Раймонд Бенсон - И целого мира мало

Под волнами можно было разглядеть длин-ную черную тень субмарины. Пошли массой пузыри – большой корабль всплывал. Наконец раздалась поверхность, и субмарина застыла.

Ренар со своими людьми сошел на платфор-му и стал ждать. Через минуту открылся люк и появился моложавый капитан.

– Капитан Николай... – начал Ренар.

– Сэр! – ответил капитан. – Ваш груз готов к выгрузке. У нас всего несколько часов, пока нас хватятся.

– Вы прибыли с минимальным экипажем?

– Все, что мы теперь можем себе позволить.

– Да, конечно... У нас есть тут для ваших людей бренди и закуска.

Николай просиял, увидев людей Ренара, которые вышли вперед с корзинами еды.

Ренар был доволен. Сделка, которую заключила Электра с дядей капитана, окупилась. Насколько он понимал Валентина Жуковского, молодой капитан был очень на него похож. У него была та же жажда к деньгам, что и у дяди, и потому недолго заняли уговоры, чтобы он "одолжил" свою подлодку на несколько часов. В конце концов, если капитан атомной субмарины хочет уйти в тайный поиск, кто ему может запретить? Для таких подлодок уходить надолго без связи не было чем-то необычным.

Николай и его люди оказались очень полезными. Сильными, усердными и голодными. И они выполняли приказы, не задавая вопросов.

Очень обидно, что всем им надо умереть.

Эски-Стамбул, или Старый Город, проснулся на рассвете в обычной суете улиц и криках разносчиков, волокущих свои тележки с товаром на Большой Базар. Именно там все остатки живописной истории Турции проявлялись все вместе. Эски – это древний Константинополь/Стамбул прошедших столетий, и здесь и собраны все великие дворцы, мечети, ристалища, церкви, монументальные столпы и базары.

Неподалеку от Большого Базара находится очень старая электростанция. Ее закрыли во время Второй мировой войны, но не разобрали, очевидно, по каким-то археологическим соображениям. Местные жители ее, как правило, не замечали, будто ее и нет. На самом же деле, как объяснил по дороге Валентин Жуковский Бонду и Кристмас, это был опорный пункт КГБ во времена "холодной" войны.

– Теперь это ФСБ, – сказал он. – Федеральная Служба Безопасности. Все та же добрая старая служба, только название новое.

В здании было полно советских генераторов, устаревших электрических пишущих машинок, копировальной техники и аппаратуры для наблюдения, возраст которой колебался от десяти до сорока лет. За пультами с деловым видом сидели люди, будто "холодная" война и не думала кончаться.

Жуковский подвел Кристмас и Бонда к радисту. За ними неподалеку следовал Бык с кейсом в руках.

– Вы с ним связались? – спросил Жуковский.

– Никак нет, – ответил радист. – Молчат.

– Поищите на аварийных частотах, – предложил Бонд.

– А вы точно не знаете, что за груз согласился вести ваш племянник? – спросила Кристмас.

– Провалиться мне на этом месте, – ответил Жуковский. – Все, что мне известно, – что ему заплатили миллион долларов – за вычетом, конечно, моих комиссионных, – чтобы он на своей лоханке пришел из Черного моря в Стамбул и привез какой-то груз. Какой – понятия не имею. Он может это состряпать, потому что он – капитан.

Они подошли к большой карте Босфора и Черного моря, усыпанной разноцветными булав-ками.

– Трагично, – вздохнул Жуковский. – В добрые старые дни была сотня мест, где подлодка могла всплыть незамеченной.

Бонд взял Жуковского за рукав:

– Подлодка! Почему ты нам этого не сказал? Жуковский пожал плечами:

– А я не сказал? Мне казалось, что вы знаете. Мой племянник – капитан подлодки.

– Какого класса?

– Класса "Чарли"...

– Атомная! – Картинка в мозгу Бонда сложилась полностью. – Валентин, твоего племянника наняли не перевезти груз. Ренару нужно само судно! – Он перевел взгляд на Кристмас: – Они хотят использовать реактор.

– Вот оно! – подхватила Кристмас. – Сунь оружейный плутоний в этот реактор – и немедленное катастрофическое расплавление. Подлодка становится бомбой.

– И все это выглядит как несчастный случай, – заключил Бонд.

– Но зачем? – спросил Жуковский. Бонд показал на карту:

– Потому что все существующие нефтепроводы с Каспия идут на север – где нефть заливается в танкеры и доставляется по Черному морю в Стамбул. Взрыв разрушит Стамбул и заразит Босфор на многие десятилетия. И для доставки каспийской нефти останется единственный путь.

