Матрица Макиавелли - Дмитрий Евгеньевич Наумов

кто уезжает от него обычным рейсом за последние полгода. Поэтому вас я упустить никак не мог. А разозлил меня Абдул-Вали тем, что стал играть в свою игру, что не предусмотрено нашими с ним договоренностями. За последние годы наше сотрудничество принесло много пользы. И так было до тех пор, пока при очередном выполнении нашего задания… Простите, нашей просьбы, он не указал порт доставки нужного нам груза в Ходейде, откуда часть груза пропала. За что я от хозяина груза получил большой разнос. Хорошо, что мне счет за пропавший груз не выставили. Но не это главное. Главное – это то, что он стал нарушать наши личные с ним договоренности. Раз уж вы знаете о книгах, то я вам скажу, что я приложил немалые усилия по его, заметьте, просьбе, чтобы найти покупателей на информацию, которую он получал из этих книг, о происхождении которых я пытался у него выяснить, но он мне так ничего и не сказал. И за последние полгода он не дал мне больше ни одного листочка и ни одного артефакта. То, что сейчас идет из Сирии – не в счет. Хотя в доставке сирийских артефактов и есть кое-какая его заслуга. Но заказчики, с которыми я договорился, ждут не этого. И аванс они уже заплатили. А Абдул-Вали не просто молчит в ответ на мои запросы. Он стал избегать со мною встречи.

«Джеймс Бонд» обиженно поджал губы и замолчал. Черняев поймал себя на мысли, что впервые в жизни видит обиженного «агента 007». Ему стало жаль сотрудника британских спецслужб, теряющего надежду на безбедную старость, и он решил его несколько успокоить.

– Джеймс, а вам в голову не приходила простейшая мысль о том, что листочки в книге могли и закончиться?

– Нет, не приходила. По моим расчетам, Абдул-Вали дал только треть от обещанного ранее. А сейчас в глазах моих заказчиков я выгляжу авантюристом, что, сами понимаете, в мои планы никак не входит.

– Хорошо. У меня есть возможность восстановить ваше реноме. Я вам обещал, что наш разговор будет вам очень полезен. Я свое обещание выполняю. Так вот, послушайте меня внимательно. Я сейчас еду в отдаленные районы Горного Бадахшана, где находится еще одна такая книга, но на ее поиски уйдет какое-то время. Если мы договоримся, то за цену вполовину от той, что вам назначал Абдул-Вали, я готов переправить поэтапно текст этой книги. Содержание текста при этом мне будет незнакомо – текст зашифрован и ключа от шифра у меня нет. Вы будете платить мне за лист половину вашей обычной цены, поскольку на листе может быть как очередная сура Корана, так и важная для вас информация. Меня это интересовать не будет. Как только я получу плату за отправленную мной копию листа, я вам отправляю следующий лист. Вас это устраивает?

«Джеймс Бонд» молчал несколько минут, а затем выдвинул встречное предложение:

– Меня бы устроил другой вариант. Вы находите книгу и сообщаете мне об этом. Я плачу вам большие деньги и забираю книгу себе. То, что текст зашифрован, меня не волнует – наши специалисты-криптографы уже давно разгадали шифр по тем фрагментам, которые нам присылал Абдул-Вали. Как вам такое предложение?

– Никак. В Таджикистане я буду работать под контролем людей Абдул-Вали. Про ассасинов вы что-нибудь слышали? Слышали. Нынешние ассасины Абдул-Вали – это, конечно, не те средневековые бойцы исмаилитского спецназа, но тоже не подарок. Как только я найду книгу, у меня будет несколько часов сделать фотокопии листов, а затем я должен буду передать книгу людям Абдул-Вали. И если я этого не сделаю, меня просто ликвидируют. И мы оба окажемся в проигрыше. Особенно я.

Черняев демонстративно загрустил при мысли о своей несвоевременной кончине и отвернулся к иллюминатору.

– Я смотрю, вы все уже продумали. Хорошо, я согласен с вашими условиями. За каждый лист вы будете получать тысячу американских долларов. – Англичанин наконец принял решение.

– Я же сказал – половину от цены Абдул-Вали. – Черняев не к месту вспомнил знаменитое выражение Жванецкого: «У людей горе, они хотят поторговаться» – и ухмыльнулся этой мысли.

«Джеймс Бонд» по-своему оценил эту ухмылку Черняева.

– Хорошо, двадцать тысяч. Учитывая, что я покупаю кота в мешке.

– Ну раз у вас есть шифр от этого текста, то вы сразу поймете, что этот кот из одного помета. Чем вы рискуете? – пришел черед Черняеву обижаться.

– Согласен… Давайте поговорим о сроках.

– Я же вам сказал, что придется немного подождать. Недели две мне придется поработать в Москве в архивах, затем вылететь в Душанбе. Оттуда добраться до Хорога и там уже, переезжая из кишлака в кишлак, обследовать все места, где она может находиться. Я думаю, что о каких-то результатах смогу сообщить вам месяца через полтора, в начале ноября. Кто и куда приедет за первым листом? – Разговор перешел в практическую плоскость.

– Я оставлю вам свой номер телефона. Позвоните по нему и скажите только одно слово на английском: Ready, то есть «готов». Только скажите это на английском. В зависимости от того, где я буду в это время, я решу, где мы с вами увидимся – в Душанбе, Москве, где-нибудь в Европе. Или я пришлю своего человека. Я сейчас не готов планировать нашу встречу на столь долгий период. Кажется, мы обо всем договорились?

– Остался еще один важный вопрос. – Черняев чуть склонил голову вбок. – Абдул-Вали! Если вы перестанете его доставать своими вопросами о новых поступлениях из книг, он может что-то заподозрить.

– Не беспокойтесь. Как вы выразились, «доставать» я его не перестану. Он мой должник еще по предыдущим заказам. И последнее, раз уж мы коснулись вопросов конспирации. Поскольку вы будете работать под контролем людей Абдул-Вали, я вас дергать не буду, но если у вас будет интересная для меня информация об Абдул-Вали, дайте мне знать через этот канал связи с установленным паролем Ready. – «Джеймс Бонд» передал плотную карточку с отпечатанным номером телефона.

– Обязательно! – Черняев осматривал карточку, надеясь обнаружить еще что-нибудь кроме номера телефона. – За отдельную плату!

– А вы не так просты, как кажетесь при первой встрече. – Англичанин решил сделать своему визави комплимент и мысленно поставил себе галочку за прекрасно, по его мнению, проведенную вербовочную беседу.

– Внешность бывает обманчивой, – добродушно принял комплимент Черняев.

Остаток полета они провели в молчании, прикрыв веки и размышляя каждый о своем.

Глава третья

Сентябрь 2015 г. от Р. Х., Москва

Самолет немного потрясло, когда при посадке он вошел в плотные облака, накрывшие все