он сказал, что больше не хочет меня видеть, слышать, что не будет мне помогать. Почему я такой идиот, что теряю всех, кто мне дорог?!

— А Северус стал тебе дорог, Гарри? — спросил Дамблдор.

— А могло быть по-другому? — сказал Гарри. — Он столько сделал для меня, а чем я его отблагодарил? Обидел его, не сдержав эмоций! Выставил себя полным идиотом и копией своего отца — эгоиста!

— Ты не должен так говорить о Джеймсе, Гарри, — поправил его Дамблдор.

— Но так и было! — сказал Гарри. — Снэйп был прав, говоря мне о том, что мой отец и крестный были задирами и эгоистами. Я вырос таким же, как они. Я поругался со своими друзьями, я поссорился со Снэйпом, я грубил вам, злясь на то, что он ушел после ваших слов. Я теряю всех, кто мне дорог, и кто мне помогает. Так я ничего не добьюсь, так я проиграю Волдеморту. Тем более, если Снэйп не будет мне помогать.

— Гарри, я думаю, что Северус отойдет, и простит тебя, — сказал Дамблдор. — Он очень сильно изменился за последний год — в этом только твоя заслуга, Гарри. Даже мне не удавалось сделать этого за столько лет. Ты смог найти путь в его сердце, смягчив его боль и ненависть, я уверен, что Северус не будет зачеркивать этот год просто так. Он, в какой-то мере, даже благодарен тебе за то, что ты перестал видеть в нем врага. Ведь вся школа видит в нем только плохое, мало кто знает, что он делает, и как рискует ради всех.