– Через юг... нефтепровод Кинга, – сказала Кристмас.

– Нефтепровод Электры. Тут до Жуковского дошло, что положение требует срочных действий.

– Надо найти Николая и предупредить!

– Что-то есть! – позвал их радист, подбегая с клочком бумаги. Бык наклонился к ним, чтобы услышать его слова.

– На аварийных частотах. Два шестизначных числа, повторяются каждые пятнадцать секунд.

– Сигнал системы глобального позиционирования, – заметила Кристмас. Эта система может дать точное положение объекта и обычно используется для навигации в открытом море. – Что же это может быть?

У Бонда случилось одно из его редких озарений – "эврика!"

– Это М. Локационная карта! Я ей дал ее на стройплощадке. Наверняка это М. – Он схватил бумагу и прикинул координаты на большой карте. – Вот здесь.

– Башня Девы, – сказал Жуковский. – Киз Кулези.

– Ты ее знаешь? – спросил Бонд. Он обернулся к Зуковскому и краем глаза заметил, как Бык выскользнул в двери. Бывший при нем кейс остался на стуле.

– Мы ею пользовались во время афганской войны... – начал Жуковский, но Бонд уже чуял что-то не то.

– Очень старое здание, – продолжал Жуковский. – Построено, наверное... Но Бонд не дал ему закончить.

– Бомба! – крикнул он, успев схватить Кристмас и запихнуть ее за какой-то генератор, и тут мощный взрыв разнес все помещение. За полсекунды воздух наполнился дымом и пылью.

Бонд, откашливаясь, встал и разогнал пыль рукой. Кристмас ничего не соображала, хотя и не пострадала. Остальные в помещении были кто мертв, кто без сознания – в том числе Жуковский.

– Пошли отсюда, – сказал Бонд Кристмас. Он взял ее за руку и вывел наружу.

На улице было спокойно, только из здания валил дым. Вдали завыла сирена. Они побежали за угол и там столкнулись лицом к лицу с Габором и несколькими хорошо вооруженными людьми.

Бонд инстинктивно потянулся к пистолету, но услышал за спиной звук досылаемого патрона.

– Брось! – скомандовал знакомый голос. Бонд повернулся и увидел Быка с "Калашниковым" в руках. Шофер холодно улыбнулся и добавил:

– А то хуже будет.

– Охотно верю, – ответил Бонд, пока Габор и его люди обыскивали его и Кристмас. Кристмас подняла на него глаза, будто хотела спросить: "И что дальше?" Бонд ответил мрачным взглядом.

Из-за угла с визгом тормозов вылетел черный "седан" и остановился.

– Поедем покатаемся, – сказал Габор. – Уверен, что мисс Кинг будет рада вас видеть.

Он показал Быку большой палец и ткнул Бонда стволом в спину.

– Вашему боссу вряд ли понравится двойная игра, – сказал Бонд Быку. Огромный мужик ответил широкой ухмылкой, полной золотых зубов.

– Жуковский? Невыносимый эксплуататор. Ненормированный рабочий день и никаких премий, – ответил он. – Сейчас у меня новая работа. Более ответственная и хорошо оплачиваемая. Залезайте.

Бонд и Кристмас сели в машину, стиснутые двумя охранниками, и их повезли прочь.

14. Последний оборот винта

К Башне Девы причалил совершенно невинного вида катер. Кто-то откинул брезент, и Габор с Быком повели Бонда и Кристмас в предназначенную им тюрьму.

– Давай-давай, – скомандовал Бык, упираясь пистолетом в спину Бонда.

Бонд успел оглянуться перед тем, как его втолкнули внутрь, но не увидел никаких судов, откуда их могли бы заметить.

"Ладно, все по порядку, – подумал он. – Не будем спешить".

Они вошли в древнюю башню и остановились в величественном вестибюле. Свет от цветных витражей создавал сумерки, которые только усилили у Бонда ощущение угрозы. Да, конец ждет его здесь.

О ее появлении известили шаги по каменным ступеням. Электра сбежала по лестнице, встречая их с преувеличенной радостью.

– Добро пожаловать в Стамбул, Джеймс! – сказала она. – Хорошо доехали? Надеюсь, с вами обращались не грубо. Пока что. – Она посмотрела на Кристмас: – Я вижу, у тебя новая подруга. Как это мило. Мы ей обеспечим такой же первоклассный прием, как и тебе.

– Ты сама сердечность, – сказал Бонд. Она холодно улыбнулась пленникам.

– Отведите их наверх, – сказала она Габору. – Не беспокойся, Джеймс, я в нужный момент поднимусь и поздороваюсь с тобой как следует. Но сначала я должна кое о чем распорядиться.