Павел Нилин - Приключения-1988

— Рад слышать. — Трубку снял  ночной  инспектор, ему, как и Денисову, тоже не удалось выбраться домой. — Как раз сейчас разбираемся.

— Серьезная группа?

— Пока неясно. Много противоречивого.

— В чем именно.

— Одно на обысках брали, от другого отказывались...

— А что искали?

— По-моему, хрусталь, золотишко... Как на любой квартирной краже! — Ночной инспектор задумался. — Но при этом делали вид, что ищут вещественные доказательства мнимых преступлений! Изымали документы, записные книжки...

— А вещи?

— Привозили к вам. Оставляли в одной и той же ячейке.

— Понял.

Он набрал телефон склада забытых вещей, никто не отвечал. Денисов представил, как аппарат надрывается там, в подвальном помещении без окон, на стеллаже, среди невостребованной одежды и обуви. Наконец заведующий снял трубку:

— Вас слушают.

— Это Денисов. Кто из кладовщиков выдавал вещи по паспорту Баракаева?

— Вчера? — Заведующий остался верен себе, ответил не сразу, сначала полистал книгу. — Старший кладовщик Хасянов... Я в это время был на выемке.

— Хасянов работает?

— Да. Он нужен?

— Пусть мне позвонит. И никуда не уходит, пока мы не встретимся.

Ничего не произошло на вокзале за то время, пока Денисов и Сабодаш отсутствовали. Заканчивалась посадка на очередной поезд, бежала, потряхивая лотком, мороженщица. Проводница хвостового вагона нетерпеливо посматривала вдоль состава.

Денисов сбросил куртку, подошел к столу. В центре, под стеклом, лежала записка младшего инспектора: «Звонила Беата. Очень волнуется. Будет звонить в 11.30».

Денисов посмотрел на часы: до звонка еще оставалось время.

— Я не стал заявлять... — Баракаев достал сигареты, положил перед собою на стол. — Поймите: последние дни перед окончанием процесса! Могу ли я думать сейчас о другом?! И чего, собственно, я лишился? Пиджака? Транзистора?.. Мерзавцы эти, безусловно, рассчитывали найти деньги, чеки «Внешпосылторга». — Он пожал плечами. — Но откуда?!

— И все же? — Антон вынул очередную «беломорину».

— Кроме того, пошли бы сплетни... Как бывает? То ли у Баракаева украли, то ли Баракаев что-то у кого-то похитил. Не отмоешься. Кроме того, по этой статье обязательность сообщения не предусмотрена.

— Как все произошло?

— Я при обыске не присутствовал, дома была жена. Но информирован достаточно.

— Познакомьте в общих чертах.

— Возбуждается уголовное дело?

— Не нами, — вмешался Денисов. — Но у нас свой интерес.

Он сообщил о самочинном обыске в шестьдесят восьмое отделение — по месту жительства Баракаева. Оттуда обещали подъехать.

— Преступники воспользовались «Москвичом»... — Адвокат передвинул сигареты на край стола, поправил пепельницу. — Машина, как я понял, была частная. Жена, к сожалению, не обратила внимания на номер. Вошли, зачитали постановление. Абсолютно неграмотное... Предложили пригласить понятых, — Баракаев усмехнулся. — Жена позвала соседку. Они сказали, что одного понятого вполне достаточно... Смех!

Денисову показалось, что Баракаев относится к происшедшему серьезнее, чем хочет представить.

— Сколько продолжался обыск?

— Около часа.

— Что-нибудь взяли, кроме вещей?

— Записи, которые хранились в секретере. Несколько досье. Хотели создать видимость поиска доказательств... — Баракаев придерживался или делал вид, что придерживается той же версии, что и инспектор с Курского.

— Жена передала вам их приметы? — продолжал расспрашивать Сабодаш.

— Один в плаще, второй в короткой куртке с капюшоном.

— Как они объяснили жене, что с вами?

Адвокат улыбнулся.

— Тот, в куртке, сказал, что я арестован за хищение в особо крупных размерах...

— Вы говорили о поезде в Саратов... — сказал Денисов. — Это было до или после обыска?

— До. За два дня. В судебном процессе был перерыв, а у меня дело в кассационной инстанции в Саратове.

— Кража в поезде... Это не миф?

— Самое интересное, что кража действительно была. — Баракаев наконец закурил. — При тех обстоятельствах, о которых я рассказывал. Но только взяли бумажник. Пиджак унесли уже при обыске. И вот еще что: мне кажется, производивших обыск я как раз и видел тогда в поезде. После окончания процесса я все равно занялся бы этим делом.

