Стиг Лapcсoн - Девушка с татуировкой дракона

— Извините, что я побеспокоил вас столь неожиданно, но я оказался в Лондоне и пытался днем вам дозвониться.

— Ясно. В чем суть вашего дела? — По голосу чувствовалось, что она приготовилась к обороне.

— Вы собираетесь ехать на похороны?

— Нет, мы с Мартином не были близки, да и сейчас мне отсюда не уехать.

Микаэль кивнул. Анита Вангер старалась по возможности держаться подальше от Хедестада в течение тридцати лет. С тех пор как ее отец переселился обратно в Хедебю, она там практически не показывалась.

— Я хочу знать, что произошло с Харриет Вангер. Настало время открыть правду.

— С Харриет? Я не понимаю, что вы имеете в виду.

Микаэль усмехнулся ее наигранному удивлению.

— Из всей семьи вы были ближайшей подругой Харриет. Именно вам она рассказывала обо всех тех ужасах.

— Вы просто ненормальный, — сказала Анита Вангер.

— В этом вы, возможно, правы, — бесстрастным голосом ответил Микаэль. — Анита, вы были в комнате Харриет в тот день. У меня есть доказательство, фотография, на которой вас видно. Через несколько дней я доложу об этом Хенрику, и тогда ему придется разбираться с этим оттуда. Почему бы вам не рассказать мне, что произошло?

Анита Вангер встала.

— Немедленно покиньте мой дом.

Микаэль тоже поднялся.

— Хорошо, но рано или поздно вам придется со мной поговорить.

— Мне не о чем с вами разговаривать.

— Мартин мертв, — многозначительно сказал Микаэль. — Вы никогда его не любили. Я думаю, что вы переехали в Лондон, чтобы избегать встреч не только с отцом, но и с Мартином. Это значит, что вы тоже были в курсе, а рассказать вам могла только Харриет. Вопрос лишь в том, как вы воспользовались своим знанием.

Анита Вангер с грохотом закрыла за ним дверь.

Освобождая Микаэля от микрофона, находившегося у него под рубашкой, Лисбет Саландер улыбнулась с довольным видом:

— Она подняла телефонную трубку через тридцать секунд после того, как закрыла дверь.

— Код страны — Австралия, — доложил Троица, опуская наушники на маленький рабочий столик в автофургоне. — Посмотрим, что это за район.

Он застучал клавишами своего ноутбука.

— Так, она звонила на номер в городе Теннант-Крик, к северу от Алис-Спрингс в Северной территории. Хотите послушать разговор?

Микаэль кивнул и спросил:

— Сколько сейчас в Австралии времени?

— Приблизительно пять утра.

Троица запустил цифровой проигрыватель и присоединил его к звукоусилителю. Микаэль услышал восемь сигналов, прежде чем на другом конце подняли трубку. Разговор шел по-английски.

— Привет. Это я.

— Мм, я, конечно, ранняя пташка, но…

— Я собиралась позвонить вчера… Мартин мертв. Позавчера погиб в автокатастрофе.

Молчание. Потом послышалось что-то вроде откашливания, которое можно было истолковать как одобрение этой новости.

— Но у нас проблемы. Омерзительный журналист, которого нанял Хенрик, только что приходил ко мне. Он задает вопросы о том, что произошло в шестьдесят шестом году. И явно что-то знает.

Снова молчание. Потом раздалась команда:

— Анита, клади трубку. Нам какое-то время нельзя общаться.

— Но…

— Пиши письма и расскажи, что случилось.

Разговор оборвался.

— Толковая девица, — сказала Лисбет Саландер с восхищением.

Они вернулись в гостиницу ближе к одиннадцати вечера. Администратор помог им заказать билеты на ближайший рейс в Австралию, и через несколько минут у них уже были места на самолет, отправлявшийся на следующий день в 19.45 в Канберру, Новый Южный Уэльс.Уладив все дела, они разделись и рухнули в постель.

Лисбет Саландер оказалась в Лондоне впервые, и они использовали первую половину дня для прогулки от Тоттнем-корт-роуд до Сохо. На Олд-Комптон-стрит они остановились и выпили кофе латте. Около трех часов они вернулись в гостиницу за багажом. Пока Микаэль оплачивал счет, Лисбет включила свой мобильный телефон и обнаружила, что ей пришло сообщение.

— Драган Арманский просит позвонить.

Она воспользовалась телефоном на ресепшен и позвонила своему начальнику. Микаэль стоял немного поодаль и вдруг увидел, как Лисбет повернулась к нему с застывшим лицом. Он тут же оказался рядом с ней:

— Что?

— Умерла моя мать. Мне надо ехать домой.

