Пропавшие девушки - Лиза Реган

Бармен был молод, по виду ему едва исполнился двадцать один год, и все его внимание было приковано к большому телеэкрану на стене над стойкой. На экране опять показывали Тринити Пейн — никуда от нее не деться! — на сей раз перед заправкой «Стоп энд гоу». Звука не было, но бармен смотрел не отрываясь. Интересно, подумала Джози, что его больше заинтересовало, перестрелка или сама Тринити.

Звук, с которым она подтащила табурет к стойке, привлек внимание бармена. Дежурно улыбнувшись, он спросил, чего желает клиентка. Она хотела сказать — ничего, но тело болело все сильнее, и мысль о стаканчике горячительного показалась ей стоящим делом.

— Две порции «Вайлд тёки», — попросила она.

Он бросил взгляд ей за спину, посмотрел на дверь.

— Обе для меня, — натужно улыбнулась Джози. — День был тяжелый.

Его улыбка на мгновение угасла, но тут же засияла снова.

— Без проблем.

Дождавшись, пока он вернется со стаканами и ликером, Джози спросила:

— У вас тут работает такая Рамона? Официантка?

Ни проблеска узнавания. Фальшивая улыбка сменилась искренним непониманием.

— Нет, у нас таких нет, — ответил бармен. — Как она выглядит?

Джози достала телефон, открыла фото Дирка Спенсера и его бывшей девушки, увеличила лицо женщины и показала ему.

— А, так это Соланж, — тут же ответил он. — Сегодня у нее вечерняя смена. Будет через полчаса, можете подождать, если хотите. Можно… — Тут он разом осекся, словно только теперь осознал, что не стоит говорить слишком много, не зная, кто такая Джози и чего она хочет.

— Не волнуйся. Я из полиции, — успокоила его Джози. — Но я здесь не поэтому. Я вообще не на дежурстве. К Соланж никаких претензий. Мне просто нужно с ней кое о чем поговорить.

На лице его было написано сомнение. Джози отчаянно надеялась, что он не попросит предъявить документы. Мгновение спустя бармен пожал плечами и сказал:

— Ну ладно. Еще что-нибудь будете?

Она улыбнулась.

— Содовую.

Как и обещал бармен, Соланж пришла минут через двадцать, с черного хода, вслед за барменом, и вид у нее был озабоченный. Завидев Джози, она смущенно улыбнулась и повязала зеленый передник, путаясь в завязках. Обойдя барную стойку, она протянула Джози руку.

— Вы ведь из полиции, да? Я видела вас в новостях…

— Да. Детектив Джози Квинн. Сейчас я не на работе.

— Вас отстранили.

— Да.

Взгляд Соланж потух, губы сжались в прямую линию.

— Тогда в чем дело?

— Вы знаете кого-нибудь по имени Рамона?

Ни проблеска узнавания. Лицо Соланж не дрогнуло.

— Нет.

Джози вздохнула.

— Сегодня утром на федеральном шоссе случилась перестрелка, а в итоге «кадиллак-эскалейд» врезался в здание заправки.

Соланж сложила руки на груди.

— Я видела в новостях. Какое отношение это имеет ко мне?

— Разве к вам еще не приходили из полиции? — спросила Джози.

— Нет, с какой стати?

— В том «кадиллаке» ехал Дирк Спенсер, пассажиром, — сказала Джози.

Рука Соланж взлетела, зажав рот, глаза расширились от ужаса. Она попятилась, нашарила табурет и полусела-полунавалилась на него.

— Боже мой, — выговорила она. — Он… он не…

— Насколько мне известно, он жив, — сказала Джози. — Его спешно доставили в Гейзингеровский медицинский центр. Ранения, насколько я понимаю, серьезные. Не знаю, какие отношения вас связывают или связывали, но, возможно, вы захотите его навестить.

Женщина взяла себя в руки, и лицо ее вновь потухло. Она разгладила на себе передник.

— Мы не вместе уже почти два года. Мы расстались.

— В доме мистера Спенсера информацию найти не удалось, — осторожно сказала Джози. — У него есть родственники или другие люди, которых следовало бы известить?

— А я думала, вас отстранили, — заметила Соланж, которую оказалось трудно сбить с толку.

— Отстранили, — согласилась Джози. — Но я здесь не как представитель полиции. То есть я, конечно, представитель, но дело не в этом. Понимаете, я сама была там на заправке утром. И этот «кадиллак» меня чуть не убил.

С этими словами Джози приподняла край футболки и повернулась, чтобы Соланж видны были уже потемневшие ссадины на левом боку.

— Перед тем как потерять сознание, мистер Спенсер сказал всего одно слово: «Рамона». Вам это о чем-нибудь говорит?

Соланж покачала головой:

— Нет. Я не знаю никого с таким именем. И у него таких знакомых нет. Или я их не знаю. Может быть, после того, как мы разбежались, он еще с кем-то сошелся.

Видно было, что эта мысль не радует Соланж.

Джози сказала:

— Вы же знаете, после похищения Изабель Коулман полиция буквально с ног сбилась. Я узнала мистера Спенсера, потому что он преподает в местной старшей школе, а поскольку я была на заправке и оказалась последней, с кем он говорил, прежде чем потерял сознание, то решила, что должна известить ближайших родственников лично.

В ресторане не было жарко, но Соланж принялась обмахиваться рукой. Взгляд ее блуждал по углам, избегая Джози.

— Понимаете, у него здесь нет родственников. Есть сестра в Филадельфии, Лара, но они почти не общаются. Она… у нее вечно проблемы, ну, с законом. Есть племянница, Джун. Она жила у него, но год назад сбежала и больше ее не видели.

— Сколько ей лет? — спросила Джоан.

Соланж пожала плечами:

— Не знаю точно. Сейчас шестнадцать-семнадцать, наверное. Все равно вы ее не найдете.

— Почему вы так уверены?

Снова пожатие плечами.

— Потому что Дирк искал. Еще как искал, уж поверьте. Девчонка просто не хочет, чтобы ее нашли.

ГЛАВА 9

По словам Соланж, Джун Спенсер была трудным ребенком. Безотцовщина, она жила с матерью в Филадельфии, и к пятнадцати годам в ее биографии числились четыре исключения из разных школ, полдюжины арестов, два передоза и попытка перерезать вены.

— Мать у нее не лучше, — сказала Соланж и развела руками, словно говоря «сами понимаете». — Она столько раз лечилась от наркозависимости, что и не сосчитать, про список судимостей я уж молчу. В Центре криминальной юстиции уже впору скамейку в ее честь называть. Неудивительно, что из Джун выросло что выросло.

Джози чуть заметно ощетинилась. Она не понаслышке знала, каково это — расти с такой матерью. Если Соланж говорила правду, она не могла не знать, что Джун, скорее всего, была беспомощной жертвой творившегося вокруг хаоса: ребенок, которому некуда идти и не к кому обратиться за помощью, заложница деструктивного образа жизни матери. Иногда — невольная участница. Джози отбросила эти мысли и обратила все свое внимание на Соланж:

— Как же вышло, что Джун поселилась здесь?

Соланж насмешливо закатила глаза, но поймала серьезный взгляд Джози и перестала гримасничать.

— Дирк вбил себе в голову, что это его