— Почему он так волнуется? — спросил Антон, когда адвокат вышел встретить жену, она должна была подъехать на вокзал. — Все позади. У нас к нему претензий быть не может. Преступники пойманы. Чего ему волноваться?

Денисов пожал плечами:

— Может, как раз дело в том, что они пойманы?

Раздался звонок телефона. Денисов снял трубку.

— Ничего не прояснилось? — спросила Беата.

— Пока нет. — Денисов показал Антону на трубку параллельного аппарата, теперь они могли слушать вдвоем. — А как у вас? Заходили в экспедицию?

— Туда ничего не поступало. В дирекцию тоже.

— Значит, все по-прежнему?

— По-прежнему. — В голосе чувствовалась решимость отчаявшегося человека. — Сижу как на иголках. Кажется, что вокруг меня что-то происходит. Вообще-то я жуткая паникерша.

— Не похоже.

— Вы меня плохо знаете. Просто, когда я ставлю перед собой цель, меня не остановить. Я говорила с некоторыми сотрудниками...

— Тоже занимаются износоустойчивостью?

— Да. Постаралась предупредить... Но я далеко не со всеми могу объясниться откровенно.

— Скажите... — Денисов никогда раньше не сталкивался с работой научно-исследовательского института, поэтому был особенно осторожен. — Тема одна, а занимаются разные лаборатории... Так бывает?

— Для этого надо знать Максимова.

Денисов схватился за ее фразу.

— Я не совсем все представляю. Вернее: все совсем не представляю. Что за человек Максимов?

— Если одним словом: «неудачник».

— А если полнее?

— Попробую объяснить, пока никого нет. Ему предсказывали большое будущее. Он был в семинаре... — Она назвала фамилию, которая ни о чем не говорила Денисову. — Есть такой международный справочник — «Индекс цитируемости». Там фамилии ученых всего мира, кто и где в своих трудах на них ссылается. Так вот, у Максимова высокий индекс цитируемости... Понимаете?

— Да.

— Огромное количество оригинальных идей. Это с одной стороны.

— А с другой?

— Скверный характер. Неуживчивый. Все его сверстники, даже с меньшим потенциалом, ушли в большую науку. Руководят лабораториями. А Максимов — старший научный сотрудник. Один из многих...

Денисов поднялся из-за стола, разматывая телефонный шнур, шагнул к окну.

День оставался таким же неприветливым, холодным, хотя к вечеру обещали повышение температуры, снег. Наступал двухчасовой перерыв движения поездов, все спешили уехать. У путей виднелись вытаявшие из-под снега и снова вмерзшие пакеты от молока, бумажные стаканчики, скомканные пачки из-под «Примы» — все, что пассажиры второпях выбрасывают из поезда.

— ...Сейчас его вроде прочат в завлабы. И то не знаю, пройдет ли. Кажется, я наговорила лишнего. Это от нервотрепки!

— Короче: из-за скверного характера его медленно, но верно обходят другие... — Денисов присел на подоконник, чтобы, разговаривая, видеть, что происходит внизу, на перроне; Антон из-за стола кивнул понимающе — он был целиком на стороне талантливого неудачника.

— В общем, правильно. — Как и в прошлый раз, Денисов услышал щелчок зажигалки. Ему показалось даже, что он чувствует запах сигареты — легкий и терпкий. — Но это уже другой вопрос... — Она торопливо затянулась. — Государству важно, чтобы проблема была решена. А кто ее решил — вы, я, ваш друг или Сергей Максимов...

— У вас замещение должностей, должно быть, конкурсное? — Ему часто встречалось в газетах набранное крупно — «ОБЪЯВЛЕН КОНКУРС НА ЗАМЕЩЕНИЕ ДОЛЖНОСТЕЙ».

— Безусловно.

— Постарайтесь узнать, на должность, которую прочат Максимову, объявлен конкурс?

— Я и так знаю. Конкурс действительно объявлен.

Сообщение навело Денисова на размышления.

— И есть соперники?

— Это неизвестно. — Денисову показалось, что она колеблется. — По-моему, соперники обязаны быть.

— Иногда, наверное, это приводит... — Денисов поискал выражение. — К некорректным приемам в отношении конкурента.

— Вы имеете в виду мои письма?

— Разное приходит в голову...

Модель преступника никогда не удавалось воссоздать сразу в ее конечном виде, многое еще потом дополнялось, корректировалось.

«У таких, как Максимов, обычно мало недоброжелателей, — подумал Денисов. — Их непритязательность всех устраивает. Они не участвуют в жестоких играх. Но, с другой стороны, кто-то же ходил здесь за ней и за братом Максимова, Николаем!»

Он снова посмотрел вниз. Движение поездов приостановилось. С десяток пассажиров, в основном приезжие, штудировали выставленное в начале перрона расписание.