Матрица Макиавелли - Дмитрий Евгеньевич Наумов

– Это, конечно, все очень интересно… Но он же там не один, кто вершит политику такой огромной страны. Мне кажется, что вы несколько упрощаете нынешнюю ситуацию. – Черняев скептически улыбнулся. Он прекрасно знал, что американцы под любую свою военную акцию всегда подводили философию морального превосходства «самого демократического государства мира», но там над этим работали многочисленные институты и центры, так что личностные воззрения президента всегда должны были быть вплетены в общую канву проводимой политики.

– Ничего мы не упрощаем, ты просто не дослушал меня… Естественно, в США есть много политических групп и конкретных личностей, которые критикуют Обаму, но нынешнее положение вещей очень многих устраивает. Военно-промышленному комплексу идут заказы, финансовые центры во главе с МВФ имеют возможность по своему усмотрению выделять деньги в рамках долгосрочной перспективы своей креатуре, а остальных финансово душить, ссылаясь на санкции. Все идет в рамках давно разработанных программ. Ну и так далее…

– Так, ладно, политинформацию закончили… Расскажи, что вы там задумали конкретно по восстановлению контакта с Абдул-Вали?

Екатерина Михайловна уже давно постелила гостю на диване в маленькой комнате и ушла в спальню почитать перед сном. Мужчины остались одни и могли разговаривать о своей работе, не боясь неосторожной фразой испугать далекую от их мужских жестоких игр, которыми им приходилось заниматься всю сознательную жизнь, мирную, добрую женщину, в чьи личные планы дальше воспитания внучек в этой жизни ничего не входило. Хотя до ухода на пенсию она занималась, не менее интересным, чем у мужа, делом – в Звездном городке проводила инструктаж космонавтов по средствам индивидуальной защиты и доводила до ума их легкие скафандры. Но это было все в прошлом. Теперь, получив от государства заслуженную пенсию, которой как раз хватало, чтобы заплатить коммунальные платежи, Катя могла позволить себе спокойно почитать на ночь интересную книгу и помечтать о том, что в ближайшие выходные повезут с дедом внучек в океанариум. Хорошо, что хоть военным подняли денежное содержание и муж мог позволить себе роскошь достойно содержать их маленькую семью.

– Основная идея всей операции – это создать у руководства «Исламского фронта», курирующего районы бывших советских азиатских республик, уверенность в существовании серьезной оппозиции нынешней таджикской власти. То есть легендирование серьезной группы лиц, объединенных общими религиозными взглядами на будущее исламское государство на территории нынешнего Таджикистана и Киргизии. Вывод кураторов «Исламского фронта» на территорию этих республик и дальнейшая их работа под нашим контролем – организационные ячейки, конкретные планы, склады оружия, методы и пути доставки. Ну и естественно, их ликвидация в нужный момент.

– Понятно. Решили повторить опыт ВЧК-ОГПУ конца двадцатых годов…

– Что ты имеешь в виду?

– Ах да, я забыл, что ты заканчивал Институт стран Азии и Африки, а не Высшую школу КГБ. Историю органов вам там не преподавали. Тогда послушай небольшую лекцию. В двадцатые годы прошлого века, после революции, на территории Советского Союза оставались немногочисленные группы лиц, уцелевших после репрессий, сочувствующих Белому движению. И антисоветские организации, коих за границей было достаточно много, пытались организовать на территории, прежде всего Советской России и Белоруссии, мощное антисоветское подполье. Чекисты решили им в этом подыграть – организовали легендированные группы. Туда входили реальные бывшие белые офицеры, и кого-то одного из них выводили на Запад с просьбой прислать к ним заслуженного деятеля Белого движения, поскольку, видишь ли, у них в организации полный раздрай – каждый видел себя лидером, но подчиняться местным лидерам никто не хочет. Операции были подготовлены довольно хорошо. На Западе им поверили и направили для грамотной организации антисоветского подполья лучшие кадры. Так, в частности, был выведен в Советскую Россию Борис Савинков, известнейший на тот момент террорист, и ряд других лидеров. Естественно, здесь их ликвидировали, чем надолго отбили охоту заниматься организацией антисоветского подполья.

А в тридцатые годы чекисты решили этот опыт повторить. Только уже не с антисоветскими организациями на Западе, а с западными разведками, подставляя для оперативной игры достаточно известных деятелей уже советской элиты. Якобы они готовы были сотрудничать с иностранными разведками для организации антисоветского переворота. А также перед ними стояла еще одна задача – доведение дезинформации о многочисленных, построенных уже за Уралом военных заводах. Заводы тогда на самом деле начали строиться, но не в таких масштабах, о каких рассказывалось иностранным разведкам, не имеющим на тот период возможности и времени проверить данную информацию. Так вот. Делалось это под таким строгим секретом, что не всегда отражалось в литерных делах, чтобы не было утечки о проводимой операции и, естественно, не информировались другие подразделения нашего ведомства. Чем это закончилось, знаешь? Тридцать седьмым годом. Когда контрразведка стала получать информацию о сотрудничестве советских госслужащих и военачальников с иностранными разведками, начались аресты. И когда на допросах они стали признаваться в содеянном, но говорили, что действовали в рамках разработанных им легенд, то документального подтверждения это не находило. Я это к чему тебе рассказываю? У вас в вашей операции будет столько организаций, которые будут получать информацию о формировании исламского подполья, что у вас будет ситуация тридцать седьмого года. Допустим, легендирование подполья мы организуем по линии Службы внешней разведки России и нашего Департамента контрразведывательных операций. А как вы будете организовывать взаимодействие с нашей погранслужбой, с миграционной службой, со службой по борьбе с оборотом наркотиков, с МВД? А в Таджикистане? Кому вы там можете доверять? Разведке, контрразведке, милиции? А там вся агентурная сеть ориентирована на оперативное прикрытие границы с Афганистаном и Ираном…

– Да, но сейчас не двадцатые годы. Системы учета и контроля таковы, что вся информация оперативно проверяется. – Владимир Александрович об этой стороне дела пока не задумывался, ему важнее было «ввязаться в бой», хотя ситуация с репрессиями в тридцатые годы его несколько озадачила, и он спросил Черняева: – А что, в те годы у чекистов не хватило квалификации для организации оперативных учетов такого уровня секретности?

– Видишь ли, Вова… Там было много факторов, в том числе и такие курьезные, как элементарная нехватка бумаги. Да не смотри так удивленно. Сейчас в наших архивах лежат многочисленные тома оперативных материалов, подшитых по одному делу, а на оборотных сторонах подшитых листов отпечатаны или написаны от руки материалы по другим делам. Сам чёрт ногу сломит… Прибавь к этому устные санкции, которые давал руководитель операции и который один держал в уме все тонкости задуманных подстав. А люди, они все смертные. Умер руководитель, и порвалась вся цепочка – концов не найдешь. А Ежову и Ягоде было выгодно показать себя в