У Лисбет был такой расстроенный вид, что Микаэль заключил ее в объятия, но она оттолкнула его от себя.Они взяли себе кофе в баре гостиницы. Когда Микаэль сказал, что аннулирует заказ билетов в Австралию и полетит с ней в Стокгольм, она замотала головой:

— Нет. Бросить работу сейчас мы не можем. Но ты отправишься в Австралию один.

Они расстались перед гостиницей, сев в автобусы, идущие в разные аэропорты.

Глава 26

Вторник, 15 июля — четверг, 17 июля

Из Канберры Микаэль долетел до Алис-Спрингс на местном самолете, что оказалось для него единственной возможностью, поскольку он прибыл туда уже к вечеру. Дальше у него имелся выбор: либо зафрахтовать самолет, либо взять напрокат машину и на ней преодолеть остававшиеся четыреста километров пути на север. Микаэль предпочел последнее.Незнакомая личность, подписавшаяся как Иисус Навин и входившая в таинственную международную сеть Чумы или, возможно, Троицы, оставила для Микаэля конверт на стойке информации в аэропорту Канберры.Номер телефона, по которому звонила Анита, принадлежал какой-то ферме Кочран. В краткой записке имелось существенно больше информации. Речь шла о ферме по разведению овец.Из собранных в Интернете сведений было составлено резюме об овцеводстве Австралии. Общее население континента — 18 миллионов человек. 53 тысячи из них являются фермерами-овцеводами и держат приблизительно 120 миллионов овец. Только экспорт шерсти имеет оборот около 3,5 миллиарда долларов в год. К этому добавляется экспорт 700 миллионов тонн баранины, а также кожи для швейной промышленности. Производство мяса и шерсти является одной из важнейших отраслей хозяйства страны.Ферма Кочран, основанная в 1891 году Джереми Кочраном, — пятое по величине хозяйство, насчитывающее около 60 тысяч овец-мериносов, шерсть которых считается особо качественной. Помимо овец на ферме разводят также коров, свиней и кур.Микаэль отметил, что ферма Кочран — крупное предприятие с впечатляющим годовым оборотом и вывозит свою продукцию, в частности, в США, Японию, Китай и Европу.Приложенные биографии владельцев производили еще более сильное впечатление.В 1972 году ферма Кочран перешла по наследству от Реймонда Кочрана к Спенсеру Кочрану, получившему образование в Оксфорде, в Англии. Спенсер скончался в 1994 году, и с тех пор фермой руководит его вдова. Она фигурировала на нечетком снимке с низким разрешением, который был взят с домашней странички фермы Кочран: коротко стриженная светловолосая женщина, чье лицо было видно только наполовину, гладила овцу. По сведениям Иисуса Навина, супруги поженились в Италии в 1971 году.Звали ее Анита Кочран.

Перед сном, поздно ночью, Микаэль позвонил Эрике Бергер в Нью-Йорк.

— Извини, Рикки, но я так закрутился, что просто не было времени связаться.

— Что за чертовщина происходит в Хедестаде? — взорвалась она. — Кристер позвонил и сообщил, что Мартин Вангер погиб в автокатастрофе.

— Это долгая история.

— И почему ты не отвечаешь по телефону? Я все последние дни названивала как ненормальная.

— Он тут не работает.

— Где ты находишься?

— В данный момент — километров на двести севернее Алис-Спрингс. То есть в Австралии.

Микаэлю редко удавалось чем-нибудь удивить Эрику, но на этот раз она замолчала почти на десять секунд.

— Позволь спросить, а что ты делаешь в Австралии?

— Я завершаю работу. Вернусь в Швецию через несколько дней. Я звоню только сообщить, что задание Хенрика Вангера скоро будет выполнено.

— Ты хочешь сказать, что разобрался в том, что произошло с Харриет?

— Похоже, что так.

На следующий день, около двенадцати часов, он прибыл на ферму Кочран, но выяснилось, что Анита Кочран находится в производственном районе, возле местечка Макавака, расположенного на сто двадцать километров западнее.По бесчисленным проселочным дорогам Микаэль добрался до места, когда на часах было уже четыре. Он остановился у ворот, где стоял джип, а вокруг его капота собралась компания овцеводов, пьющих кофе. Микаэль вышел из машины, представился и объяснил, что ищет Аниту Кочран. Взгляды всей компании обратились к мускулистому мужчине лет тридцати, который явно принимал у них все решения. Он был голым до пояса, с красивым загаром, за исключением тех мест, которые обычно закрывала футболка. На голове у него красовалась ковбойская шляпа.

— Well mate, шеф километрах в десяти в ту сторону, — сказал он, указывая направление большим пальцем.